- Нагарды, - коротко ответил Изор, - они совершенно безразличны к магии, и потому им легче всех. Все остальные, забывшись, могут случайно что-нибудь кастовать, особенно если делают тяжелую работу. А для избушек каждое бревно пришлось нести от самого входа, и имело большое значение, где срублено это дерево. Те, которые выросли в светлом лесу с помощью магии, - не подходят, они со временем превращаются или в серебро, или в хрусталь, иногда просто в лед. И угадать заранее нет никакой возможности.
- А гоблины?
- Старшие расы начали ходить сюда в поисках фей больше тысячи лет назад, и тогда по эту сторону Граничных гор не было ни одного гоблина. Все жили в прибрежных герцогствах, - хмуро сообщил Ов, до этого молча прислушивавшийся к разговору.
- Как-то не верится, - задумался герцог, - а как же дриады? И драконы… Ведь жили же у них в долине преданные слуги и помощники? Неужели они радом всех их выгнали?
- У дриад тогда были древни, - обреченно пробормотал Эз и тяжело вздохнул.
- И драконы в те времена никого к себе не пускали, - добавил эльф, - а пройти через Сверкающую долину до сих пор не может никто, кроме фей.
На некоторое время все притихли, идти между окаменевшими заклинаниями было не очень легко, хотя дорожка была немного расчищена и кое-где даже присыпана обычным песком.
- Таэль, - не выдержал молчания напарницы Хатгерн, когда остановил отряд на небольшой привал, - у тебя закончились вопросы?
- Нет, но сейчас мне не хочется их задавать, - бледно улыбнулась она и тихо попросила присевшего неподалеку огра: - Изор, держись рядом с Харном.
- Ладно, - еле заметно кивнул мохнатый великан, и герцогу очень не понравилась его исполнительность.
И намеки тени не понравились. Настолько сильно, что Харн решил немедленно выяснить, чего она так опасается и почему больше не надеется на свои силы.
- Таэльмина… - начал он непростое объяснение и оскорбленно замер, увидев жест молчания, который делал ему проводник.
И не просто намекал или предупреждал, а приказывал герцогу молчать так властно, словно именно дракон был командиром отряда. Однако возмущенному такой наглостью Харну не удалось сказать в ответ ни одного из тех слов, какие тотчас пришли ему на память, так как неожиданно начал греться браслет напарников.
Мгновенно вскочив с места, Крисдано выхватил оружие и принялся пристально обшаривать взглядом причудливые скалы, силясь отыскать того, кто пытается приблизиться к нему с недобрыми мыслями. Но не обнаружил никого чужого.
И не только он, ни один из встревожившихся спутников не почувствовал ничего враждебного, хотя пользоваться обычными для них методами никто не решился.
- Мин? - оглянулся на напарницу герцог, но она только растерянно пожала плечами.
- Показалось. Идем дальше, здесь где-то недалеко избушка?
- Хорошо, - помедлив, решил герцог и заметил откровенное облегчение во взгляде тени.
С этой минуты он шел молча, не задавая никому вопросов, зато мысленно задавал их самому себе, силясь припомнить, с какого именно момента Таэльмина повела себя так непривычно. Ведь она совершенно не походит на тех знатных девиц, у которых настроение, вкусы и желания меняются десятки раз за день, причем совершенно независимо от каких-нибудь заметных другим либо существующих на самом деле оснований.
Его напарница совершенно другая, и, раз она изменилась так внезапно, значит, на это была очень важная причина. И сколько он ни проверяет, вывод напрашивается только один: что-то насторожило ее именно в Сверкающей долине. Или немного раньше, на склонах гольдских гор. Значит, тени неприятны именно гольды… ну так они ему и самому не нравятся. Ведут себя так, словно самые главные в этом мире и имеют право диктовать всем остальным свои желания и законы. А драконы хотя и не поддаются их напору, но почему-то не осаживают наглецов так решительно, как от них можно было бы ожидать.
Это тоже загадка. И Харн почти уверен, что тень уже знает на нее ответ, но вынуждена молчать, и это самое неприятное. Наверняка опасается, как бы ее слова не дошли до недобрых ушей, но где тут эти уши? Они идут уже второй час, и пока не встретилось никакой живности, даже птиц не видно. В таком случае остаются только его спутники. Ну так герцог и изначально не доверял им до конца и точно знал - далеко не все из них питали к ним с тенью дружеские чувства. Вполне возможно, кое-кто даже вынашивает недобрые замыслы, не стоит думать, будто несколько дней испытаний могут преобразить негодяя или лжеца.
Потому он и требовал со всех клятву на крови, и хотя теперь не может даже предположить, как именно она подействует в этом месте, зато знает точно - каждый преступивший ее когда-то должен будет уйти с запретной тропы. И вот тогда возмездие его непременно догонит.
Избушка предстала перед ними внезапно, строители укрыли ее в тени оранжевых скал, похожих на лепестки огромного цветка. Она была небольшой - столовая, умывальня и несколько крошечных спален, которых никак не могло бы хватить на всех. Как пробурчал Ов, их отряд в три раза больше любого, прошедшего здесь за последние века.
Поэтому типары в избушку не пошли, устроились на улице, в пристройке для дров, а дракон быстро и ловко поставил для себя походный шатер и растянулся на меховом одеяле с самым неприступным видом.
- Неплохо бы дойти сегодня до следующего домика, - тихо произнес вампир, сидевший со своим бокалом в сторонке от стола, - надеюсь, до темноты успеем пройти больше половины пути.
- Мы своими ногами идем, - сердито фыркнула Мейсана, - и сегодня уже по лабиринту нагулялись.
- А зачем нам так торопиться, раз мы уже тут? - решил проверить свои подозрения Хатгерн. - Спали же феи много лет, поспят еще денек.
- А мы вовсе не к ним так спешим, - вдруг заявил Меркелос и усмехнулся с отчаянностью стоящего на краю пропасти самоубийцы, - мы от погони уходим, если я все правильно понял.
- Чего только не привидится некоторым со страху, - едко фыркнул Ганти, - но обычно люди стараются свои недостатки так явно не показывать.
- Тут нет обычных людей, - и не думая умолкать, зло оскалился советник, - все это понимают, и враги тоже.
- А кто у нас враги? - задумчиво уставилась на него тень. - Ты уже вычислил? Ведь это твоя самая сильная сторона - заранее просчитать, с кем и как выгоднее дружить.
- Раз он так заговорил, - нехотя буркнул Ительс, - значит, случайно сел не в ту коляску.
- Да нету тут той коляски, - взорвался Меркелос, - разве вы еще не понимаете?! Мы все обречены! Я только теперь все понял… Обманул он меня!
- Кто именно? - заинтересовано прищурился вампир, и его мальчишеская фигурка напряглась, как тельце ласки.
- Лайзрен, разве непонятно, - прямолинейно заявила Уатель, - толстяк только с русалом без нас общался. Потому и не стал ничего рассказывать, обмануть нас ему не позволил бы фейл. Вон как он сейчас светится… Значит, ваш предатель правду говорит.
- Так, может, нам и правда стоит попытаться уйти подальше? - встревожился Изор. - Чем ближе мы будем к лесу, тем в большей безопасности.
- Почему? - засомневалась Мейсана.
- Ни один безумец не додумается использовать там магию, - сухо пояснил Селайвен, - а вот сонливость начинает одолевать еще возле последней избушки.
- Так и мы там уснем?
- Нет, - съязвил не желавший успокаиваться советник, - нас прикончат раньше! Он мне пообещал забрать… за молчание. Но забыл сказать про невозможность применения здесь магии.
- Чем же ему так не нравятся феи? - направляясь к выходу, отстраненно поинтересовался Хатгерн, и вдруг резко потеплевший браслет предупреждающе сжал его запястье. - Темные силы… Они уже тут!
Он едва успел отскочить, как дверь распахнулась, и все увидели замершую в темной раме проема фигуру проводника.
- Кто? - Огромная туша огра, державшая в руках громадную шипастую палицу, замерла рядом с герцогом.
- Кроме меня тут только типары, - произнес Зрадр, делая шаг внутрь избушки.
И в тот же момент вокруг Харна засиял радужными бликами необычайно яркий защитный ореол.
- Предатель! - вмиг уставил на дракона свое оружие герцог. - Значит, вы заодно с гольдами! Так вот почему вы стелились перед ними, как бедные родичи перед хозяином поместья!
- Гоблин! Ты забываешься! - яростно рыкнул Зрадр, на миг окутавшись алым пламенем.
Но тут же смолк, выхватил откуда-то серебряную фляжку и сделал несколько щедрых глотков.
- Он не гоблин, - холодно сообщил проводнику Ганти, - а человек, или люд. Когда вы выселили всех уцелевших гоблинов на побережье, то не только подчистили им память, но и придумали новую историю и название. А старое самым тщательным образом очернили в легендах, позаботившись, чтобы у нас никогда даже мысли не возникло величать себя гоблинами. Но вот себе вы память почему-то поправить забыли и теперь все чаще пытаетесь доказать нам, будто мы и когда-то уничтоженная вами раса гоблинов - это одни и те же существа.
- А даже если наши предки и были когда-то гоблинами, - хмуро усмехнулся Ительс, - то уже очень давно ими больше не являются. Гоблины жили в два раза меньше, зато все поголовно имели сильные магические способности и умели выращивать призрачные крылья. Хоть и небольшие, но перепрыгнуть речку или пропасть хватало. Благодаря этому они и захватили власть так легко, и потому у них позже все способности и отняли. И теперь мы совершенно иная раса - люди.
- Все это весьма интересно, - с преувеличенной учтивостью поклонился спутникам успевший успокоиться Хатгерн, - но сейчас я хотел бы знать, почему мой браслет считает его врагом?