- Госпожа? - Тихий голос кучера вывел меня из оцепенения, и пару секунд я едва ли не хватала воздух ртом, но затем по телу растекся ледяным свинцом холод, вновь сковав все чувства и ощущения.
- Едем, - короткое слово, наполненное обжигающей стужей. Я забралась в карету, жестом велев детям пересесть на противоположное сиденье.
Дверца захлопнулась, и лошади резво рванули вперед, подчиняясь хлысту возницы. Я же откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза, отгородившись от мира стеной молчания. Мне нужно решить, чего же так хотят эти люди и зачем эльфы сотрудничают с ними. А эти ушастые твари никогда не делают что-то просто так, уж мне ли не знать...
- Госпожа, куда мы едем? - Голос юного слуги разрезал звенящую тишину, воцарившуюся в карете.
- В мои владения, - легкая улыбка на моем лице, напоминающая оскал. - Помолчите. Я должна подумать.
- Да, госпожа...
Итак, то, что все мы пешки в этой игре, я знаю и без доказательств со стороны богов. Они никогда не упускают случая возобновить игру, где ставка жизнь их пешек, жителей этого мира.
Но в этот раз они решили втянуть в игру и меня. Значит, есть какая-то великая цель, ради которой они готовы поспорить даже со Стихиями, что не прощают...
Не прощают, если кто-то другой дергает за ниточки их марионеток без ведома владельцев.
Что же мы имеем?
Эльфов, что хотят чего-то неизвестного, ради которого они готовы опуститься до сотрудничества с людьми.
Богов, что преследуют только им видимую цель и делают ставки на участников этой игры.
Людей, что слепыми котятами тыкаются в разные места, поучая удар за ударом, этакое мясо, пущенное в расход.
Двух детей, в будущем сильнейших магов.
Эль'ера, повелителя огня.
Меня.
Странная игра. И это даже не просто мысль, возникшая случайно, это истина. Странная игра, где не известны цели, только ставки. А ставка в таком случае всего одна - жизнь.
Интересно, хоть кто-то из участников этой игры задумался, что может случиться, если я не пожелаю играть по правилам?
С чего я решила, что тоже в этой игре? Наверное, потому, что именно мне попались эти два ребенка, что прижавшись друг к другу с неописуемым ужасом смотрят на безумно улыбающуюся девушку, сидящую напротив.
Впрочем, возможно, что я ошибаюсь и нет никакой игры. Правда, тогда не сильно вписывается в обычное течение жизни то, что эльфы решили сотрудничать с людьми. И почему-то существует подозрение, что с Мастером огня я виделась далеко не в последний раз.
Сознания затуманили воспоминания.
- Мы Велики! Мы Боги! И ты должна понять, мы играем вовсе не потому, что нам...
- Скучно? Вы можете обманывать тех, кто верит в вас. Я не верю. Я уже давно никому не верю, поэтому не надо мне лгать. Вы играете с нашими судьбами лишь потому, что вам скучно в этой вечности. Даже стихии играют с людьми, с чего мне верить в то, что вы не играете от скуки?
- Не тебе нас попрекать!
- Не мне. - согласный кивок. - Но я не попрекаю вас, я просто говорю правду.
- Твой род всегда отличался нахальством.
- Моего рода больше не существует! И не смейте говорить о нас! Я Ледяная, и мое имя Лед. И я никогда не буду вашей безвольной пешкой. Прощайте.
Карету ощутимо тряхнуло, и я фыркнула, выныривая из воспоминаний. Боги тогда так нелепо оправдывались... Словно я нашла что-то невероятно постыдное. Смешно.
- Госпожа, мы подъезжаем к границе земель людей, - тихо произнес кучер, погоняя моих скакунов.
- Хорошо, - кивок головы и небрежный пас рукой.
Дети с опаской посмотрели вперед, инстинктивно почувствовав совершенное колдовство. И ахнули, увидев искристо-снежный вихрь, замерший впереди. Переход в мои владения завис на дороге, ожидая мчавшуюся с быстротой ветра карету.
- Держитесь, - коротко бросила детям и вновь замолчала.
Карету тряхнуло еще раз, но куда более ощутимо и если бы дети не держались за поручень, то давно вылетели из этой хрупкой конструкции прямо в зев снежного портала. А в таком случае, как бы не был силен маг, исход один - смерть.
Еще одна встряска и вот уже в окно бьет ослепительно яркий свет. Владения Ледяной Царицы, Льдиина, где солнце светит, но не греет. Где вечные снега и лед. Где непокорный люд живет...
- Во дворец, - короткий приказ и скакуны вновь набирают ход, мчась по мягкому снегу, не оставляя следов.
- Х-х-холод-д-но, - прошептала побелевшими губами Джинни, дыша на руки. Я и забыла, что им не привычно еще и на них нет Печати, досадная оплошность.
- Гос-с-сп-п-пожа, - пролепетал юнец, теснее прижимаясь к девочке и укутываясь вместе с ней в мою шубу.
- Терпите. Осталось не так уж долго. Скоро вы поймете, что даже в самой суровой стуже есть свои прелести, - циничная усмешка. - Важно только правильно расставить приоритеты.
- Госпожа, мы прибудем через пару минут, - кучер заглянул в маленькое окошечко, и мне почудилось, что в его взгляде читалось сочувствие. Впрочем, я могла и ошибиться.
Карета резко остановилась, и ветер резко распахнул двери. Владения приветствовали свою Повелительницу.
Я вышла, аккуратно ступая ногами, обутыми в мягкие туфли на высокий каблуках. Ветер стал сильнее, разрывая на куски мое спокойствие, мой защитный кокон. Стихия ждала ответа, ждала объяснений.
И что ты ей скажешь?
Правду. Только так можно избежать сильной боли. Впрочем... Это уже не имеет значения. Я спасла этих детей и защищу их.
- Дель, - тихо позвала, зная, что она здесь, рядом. Моя фрейлина, эль'ера из обвиненных, попавших в ссылку в мои владения.
- Да, госпожа, - и вот передо мной стоит высокая эль'ера, с волосами цвета меди, убранными в простую прическу. Ее темно-синее платье, подбитое мехом, трепетало на ветру как флаг. Печать Зимы на щеке сверкала и искрилась на солнце.
- Отведи детей во дворец. Согрей их, накорми и подготовь к приему Печати, - я не смотрела на нее, опустив взгляд и ощущая приносящие боль порывы ветра. - Мне нужно в Хрустальный Храм.
- Да, госпожа, - эль'ера кивнула и отступила пропуска меня вперед.
Легко оттолкнуться от земли и одним прыжком оказаться на балконе своих покоев, находящемся над главным входом во дворец. Хрустальные льдинки, украшавшие его, звякнули от потока воздуха, пришедшего со мной. Но тут же задрожали от ветра, ворвавшегося следом.
- Подожди... - Шептали мои губы. - Я иду в Храм, подожди...
В голове пульсировала боль, тело ломило. Стихия требовала ответа, чувствуя, что я не оставлю больше этих детей на произвол судьбы.
- Дай лишь дойти до Храма...
Никто и никогда не должен увидеть, что может сделать Стихия с тем, кто представляет ее в этом мире. Никто...
Боль сводила судорогой мышцы, и я едва не упала, но собрала в кулак свою волю, продолжая идти к зеркалу, что стояло в глубине моей комнаты. Оно служило переходом в Хрустальный Храм.
Дойдя до него, сглотнула ком в горле и коснулась поверхности, которая моментально утянула меня внутрь так стремительно, что я и не заметила, как выпала на темные каменные плиты пола Храма.
Снежная, так звали стихию, была уже здесь, бросая от одной стены к другой, швыряя сгустки силы. Она словно не заметила моего появления, но я знала, что это не так. Она просто ждала момента...
Я села, подтянув колени к лицу, и сжалась, ожидая очередной порции боли от той единственной, кто имела настоящую власть надо мной и моим телом. Мой взгляд бездумно блуждал по Храму.
Хрустальный Храм... О нем ходили легенды, но никто не знал, как же он выглядит на самом деле. Никто не знал, что это мрачное, темное строение, находящееся внутри одного из горных пиков Каримшелль, ограждающих Льдиину от остального мира.
Никто не знал, что здесь славили стихии и проводили кровавые ритуалы для получения их силы.
Никто не знал... Кроме меня и богов.
- Ты нарушила обещание... - Прошипела Снежная, скомканный вихрем опускаясь возле меня.
У Стихий нет лица, только белое пятно и множество рук-щупалец, цепляющихся за тебя.
- Да...
А что я еще могла ей ответить? Лгать? Какой смысл? Она все равно узнает правду. и накажет. Но гораздо страшнее.
- Ты должна поплатиться! - Визгливый крик, режущий по ушам.
- Да...
Наказание всегда приходит. Чтобы ты не сделал, даже если это будет добрым поступком - наказание все равно найдет тебя. За все надо платить...
- Плати!
Удар по лицу, как плетью, обжигающий кожу. Еще удар, в низ живота. Меня отрывает от плит, швыряет по Храму, причиняя все новую боль. Ломая кости и нанося раны, из которых течет такая по-человечески красная кровь. Пожалуй, единственное доказательство того, что я все еще живой человек.
- Плати!
Из горла вырывается крик. Против моей воли, против желания, но я не могу его сдержать - я кричу. Сильно, отчаянно, страшно.
Вместе с криком вырывается кровь, Снежная в который раз сломала мне ребра и отбила все внутри. Она не щадила, никого и никогда, требовала постоянного подчинения. Стихия жестоко наказывала за любые ошибки...
Я знала это еще до того, как окунулась в ее силу. Знала, до того, как взяла этих детей или до того, как спасла Дель. Я знала.
И платила.
Отдавала кровь, отдавала боль, отдавала все, что могла отдать. Беззвучно плакала, роняя кровавые слезы, и отдавала. У меня не было выбора, давным-давно я сама лишила себя этой возможности.