Когда Упанишады называя Брахмана – То, это значит, что он не является Творцом, скорее Он является творением – потому что, когда мы говорим "Бог-Творец" мы превращаем его в личность, разделяем сущее надвое: на Создателя и его творение. Появляется двойственность. Упанишады говорят: Он – творение, тот, кто творит. Или, более точно, Он является Творчеством – самой силой творения. Называя Брахмана То, подразумевается, что все, что есть, является Брахманом, все, что есть, есть Он - проявленное и непроявленное, творение и творец. Он является и тем и другим. Брахман (Бог) – это абсолютная природа вещей, сама сущность. Брахман никогда не становится прошлым: это всегда настоящее, и Брахмана никогда нельзя свести к знанию. Вы не можете сказать: "Я дышал". Вы дышите. Дыхание не становится прошлым – это случается, когда вы умираете. Бог, как и жизнь – это всегда процесс, который нельзя свести к знанию.
– Бог – не личность
Строятся храмы, рисуются изображения, но никто не знает, как выглядит Бог. Все только предполагают, поэтому вы можете нарисовать Бога с четырьмя лицами, с тысячью рук, со слоновым хоботом – все зависит от вас. Бог – это ваше творение, но после того, как вы его сделали, от него очень трудно отказаться, если, кто-то скажет, что это просто ваше воображение, это ваше предположение, вы будете сердиться, вы начнете сражаться. Вот почему все религии борются друг с другом. Причина здесь чисто психологическая. Люди хотят оставаться убежденными в своих идеях, они признают правильными только свои идеи о Боге и никто не должен беспокоить их. Но это не знание, это то, во что вы верите. Вера означает то, что вы не можете признать того факта, что вы не знаете, и если что-то вам не известно, вы отказываете этому право на существование.
Если Бог личность – он должен иметь Эго, как еврейский бог Яхве, и рано или поздно Он должен умереть. Личность приобретается в течение жизни, и она смертна. Если Бог личность, тогда хвали его, и он будет доволен, и ты будешь вознагражден, либо сейчас, либо впоследствии – после смерти. В то мгновение, когда мы принимаем Бога за личность, мы начинаем его искать, если не в мире, то где-то далеко на небесах, и упускаем всю суть. Бог здесь и сейчас, Бога нет больше нигде: он в камнях, в водах, в животных, он в людях, он в грешниках и святых. На Востоке говорят: "Бог живет там, куда пускает его человек". Загляни себе во внутрь, и найди место, где он исчезает.
Бог лишен облика – потому что гибнут только то, что имеет формы. Бренно тело, но тела у Бога нет. Бог – это все. В Боге мы рождаемся, в Боге умираем. Мы принимаем телесный облик, потом его теряем, но целое остается. Целое не гибнет, ведь оно – сама жизнь. И поэтому мы живем не в мертвой Вселенной, а живем в Боге, который нам и отец и мать.
Великий голландский мыслитель Спиноза, в свое время, сказал: "Бог – это не Он, который есть, а, То, что есть".
– Бог не создавал этот мир
Будда говорит, что никто, никогда не создавал этот мир. Нет причины бытия, иначе вы смогли расшифровать ее. Нет причины существования, Оно [существование} совершенно, абсолютно. Причин не должно существовать, если вы говорите, что Бог сотворил мир, тогда возникает вопрос – почему Он создал мир? Если вы найдете причину, вновь будет уместен вопрос – почему? Где он был, и что он делал до сотворения? Откуда он взялся до сотворения, и куда он исчез после сотворения. И что будет делать после того, как он разрушит этот мир, – останется наедине с самим собой?… И так до бесконечности, потому что ответа вы не найдете.
– Когда умирает Бог?
Вы не сможете познать Бога, если вы не познали праздник. Если вы забыли, как танцевать, сможете ли вы молиться? Если вы забыли, как петь и как любить, тогда Бог мертв. Это не значит, что он умер вообще. Он умер в вас, только в вас. В остальном он продолжает жить. Бог находится там, где радость и праздник, поэтому не ищите его в храмах: разве вы видели когда-нибудь счастливое лицо в каком-нибудь храме? Зайдите в любую церковь и вы не увидите там ни одного радостного лица – потому что там нет Бога.
– Набожный человек
У набожного человека в голове табун лошадей, но некоторые из них не от мира сего. Возникает гигантский разрыв: с одной стороны Бог, царство Божье, но большая часть коней по-прежнему тут, в этом мире. И это лишь усиливает неразбериху, влечет еще больше противоречий. Человек разрывается на части, распадается на куски. Его душа разбита, никакого внутреннего единства – а это есть признак душевного расстройства и здесь нужно разобраться в себе и отбрасывать лишнее благодаря пониманию. Но если вы избавитесь от этого лишь только потому, что кто-то так вам велел, то у вас ничего не получится – вы приведете в голову еще один табун лошадей. Отбрасывать нужно сознательно с полным пониманием – самостоятельно, а не потому, что это сказал или Иисус, или Будда. Они могут лишь показать в какую сторону идти.
Богобоязненность
"Богобоязненный" – это выражение существует на всех языках мира. И оно по сути своей уродливо, поскольку страх и любовь подобно свету и тьме, не могут существовать вместе. Если есть страх, ты не сможешь полюбить Бога. Ты можешь покориться и сдаться, но глубоко в душе притаится сопротивление, гнев. Глубоко в подсознании сохраниться идея мщения. Ты не сможешь простить Бога, которого боишься – это общая психология человека, находящегося в положении раба, независимо от того, кто подавляет его – Бог или плантатор.
Если ты понимаешь, что такое Бог, ты не можешь бояться Бога. Вся эта Вселенная и есть Бог. Бога как личности не существует: все сущее пронизано, пропитано неким свойством, которое называется Божественностью. Оно – в цветах, в траве, в звездах, во всем, что нас окружает. Оно в тебе – оно везде. Все сущее сделано из вещества, называемого Божественностью. Тогда, нужно ли этого всего бояться? А если ты живешь религиозной жизнью из страха, это будет жизнь раба, а не свободного человека.
Голод потребность тела, любовь потребность сердца, а Бог – потребность чего-то еще более глубокого. Нужно возвыситься не только над своим умом, но и сердцем. Нужно превзойти все, что на краю, превзойти все внешнее, чтобы остался только центр.
Иисус говорит: "Я дам вам то, что не взошло в сердце человека"… Но Иисуса не поняли ни те, ни другие. Он жил не умом и не сердцем – он жил "ничем". Он говорил: отбросьте все ориентиры, забудьте все внешнее и тянитесь к сокровенному центру, где есть только ты, чистое существование, незапятнанное бытие.
И когда ты просто есть – без чувств, без мыслей, ни чем не затуманенный, ничем не запятнанный, просто пламя без всякого дыма, – дверь распахнется, и ты войдешь в тайну бытия.
Богословие
Сутью богословия является то, что некие "ученые" мужи, подвизавшиеся к церкви, пытается при помощи слов и логики обосновать существование Бога. Например, Фома Аквинский, который является главным идеологом христианской церкви, из аристотелевой логики вывел пять признаков существования Бога, что, конечно, является абсолютным абсурдом. Не нужно слов и никаких научных трактатов – просто оглянись вокруг: все, что ты видишь – это и есть Бог, и другого Бога нет. Логика и божественное не совместимы – это относится к области непознаваемого, как, квантовый скачок, где все находится в суперпозиции, и по желанию наблюдателя, например, фантом света одновременно может быть и частицей и волной. Ученым известно, что такой факт существует, но почему это происходит – наука ответа дать не может. Наука вообще не может дать ответ ни на один вопрос – "почему?", она, в некоторых случаях, может ответить только на вопрос – "как?" (см. Наука.)
Богослова можно узнать немедленно, потому что он сам нечего не знает, он повторяет чужие слова из писаний, написанных людьми, которых давно уже нет. И как бы он ни пытался повторить точно, у него никогда это не получается, потому что внутри он полон замешательства и это влияет на то, что он хочет сказать. А когда человек познал что-то сам, тогда в его словах есть сила, которая приходит из собственного опыта.
Богословы всегда говорят сложным языком, его язык не может быть другим, потому что он должен прикрыть свою внутреннюю бедность и неполноценность сложностью языка. Если бы богослов пользовался простым языком, было бы очевидно, что в его словах ничего нет. Все что снизошло на Иисуса, Будду, Махавиру и других пророков богословы утопили в своих словах, погасили их огонь в священных писаниях и первоначальное выражение истины потерялось в толкованиях. Богослов создает мертвую религию, а видящий создает религиозность.Язык видящего – та глубина, из которой исходят слова. Не логика лежит в их основе, а любовь и сострадание. Видящий не просто говорит, он делится. Тайна скрыта в самой простоте, а где все сложно – ты найдешь только слова.