Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Далеко позади остались синие горы, становились пологими холмы, потом и вовсе сменившиеся низменностью. Дорога пошла вдоль реки, через зеленую долину, заросшую густой травой и вереском. Первые три дня пути вовсю светило солнце, а вот на исходе четвертого дня погода испортилась: после полудня подул с моря холодный ветер, принося с собой низкие серые тучи. Затем ветер утих, и пошел дождь – нудный и мелкий, из тех, что так не торопятся прекращаться, а все льют и льют целыми днями.
Вымокшие путники остановились. Гета сбегал к реке – поискать удобное для ночлега место, желательно под густыми древесными кронами. Один из парней, Тит, вдруг нагнулся, а потом и слез с лошади, пристально рассматривая заросшую травой тропку. Не тропку даже – а заброшенную дорогу!
– Может, я схожу посмотрю, что там? – обернулся воин.
Юний кивнул – развалины какого-нибудь амбара или хижина пришлись бы сейчас как нельзя более кстати. Не очень-то хотелось спать на мокрой земле. Получив разрешение, Тит скрылся в кустах, и как раз в это время вернулся от реки Гета.
– Рыбы – полно! – откидывая со лба мокрые волосы, радостно сообщил он. – Так и играет. Ух и наловим же!
Рысь усмехнулся:
– Сначала определимся с ночлегом.
Они спешились и, укрывшись под ветвями деревьев, принялись дожидаться Тита. Тот появился быстро – улыбающийся и веселый, – еще издали замахал руками, закричал:
– Эй, пойдемте!
Взяв лошадей под уздцы, путники свернули на старую дорогу и, по колено в траве, отправились вслед за первопроходцем Титом. Стало темнее, слева и справа от дороги росли высокие клены и липы, попадались и рябины, и дубы, но реже, зато вокруг хватало орешника и малины, впрочем, пока что бесполезных – чай, не осень. Впереди показалась дубовая рощица, обогнув которую путники оказались на большой пустоши, заросшей густой травой и колючим кустарником. Посреди пустоши виднелись развалины виллы. Да-да, это была именно вилла – прекрасно сохранился фундамент, часть стен и крыши, а чуть далее, за кустами, виднелись остатки амбара и прочие хозяйственные постройки, в большинстве своем разрушенные.
– Вот тут, думаю, и заночуем! – входя в бывший атриум, громко произнес Тит. – Там, в таблиниуме, вполне сносно.
Юний прошел в таблиниум – столовую, когда-то служившую для приема гостей. Темно, гулко, вокруг обломки обгоревшей мебели, закопченная роспись на стенах, на полу – остатки мозаики. Да, похоже, когда-то давно здесь неплохо жили. Интересно, что же случилось потом? Напали враги? Или владелец разорился и бросил поместье?
– Эй, Гета! – выйдя на улицу, Рысь приказал слуге привязать коней у атриума – там было вдоволь сочной травы.
– Заночуем здесь, господин? – вскинул глаза мальчишка. – Здорово! В такой дождь, конечно, лучше провести ночь под крышей… Пусть даже под такой худой, как эта! – Гета кивнул на развалины. – Велишь развести костер?
– Да, разводите. Тит и Флавий – поможете Гете, – распорядился Рысь. – Марций – со мной. Осмотрим округу.
Кивнув, Марций ухмыльнулся и поправил на боку меч.
– Удобно тебе таскать такой длинный? – на ходу поинтересовался Юний.
Парень пожал плечами:
– Привык. Я ведь не римлянин, бритт, только не из бригантов, а из корновиев. Длинный меч – наше родное оружье! Смотри-ка, а амбар-то, похоже, цел!
Оба остановились перед закрытыми створками дверей – тяжелыми, из крепкого дуба. Марций – парень был силен, гораздо сильнее Тита или Флавия – с усилием потянул на себя правую створку дверей… и отпрянул. В нос ударил запах гниющей плоти!
– Что там такое? – положив руку на меч, Рысь напряженно принюхался к приторно-сладковатому запаху и оглянулся. – А ну-ка, принеси факел.
Кивнув, бритт убежал и скоро вернулся с пылающим факелом. Юний уже дожидался его у дальней стены амбара, сидя на корточках рядом с обнаженным обезглавленным трупом.
– Женщина! – осветив страшную находку, прошептал Марций. – Похоже, совсем еще молодая… Ее пытали! Вон – порез, и здесь, и здесь… А левую грудь прижигали… Видно, выпытывали что-то… Но зачем отрезали голову? Женская голова – не такой уж ценный трофей. Хотя, может быть, она была ведьмой, тогда…
Парень наклонился к кровавой луже:
– А похоже, ее не так давно и убили. Дня три-пять.
– Переверни тело, – подумав, приказал Рысь, взяв у молодого воина факел.
Марций послушно исполнил приказанное. На спине виднелись следы плетей. Да-а, кто-то хорошо поработал над несчастной… Юний неожиданно вздрогнул и наклонился, освещая факелом истерзанную спину убитой. Родинка! Родинка под левой лопаткой… Такая же, как была у рыжей Лицинии, веселой проститутки из Эборака! Если это она… Скорее всего! А ну-ка, посмотрим под мышкой… Ага! Ну, вот он, синий журавль! Опять загадки…
Вернувшись на виллу, Юний велел своим закопать труп и залить водой уже разожженный костер. Кто знает, не таились ли в ближайших окрестностях те кровожадные твари, что столь жутким образом расправились с несчастной девчонкой? Следовало быть осторожнее. На ночь выставили сразу двух часовых. С вечера до полуночи караулили Тит с Флавием, а с полуночи до утра – Марций и Гета. Юний же, как и положено командиру, осуществлял общее руководство. Впрочем, ночь прошла спокойно. Утром, наскоро перекусив, путники уселись на лошадей и, не обращая внимания на дождь, помчались дальше.
Река постепенно становилась шире, дождь перестал к полудню, и в голубое, очистившееся от туч небо выкатилось яркое долгожданное солнце. А еще через день на дальнем холме показались приземистые стены Эборака.
Рысь не стал искать постоялый двор. Проскакав по широкой улице, его небольшой отряд выехал на главную площадь – к штабу шестого легиона. Легат Клавдий Апеллин как раз находился там, и Юнию не пришлось долго ожидать вызова.
Усевшись в приемной на длинной скамье, он слышал, как слуга доложил наместнику:
– Ант Юний Рысь из Виндоланды.
– Пусть входит!
Рысь едва скрыл удивление – кроме него, в приемной сейчас находились и куда более достойные уважения люди, среди которых два центуриона, судя по доспехам с серебряной виноградной лозой. Тем не менее легат вызвал Юния первым! Тот даже не ждал… Интересно…
Увидев вошедшего, легат тут же оторвался от разбросанных по столу записей – деревянных и восковых дощечек и кусков пергамента.
– Ант Юний Рысь? – тихо спросил он.
– Да, игемон.
– Расскажи-ка мне о Гае Феликсе!
Рысь вздрогнул – уж не ослышался ли он?
Глава 5
Май 229 г. Эборак
Задание Клавдия Апеллина
Какое еще исчезновение, сходное, хотя и отличное, было замечено им в тот же период?
Джеймс Джойс. Улисс
Гай Феликс! Умный и хитрый имперский префект, два года назад попытавшийся захватить власть в Риме. Мятеж тогда не удался, и Феликс картинно покончил жизнь самоубийством – выпив яд, бросился с моста в Тибр. Красивая смерть… Слишком красивая, а Феликс любил эффекты. Да и труп его не нашли, как ни старались. В общем, та давняя история оказалась довольно темной, и Юний старался вспоминать о ней как можно реже. И уж тем более никому ничего не рассказывал здесь, в Британии!
– Да-да, я не оговорился, – улыбнулся наместник. – Ведь ты являлся помощником Феликса в бытность его префектом Рима! И лично ты, Юний Рысь, немало способствовал раскрытию многих громких дел, к примеру – разоблачению секты поклонников Вакха. Об этом долго судачили в Риме.
Рысь молчал. Отрицать очевидное было бы глупо – уж слишком много знал этот легат.
– Итак, ты был помощником префекта Гая Феликса, а он не брал на службу дураков, – Клавдий Апеллин усмехнулся. – Нет, не стоит хвататься за меч, я знаю, как ты можешь им действовать… Рысь из Трех Галлий! Да, я навел кое-какие справки. Просто искал нужного человека… Нет, я вызвал тебя сюда вовсе не для того, чтобы арестовать по обвинению в оскорблении величия цезаря! Какое мне дело до сфабрикованных обвинений? У меня к тебе… даже не приказ, просьба… Личного плана.
Наместник тяжко вздохнул, и Юний увидел вдруг, как же он сильно сдал с того времени, как принимал смотр в Виндоланде – весь как-то осунулся, темные, прежде пылавшие неукротимым огнем глаза запали, волосы, казалось, поседели еще больше. А ведь и двух недель не прошло! Что ж такое случилось?
– Что за просьба? – глухо осведомился Рысь.
– Прежде поклянись, что все останется в тайне, – попросил легат.
– Клянусь Юпитером и Юноной!
– В Виндоланде, во время инспекции, пропала моя дочь Клавдия, – без всяких предисловий заявил наместник. – Я хочу ее найти.
– Дочь? – удивился Юний. – Я не видел ни одной женщины в свите.
– О, моя дочь не из изнеженных дурочек. – Клавдий неожиданно улыбнулся. – Она скачет на коне, лихо машет мечом, вообще всегда вела себя, словно воин. Что поделать, девчонка выросла в воинских лагерях. И, надо же, упросила меня взять ее с собой в Виндоланду – давно мечтала увидеть вал Адриана. Пришлось взять. – Легат развел руками. – Но она не причиняла особых проблем. Переоделась в мужское платье и вела себя тише воды, ниже травы. А потом вдруг исчезла… Рысь вдруг прикрыл глаза:
– Так, значит, она была в мужской одежде… То-то я и смотрю… Зеленые глаза, темные волосы, худенькая, на вид лет пятнадцать?
– Шестнадцать. Да, это она. Так ты ее видел?! – В глазах легата зажглась надежда.
Юний кивнул:
– Похоже, что так. Правда – мельком. Что же, ее не искали?