Всего за 33.99 руб. Купить полную версию
Наконец тропа заметно расширилась - это было хорошо видно, даже несмотря на папоротники, - за осинами и молодыми дубками замаячили почерневшие от времени идолы.
- Змеиное капище, - зловеще прошептала Кармана. - Сейчас позаброшено, но бывали когда-то времена, рассказывала бабка…
Велимор пожал плечами:
- И где же слуги?
- Придут, - оскалила зубы жрица. - У них свое заданье.
- А без них никак не начать? - поджал губы гость и тут же засмеялся. - Ах, да, баран же у них остался. Что ж, подождем. - Он демонстративно уселся на ближайший поваленный бурей ствол.
Вне себя от внезапно нахлынувшего бешенства, Кармана прошла чуть вперед, к Малибору.
- Самолично удавила бы эту заносчивую тварь, - оглядываясь на беспечно насвистывающего посланца, прошептала она. - Ну, Вельвед, неужели не мог прислать кого получше? Не нашлось у него других волхвов, что ли?
- Значит, не нашлось, - пригладив редкие растрепавшиеся волосики, кивнул волхв. - Вельведу виднее. Он всегда чудил, еще у Миронега…
- Это которого заклятьем сгубил? Узнать бы - каким?
- Заклятьем? Плохо ты его знаешь, Кармана! Станет Вельвед зря заклятья тратить, как же! Капнул яду в бражку - вот и нет князя. Потом, правда, еле убежал, затаился.
- Вот и нам бы так с Олегом ладожским, - понизила голос жрица. - А не посылать этого дурошлепа, Онгуза. Твоя ведь задумка.
- А что? - Малибор вскинул брови. - Чем плох Онгуз?
- Да ведь попадется!
- И пусть. Не убьем князя, так хоть страх посеем.
- Ага, посеем, как же… Однако, чу! - Она вдруг замолкла и прислушалась. - Похоже - наши.
За деревьями, и в самом деле, показались слуги - четверо молодых крепких парней с одинаковыми несколько туповатыми лицами, словно вытесанными из камня. Двое из них тащили за плечами большие трепыхающиеся мешки, такой же мешок, только поменьше, был и у замыкающего.
- Все исполнили, как велели, - заметив волхвов, низко поклонился идущий первым.
- Где взяли? - взглянув на мешки, поинтересовалась Кармана.
- Где и было сказано, - пожал плечами парень. - Одного - на пастбище, другого в челне.
- В челне? - как ужаленный подскочил Мали-бор. - Я ж сказал - только на пастбище!
- Так на пастбище только один был, а вы ж велели двоих.
- О чем шум? - Велимор бесцеремонно вмешался в беседу. - Объясните-ка, чем тот, что в челне, хуже того, что на пастбище?
- А тем, брате, - вздохнула Кармана, - что пастушонка на пастбище хватятся, в лучшем случае, к вечеру. А вот того, что в челне… Кто знает, может, сейчас уже ищут? - Она вдруг зашипела на слуг: - Вам же говорено было - взять двоих с пастбища!
- Так не было там двоих.
- И что? Обошлись бы одним.
- Ладно, что теперь спорить, - махнул рукой Малибор. - Сейчас и начнем проворненько. Челн-то хоть затопили?
- Затопили, господине.
- Ну, хоть на это умишка хватило… Одначе не стойте, тащите всех к капищу…
Поклонившись, слуги развязали мешки. В одном - меньшем - трепыхался средних размеров барашек с грязновато-белой шерстью, в двух других были люди, два молодых парня: один - темно-русый, с круглым румяным лицом и вздернутым носом, худенький, но жилистый, крепкий; другой - значительно младше, белоголовый, смуглый, с широко распахнутыми глазами, серо-голубыми, как холодные воды Волхова. Он все оглядывался и никак не мог понять, где очутился. И главное, почему? Другой, тот, что постарше, был без сознания. На заросшем затылке запеклась кровь.
- Вы его не порешили, а? - Малибор строго посмотрел на слуг. Те виновато потупились.
- Он драться принялся. - Один из парней показал на явственно проступавший под глазом синяк. - Пришлось оглоушить.
- "Оглоушить"! - передразнил жрец. - Ладно, для ямы и такой сойдет… - Он переглянулся с Карманой и чуть улыбнулся. - А вообще-то, пусть гостюшка выбирает.
Поднявшись, посланец Вельведа кивнул. Подошел ближе к будущим жертвам. Вот тот, что лежит без сознания, крепок. Значит, будет мучиться дольше… может быть. А может быть, сразу помрет - кто знает? Башка-то пробита. Эвон, так и не пришел в себя до сих пор. Нагнувшись, молодой волхв похлопал круглолицего по щекам. Тот застонал, заморгал веками, но так и не пришел в сознанье.
- Этот - вам, - усмехнувшись, Велимор поднялся и, подойдя к плачущему отроку, взял его за подбородок, заглянув в глаза. Увидел в них страх, улыбнулся удовлетворенно и махнул рукой слугам:
- Снимите с него рубаху и подвесьте за ноги.
Отрок трепыхнулся было - куда там! Сильные руки враз сорвали с него рубаху, привязали к ногам веревку:
- Куда вздергивать, господине?
Молодой волхв огляделся.
- Да, вон, хоть на эту сосну, - он кивнул на кривое, росшее прямо напротив идолов дерево.
Слуги споро исполнили приказание. Любопытствуя, Малибор и Кармана подошли ближе. Велимор все с той же усмешкой, вытащив из-за пояса нож, ловко надрезал висящему вниз головой отроку вены. Закапала кровь, дымящаяся, густая, похожая цветом на темное ромейское вино. Молодой жрец слизнул ее с ножа, обернулся… Всякое повидали Малибор и Кармана, но того, что произошло дальше, не видели уже давно! Волимир вдруг крутнулся на пятке, взвыл, словно волк, и, отбросив нож в сторону, принялся зубами грызть несчастному отроку шею… Тот несколько раз дернулся, заверещал…
Когда все было кончено, Велимор повернул к жрецам окровавленное лицо. В широко открытых глазах его светилась радость.
Малибор и Кармана переглянулись и одобрительно хмыкнули. Похоже, именно того человека прислал Вельвед… того, кого надо.
- Ах, да, чуть не забыл. - Посланец улыбнулся и, вытащив из заплечного мешка узкий стальной прут, проткнул жертве сердце.
Кармана, подойдя, положила руку на плечо молодого жреца:
- Теперь наша очередь.
Вместе с Малибором они подтащили так и не пришедшего в сознание парня к глубокой, прикрытой старым лапником яме, полной ядовитых змей, и, без лишних слов столкнув его туда, выпрямились, отряхивая от налипшей земли руки.
Еще не успокоившийся до конца Велимор с любопытством заглянул в яму - жуткие скользкие кольца, темно-серые, шевелились, словно дождевые черви.
- Неплохо придумано, - тяжело дыша, кивнул он. - Похоже, он уже мертв.
- Боги приняли жертвы! - Малибор с Карманой, одновременно упав на колени, воздели руки к небу и заголосили. Тем временем слуги занялись бараном…
Велимор присоединился к ним, вспоминая всех богов, которых знал… и которых велел обязательно вспомнить жрец Вельвед. Как же их? Кром… Мадг… Морриган… Главный, кажется, Кром. Кром Кровавый - Кром Кройх. Да, не забыть бы отрезать голову… И тому, что в змеиной яме. Впрочем, вряд ли кто туда полезет, придется обойтись одним. И еще одно не забыть…
Подняв с земли нож, молодой жрец стесал со ствола дерева часть коры и окунул палец в лужу натекшей у корней крови…
Солнце еще не успело склониться к полудню, как вся компания, отмывшись от крови в холодной воде Волхова, погрузилась в узкую стремительную ладью. Слуги выгребли на середину реки и поставили парус.
Дивьян очнулся от ощущения чего-то холодного, мерзкого, ползающего словно бы по всему телу. Сдерживая стон, он чуть приоткрыл глаза - и увидел прямо перед собой узкую змеиную морду. Немигающе пусто смотрели глаза гада, узкий раздвоенный язычок щекотал губы. Дивьян подавил дрожь. Подумаешь, очутился в яме со змеями, эко дело! Могло быть и хуже - бросили б, оглушенного, в Волхов, лежал бы сейчас на дне, с русалками. Они такие же, как змеи, - склизкие, с хвостами. И с ними - верховный их господин, Ящер.
Сидит, сидит Ящер
Под ракитовым кустом…