Кукушкин Всеволод Владимирович - Меч императора стр 22.

* * *

Коллекционер возвышался над столом, уставленным разнообразными закусками, которые он потреблял с видимым удовольствием. Но пил только минеральную воду, да и ту без газа. Даже сидя, он производил внушительное впечатление размахом плеч и объемом грудной клетки. Короткие, недавно постриженные волосы были некогда буйными черными, а теперь в них преобладала седина, на лице чернели усы, которые плавно переходили в седую бороду. На Сергее была черная трикотажная рубашка поло с короткими рукавами; в огромных ручищах он держал вилку и нож, с помощью которых расправлялся и с холодцом, и с солениями, и с пирожками, и с паштетом. Встречу он назначил в ресторане-клубе "Гусятникофф" в районе Таганки – известном среди гурманов настоящей русской кухней. И паштет здесь назывался "паштет из гусиной печенки", а не "фуа гра" на французский манер. И супчик именовался просто – "щи зеленые".

Сергей за трапезой оживленно обсуждал со своим собеседником, которого он называл Юрок, диаметр крышки люка, через который они лет двадцать пять назад опускались в подводную лодку. Спор шел на тему – одинаковы размеры этой штуковины на "дизелях" и атомных лодках, или все-таки отличаются. Сошлись на том, что диаметр от 550 до 650 миллиметров. При этом не важно, атомная лодка или дизельная. Просто люки делают на одном заводе где-то на Волге и рассылают по верфям.

"Интересно, сейчас бы они в такие люки протиснулись? Нет, застряли бы обязательно!", – подумал Вадим, представившись обедающим мужчинам. Он положил на стол свою визитную карточку и уселся в светло-коричневое плюшевое кресло.

– Что будете кушать? – поинтересовался Сергей Юрьевич.

– Спасибо, приятного вам аппетита! А кушать будем кофе с горячим молоком, – ответил Вадим.

– Хорошо. Советую вам по-венски, очень хорош! А молочка попросите подогреть можайского, к ним каждое утро бидончик свежего подвозят! – посоветовал Сергей.

– И принесите нам пару тарелочек с такими маленькими пирожными, – обратился он к официантке, которая уже стояла возле их столика и прекрасно сориентировалась, кто здесь главный и кто заказывает.

– Мне говорили о вас, как о капитане первого ранга, подводнике и, может быть, эта медаль вам будет интересна.

При этих словах он достал из бокового кармана пиджака круглую пластмассовую коробочку, в которой была бронзовая медаль. Сергей достал очки и сразу начал изучать бронзовый диск. "Потрясающе! Смотри, Юрок, они сделали медаль в честь первого соединения атомных подводных лодок. Потрясающе – они указали их базирование – помнишь названия "Западная Лица", "Губа Малая Лопаткина" и "Губа Большая Лопаткина". Юрок разглядел состав – проект 627, 671 и 671 РТ. Потом он перевернул медаль и на оборотной стороне, где уже были вместе Андреевский и флаг ВМФ России, обнаружил новое базирование – Гремиха. "Смотри, проекты 627, 671, 671 РТ, 705 705 К, – я на какой-то из этих лодок практику проходил, – и добавил – молодцы мужики, такую память сделали".

– Вы эту медаль привезли нам показать или еще с какой целью, – поинтересовался Сергей Юрьевич.

– У меня довольно эклектичная коллекция, вот и занесло в нее такую памятную медаль. На флоте я не служил, так что это вам в подарок.

Юрок смотрел на него с интересом, нет ли здесь какого подвоха.

– Мне говорили, что вы известный в Питере коллекционер холодного оружия, – продолжил Вадим.

– Известность – это не то, к чему стремится коллекционер, – глядя поверх очков в тонкой оправе, заметил Сергей. – В основном я коллекционирую морские офицерские кортики. А вас что волнует?

– Японский меч – катана. Причем не любой, а конкретный, – Вадим решил говорить все, как есть. – Мне стало известно, что где-то в России есть меч последнего императора Китая, который ему подарил император Японии.

– И вы хотите его найти? – с какой-то чуть уловимой иронией вновь вступил в разговор Юрий.

– Да.

– Нелегкая задача. А почему вы обратились к Сергею Юрьевичу?

– Сейчас в Москве по любому поводу говорят, что для начала надо спрашивать у питерских, – с улыбкой ответил Вадим.

– Давайте поступим так – вы свяжитесь с моим секретарем, ее зовут Даша Вепринцева, она может вам дать телефоны питерских коллекционеров. Разумеется, скажете, что у нас с вами был разговор. А впрочем, – Сергей, видимо, раздобрился и взялся за трубку мобильника, который хотя и был дорогой модели "Верту", но, судя по трещинам на дисплее, побывал не в одной переделке.

– Дашок, это Сергей Юрьевич, – сказал он, словно кто-то другой мог позвонить с этого номера его секретарю. – Тут симпатичный молодой человек с нами обедает, коллекционер, Вадим его зовут. Я дам ему твой телефон и ты из нашего списка продиктуешь ему имена моих питерских партнеров. Все-таки все сумасшедшие должны поддерживать друг друга. Ну, заодно отведи его на выставку на Конюшенной, – посмотрел вопросительно Сергей Юрьевич на Вадима – мол, будет ли тот в Питере? Получив подтверждающий кивок, завершил звонок. – Я им как-то два кортика пожертвовал из своей коллекции. Может быть, кто-то и катану им дал.

На этом телефонный разговор-инструктаж закончился. Сергей продиктовал Вадиму телефон Даши и пожелал новому знакомцу удачи. Принесли кофе, молоко и пару огромных блюд с неимоверным количеством таких маленьких пирожных, что Вадим начал непроизвольно их пересчитывать. Но быстро сообразил, что из этой попытки ничего не выйдет. Сергей Юрьевич, не глядя, протягивал руку к блюдам попеременно, и число маленьких пирожных таяло просто на глазах. С Юрком они опять заговорили о подводных лодках, об автономках, вспоминая дорогие сердцу приключения в каком-то заливе Хаммамет в Тунисе и в Мексиканском заливе, а также непростые походы к берегам Антарктиды. При этом с удовольствием вновь разглядывали медаль, припоминая названия лодок и имена знакомых командиров.

Вадим откланялся. Через два дня ему предстояло отправляться в Санкт-Петербург.

* * *

Он все-таки сумел "скроить" поездку так, чтобы убить двух зайцев – вторую половину первого дня своего визита в северную столицу снимал в Мариинке интервью с известным театральным деятелем, а на следующий день решил заняться поиском катаны. Впрочем, без надежды на успех. Разве что на случай, которым и знамениты всяческие находки картин импрессионистов на заброшенных чердаках, или где-то еще.

Когда образовалась пауза на чашку чая, он набрал телефон питерской Даши, отрекомендовался, что он от Сергея Юрьевича и что-то пробормотал в ответ на бодрое: "А я вас еще позавчера ждала!". В общем, договорились созвониться поближе к шести. Поскольку продюсер съемок был человеком серьезным, то номер на одну ночь ему забронировали в "Кемпинском" на набережной Мойки. В гостиницу он приехал около четырех часов дня и решил "придавить" подушку еще на пару часов – в ночном поезде он почти не спал и теперь чувствовал себя "разбитым".

В шесть он снова набрал секретаршу Дашу, но девушка его озадачила.

– Сегодня вечером у нас хоккей и Сергей Юрьевич приглашает вас в свою ложу в "Ледовый", – предложила собеседница, – на ВИП входе вы спросите билет на вашу фамилию. А, кстати, я ее и не записала еще! Моисеев? Хорошо. И подниметесь в нашу ложу на лифте. Третий этаж.

К счастью, до метро он дошел быстро, доехал до "Большевиков" и успел в "Ледовый" как раз к первому вбрасыванию.

И едва не потерял дар речи, когда вошел в ложу: на него вопрошающе смотрела та самая "богиня", которой он так неловко пытался заплатить за воображаемый стриптиз. На этот раз она была одета. Просто, но стильно. К тому же у нее были светящиеся глаза, которых он не разглядел тогда на пляже, и добрая белоснежная улыбка.

– Господин Моисеев? Вадим? Я – Даша, секретарь Сергея Юрьевича! – протянула она ему мягкую ладошку, которую Вадим осторожно пожал. Он узнал девушку с первого взгляда. Она же его не узнала. И время прошло, да и вид у него совсем иной, чем тогда, на утреннем рассветном пляже в Сочи.