- Сперва нужно развернуться, - застучал пальцами по панели Егор Антонович. - Даю команду работы двигателям ориентации. Все готовы? Запуск!
"Касатка" несколько раз дернулась, плавно развернулась так, что голубой шарик повис в центре лобовой панели, снова дернулась и остановилась, нацелившись носом на Землю.
- Есть обратная ориентация! - отчитался пилот.
- Протокол? - спросил Денис.
- Подожди… - покачал головой Егор Антонович, продолжая регулировать настройки. - Ищу связь.
- Какая связь? - хмыкнул Сизарь. - Мы слишком далеко. На Луну еще никто не вещает!
- Подожди… - Егор Антонович продолжал настраивать рацию.
- Земля "уходит"! - указал на иллюминатор Сизарь.
- Значит, крутимся, - невозмутимо ответил пилот. - Будем ориентировать старт по гироскопу. Через виток.
Голубой шарик медленно скрылся под носом корабля, за термостойким стеклом засверкали звезды. В салоне "Касатки" повисла долгая тишина, прерываемая лишь редким постукиванием пилота по клавишам настройки.
- Ага, чей-то новостной передатчик, - внезапно сообщил Егор Антонович. - Но на английском. "Русский проект провалился", "Русских ученых пожрал космос", "Белая раса остается на Земле", "Катастрофа русского челнока", "Испытания провалились", "Смерть русских космонавтов". Поздравляю, ребята, мы снова стали знаменитостями. Кстати, лично я перед полетом всегда предупреждаю жену до моего возвращения новости не смотреть.
- А я пока такой бедой не озаботился, - жизнерадостно ответил Сизарь.
Тумарин промолчал, мысленно ругаясь: весь этот поток злопыхательств его Аривжа наверняка пропускает сейчас через себя.
- На нашей волне тишина, - наконец пришел к выводу пилот. - Ни позывных, ни маяков. Видно, и вправду далеко. Штурман, зачитать протокол!
Денис снова взялся за распечатку. Через десять минут орбитальный челнок отключил все системы и заэкранировал рабочие узлы. Тумарин еще раз проверил ремни своей упряжи и поинтересовался:
- Что теперь? У нас нет даже показаний гироскопа!
- Не боись, дети компьютера, я тридцать лет за штурвалом. По "шарику" не промахнусь.
- Выглядите вы немножко моложе.
- В наше время существовали аэроклубы. Первый раз я поднялся в воздух в пятнадцать. Эх, детишки, Сталина на вас нет! При нем в свои годы вы уже ругались бы про плохие поставки перловки на Альфу-Центавра.
- Тушенка мне нравится больше, - не удержатся Денис.
- Тушенка нравится всем, - не стал спорить пилот, глядя на ползущую по лобовому иллюминатору планету. - А жрать приходится макароны. Прижимаемся к креслам… Двигатель включен!
Спинка жестко нажала Денису на позвоночник - причем с нарастанием усилия, - чуть ослабла, нажала снова, потом позволила сделать вдох, снова сдавила невероятной тяжестью, отпустила, нажала, отпустила…
- Ну?! - возмущенно выкрикнул пилот. - Что опять за глюк?!
- Перегрев плиты, - облегченно выдохнул Сизарь. - Мы хотим вернуться или угробить "Касатку"? До нового запуска ждем остывания двигла не меньше двух часов. Это я имел в виду однократный толчок. Но лучше ждем четыре для серии из трех капсул.
- Понятно. - Егор Антонович вернул сектор газа в среднее положение. - Эй, штурман, конструктивную критику принимаешь?
- Да! - ответил Тумарин.
- Вам в эн-зэ колоду карт следует класть. И фишки. Чтобы в экстремальной ситуации было чем заняться.
- Ага, - тут же подхватил Сизарь. - И экипажи формировать смешанным составом. Чтобы был смысл играть на раздевание.
Тумарин беззаботно рассмеялся. Но идею в памяти все-таки отложил. В стрессовой ситуации думать не о жизни и смерти, а о кое-чем, более интересном… Для капсулы, летящей с людьми через мертвый космос, в этом и вправду был вполне разумный и приземленный, сермяжный смысл.
- Ладно, предлагаю запуск систем жизнеобеспечения и связи, - высказался он. - Исполнять протокол полностью, честно говоря, просто в лом!
- Вот отсюда и растут предпосылки к летным происшествиям, - ответил Егор Антонович. - Сперва пропускаем одну предполетную проверку, потом другую, потом игнорируем порядок запуска систем, а в завершение удивляемся падению самолета над безлюдной тундрой и не верим в "человеческий фактор".
- Хорошо, - не стал спорить Денис. - Тогда просто ждем. Четыре часа отдыха для новой серии импульсов. Сизарь, колись, куда спрятал лимонад? А то так жрать хочется, что переночевать негде.
- Чижик вам с Фонтанки, а не лимонад! Это наш единственный припас. Будем беречь до завтра. Тем паче, что по характеристикам двигателя меньше чем за трое суток нам с посадкой не уложиться.
Высидев четыре часа, космонавты отработали еще одну тормозящую серию, после чего попытались покемарить. Тумарин, по собственным ощущениям, так и не заснул - но когда открыл глаза, Земля казалась уже не крохотным голубым шариком, а занимала половину иллюминатора. "Касатка" отстрелялась серией из пятнадцати импульсов, после чего попыталась выйти на связь - но ее опять никто не услышал.
Оставалось только ждать, слушая постоянные репортажи англичан о собственной мученической смерти и одновременно - о совершенно безумных вариантах спасения капсулы, летящей неведомо где и неведомо в каком виде.
Впрочем, идея запуска спасателей на "жиже" в любом случае не могла вызвать у Сизаря и Тумарина ничего, кроме саркастической улыбки. Каменный век!
Пилот, привыкший к ракетам, которые пользуют химическое топливо, все же нервничал. Но одна заливка топливом баков "Протона" требовала больше времени, нежели было нужно им на возвращение. И это даже при том печальном факте, что свободных ракет и пилотируемых аппаратов в готовности не существовало вообще. Их производство, при самых ускоренных темпах, могло быть осуществлено этак года через три, не ранее.
- Как думаешь, Дениска, место в Кремлевской стене за нами останется? Или втихаря продадут буржуям? - после очередной долгой и печальной передачи поинтересовался Сизарь.
- Отвянь, - ответил Тумарин. - Меняю весь Кремль на один разговор с женой.
Егор Антонович молча отвел руку назад, и Денис шлепнул по ней в знак солидарности.
- А, совсем забыл, - хмыкнул Леша. - Ты ведь как раз "буржуй" и есть. Готовьтесь к очередной серии, мои бескорыстные господа. Время охлаждения прошло…
Тормознув еще раз, они распили одну из бутылок. Голод подводил брюхо, живот урчал и требовал подкормки - но голубоватый свет уже совсем близкой планеты позволял путникам легко справляться с требованиями организма. Они точно знали, что от голода не умрут. Капсул и плиты оставалось еще почти на пятнадцать минут работы, Земля находилась совсем рядом, и никто из троих путешественников не сомневался в успешной и очень скорой посадке.
Вот только связи по-прежнему установить не удавалось - и это было серьезной проблемой.
По команде бортмеханика все трое космонавтов снова отправились спать, а отдохнув, через иллюминатор начали изучать красоты величаво крутящейся перед ними планеты.
- Облаков многовато, - отметил Егор Антонович. - Сразу видно, что осень. Но во-о-он та кривая сопля вроде как похожа на мыс Горн. Если это так, то мы промахнулись мимо Южной Америки аккурат на сутки.
- У нас высота до чертовой бабушки, - выдал профессиональную оценку ситуации Сизарь. - Пока тормознем и снизимся, "шарик" запросто успеет провернуться.
Оба узких специалиста повернули голову к Денису - как всегда, в самый сложный момент вспомнив, кто именно платит за все и принимает решения.
- Класс!!! - ответил Тумарин. - А "чертова бабушка" - это сколько?
- Много! - честно признал пилот. - Что делаем?
- Пристегиваемся и тормозим! - без колебаний решил Денис. - Чем дольше колеблемся, тем меньше у нас кислорода.
- Как скажешь, начальник, - моментально расслабился Сизарь. - Значит, выпьем пива на сутки раньше. Мои системы исправны. Как ваша рация, пилот?
- Отключена, - уже вполне привычно положил руку на сектор ускорения Егор Антонович. - Корма вперед по курсу, ускорение до нуля. Работаем!
Денис еще успел подумать о том, что в радиусе двухсот километров все спутники связи, навигации и прочего баловства теперь подлежат списанию, как кресло уже вполне привычно толкнуло его в спину. Даже чуть сильнее, чем всегда: видимо, на этой высоте уже имелись признаки атмосферы.
Через несколько минут работа двигателя остановилась. Тумарин отстегнулся, подплыл к иллюминатору, пытаясь понять, где они остановились теперь?
- Гении, у меня для вас есть два известия, - прокашлявшись, сообщил Егор Антонович. - Одно хорошее и одно плохое. А если кратко, то мы падаем!
- И что теперь?
- Откуда я знаю? Атмосферы для планирования тут нет! Штурман, протокол запуска!
- Да, читаю! - кинулся на свое место Денис. - Снять экранировку системы жизнеобеспечения!
- Выполнено!
- Включить систему!
- Включено!
- Снять экранировку гарнитуры связи!
- Достал!
- Снять экранировку рации!
Через четверть часа челнок ожил, готовый к выполнению любых поставленных перед ним задач - но ему, стремительно падающему куда-то на мыс Горн, все еще не на что было опереться.
- Внимание всем, говорит "Касатка"! Прошу курс для посадки! "Касатка" просит курс! - поначалу спокойно, а потом все более и более нервно заговорил в гарнитуру пилот. - Блин горелый, меня кто-нибудь слышит или нет?! Прошу помощи у всех, кто меня слышит! "Касатка" возвращается из испытательного полета и просит курс на базу! Всем, кто меня слышит! "Касатка" просит курс! Проклятье! Оглохли они там, что ли? Или тоже нас похоронили? База, я "Касатка", черт бы вас всех побрал!