Оборачиваюсь. Мужик в кожаной тужурке и кожаных штанах, с блестящим медным горном на ремне через плечо. Стражник? Мм… нет - дозорный! - подсказала память.
- Оставь нас! - неожиданно сказала Эда, обращаясь к дозорному.
- Как изволите, госпожа! - ответил тот и, сдвинув свой горн за спину, начал спускаться по лестнице.
Не глядя больше на стражника, сестра развернулась к нему спиной и подошла к парапету башни. Лёгкий ветерок тут же принялся играть с её светлыми волосами, создавая летящую паутинку. Эда молча, глядела куда-то за горизонт, словно позабыв о моём присутствии.
Кажется, сейчас будет неприятный разговор, - подумал я, подходя к парапету башни рядом с сестрой, - ну, пусть начинает, посмотрим, что она мне хорошего скажет.
Эда, однако, не торопилась начинать и я, воспользовавшись возникшей паузой, принялся разглядывать открывавшуюся с башни панораму.
Где-то далеко вдали, на фоне голубого неба, выделялась синяя горная гряда. Пространство между ней и замком заполняли, сливаясь у гор в одну линию, желтые и зелёные участки земли.
Наверное, леса и поля… - подумал я и глянул вправо. Справа был город. Он начинался чуть ли не под стенами замка и уходил своими рыжими черепичными крышами вправо, за реку. Река была широкой, текучей и блестела на солнце, намекая на прохладу и свежесть.
Интересно, глубокая или нет? - подумал я, разглядывая бегущую воду, - наверняка, и рыба есть…
Додумать я не успел.
- Эри… я хотела тебя спросить… - начала Эда.
- Мда? - ответил я, отвлекаясь от созерцания окрестностей.
- Это правда, что ты убил служанку? - резко развернувшись ко мне лицом, спросила Эда.
- Не-а, - протянул я, - неправда!
- Да? - пытливо всматриваясь в мои глаза, спросила сестра.
- Ага, - кивнул головой я.
- А..аа, а кто тогда?
- Её убило чудовище… - глядя в глаза сестры, совершенно спокойно ответил я.
- Правда? - с облегчением в голосе спросила она.
- Правда! - ответил я.
А то, что этим чудовищем был твой брат, тебе знать не обязательно… Я ведь вроде сейчас за него… - про себя подумал я.
- Ой, Эри, я так рада, что это неправда!
- Да? А почему? - спросил я её.
- Ну… - сказала сестра и отвела глаза.
- И всё-таки? - настоял я.
- Эри, я так боюсь за тебя, - ответила сестра, смотря в сторону, - последнее время ты совсем перестал быть похожим на моего младшего брата, которого я знала!
- Что с тобой происходит, Эри? - сестра подняла на меня полные грусти глаза, - скажи мне!
Что происходит, что происходит? Крыша у Эри едет, вот что происходит! Ну и что ей сказать?
Что бы такого придумать, что бы я тут был не причём? О! Идея!
- Это магия, - ответил я, глядя на сестру.
- Что магия? - с недоумением спросила она.
- За всё приходится платить, - со спокойным видом пожал я плечами, - занятия магией берут свою плату…
- Я так и знала! - воскликнула сестра, хлопнув от избытка чувств ладонью по каменному парапету, - отец, брат, теперь вот ты!
- А что брат? - спросил я.
- Он тоже давно на себя не похож… - после паузы, тихо сказала Эда.
Мда? Групповая семейная шизофрения? Или дурная наследственность? А собственно, не всё ли равно? Мне-то какое дело? Я тут так, проездом…
- Я думаю, всё будет хорошо! - уверенным голосом сказал я фразу - успокоилку.
- Правда? А мне кажется, что дальше будет только хуже… - печальным голосом сказала сестра, теребя плетеный поясок на своём платье, - иногда мне кажется, что это дурной сон. Что нужно только проснуться и всё будет как прежде…
Так, Эда, похоже, собирается закончить разговор слезами! Если я не хочу, что бы мне плакались в жилетку, нужно поговорить о чём-нибудь другом…
- Мне кажется, ты преувеличиваешь! - бодро сказал я, - вот увидишь, скоро всё образуется. Найдёшь себе жениха, выйдешь замуж, заведёшь хозяйство, и все твои нынешние тревоги через пару лет покажутся тебе смешными и надуманными!
- Замуж? - клюнула на смену разговора Эда, - это за кого же?
- Ну, прям так и не за кого! Мне же вот нашлась половинка. И тебе найдётся!
- Я не хочу так! - нахмурилась сестра.
- Как так?
- Как кота в мешке! Я по любви хочу!
Хм, и тут все хотят по любви! На Земле с ней носятся, не зная, куда бы ещё её приткнуть, что бы на ней заработать, и здесь похоже любовь - фэйворит фудс! Вот уж любители любви!
- А что плохого в практичном подходе? - спросил я, - когда родители выбирают, наверное, в первую очередь о своих детях думают?
- Ничего ты Эри не понимаешь! Это их выбор, а я хочу сама выбрать!
- Ха! Тогда тебе нужна свобода, а не любовь! - ответил я.
- Это почему?
- Ну не я же произнёс слово сама? А сама - это значит, сделала, как хочу! Или свобода, если коротко. Или я не прав? - спросил я задумавшуюся сестру.
- Ну… может быть… Я как-то об этом не думала… - задумчиво протянула та.
Вот и подумай! - подумал я, - мож чего и придумаешь… Мне тоже нужно думать, как свалить отсюда. Не расслабляться, а думать, думать и думать! Ежесекундно, ежеминутно, ежечасно думать! Иначе придётся исполнять дурацкое пророчество, на радость всяким вечно живущим…
- Эри! Ты о чём задумался? - выдернула меня сестра из моих мыслей.
- Я? О своей невесте! - с ходу выдал я, первое пришедшее в голову.
- Да? - заинтересованно спросила Эда, - и о чём же именно ты подумал?
- Да вот думаю, удаться ли мне научить её бить в барабан и маршировать?
- Что? - изумлённо сморгнула Эда.
- Да так… - ответил я.
- Зачем ей бить в барабан?
- В поход пойдёт!
- Да ну тебя! Я серьёзно его спрашиваю, а он дурака валяет! - обиделась сестра.
- Да чё там думать! Ну, невеста! Две руки, две ноги, голова! А! Ерунда всё это! - отмахнулся я.
- Ну, Эри, как же ты не понимаешь! Свадьба - это ведь такой момент, которого каждая девушка ждёт всю жизнь!
- Ну, прям таки и всю! Потом это кажется не мой вариант! Уж меня-то она точно не ждала! - ответил я.
- Это ужасно, Эри! - искренне сказала сестра.
- Зато удобно! Не нужно носиться в поисках суженной, выяснять любит она тебя или нет, каково её приданое…
- Бедный Эри! - сестра неожиданно протянула руку и погладила меня по голове, - не переживай! Я буду молиться, чтобы Фелия оказалась хорошей девушкой и полюбила тебя…
- А я? А как же я? Кто за меня молится, будет? - уворачиваясь от гладящей меня руки, воскликнул я.
- Я буду молиться за вас обоих! - щедро пообещала Эда.
Что-то разговор принял какое-то душеспасительное направление, - подумал я, - нужно завязывать с этими слёзными речами…
- Слушай, Эда! Что-то тут становится жарковато! Не пойти ли нам в тенёк? - предложил я.
Солнце, впрочем, действительно припекало без всяких фантазий. В чистом небе не было ни облачка, и ничего не мешало ему изливать на землю своё свет и тепло.
Какое голубое небо! - подумал я, задирая голову в зенит, - эх, сейчас бы распахнуть крылья и махануть бы прямо с башни вверх, к солнцу! Как же давно я не летал!
- Хорошо, пойдём, - согласилась Эда, - куда ты хочешь?
- Хочу посмотреть, как там у меня убрались в комнате, вроде уже должны были закончить, - ответил я.
- Ты навёл порядок у себя в комнате? Не может быть! - воскликнула сестра, - я тоже хочу посмотреть!
- Пошли! - предложил я.
И мы пошли. Эда впереди, я на своих хитро заплетающихся ногах за ней. Спустились по лестнице башни, мимо кайфующего в прохладе наблюдателя с горном, прошли пару коридоров, свернули несколько раз и оказались перед охранником, охраняющим дверь моей комнаты.
- Прошу! - сказал я и распахнул дверь, пропуская сестру вперёд.
Комната сияла свежевымытыми окнами, пахла мокрыми деревянными полами и свежим бельём. Из воздуха исчез запах помойки и ношеной одежды.
М-да… - подумал я, по новой оглядывая обстановку комнаты, - аскетичненько так! Особенно удались серые каменные стены. Интересно, а что, обшить их деревом недосуг было? Наверно, тут просто чудно как уютно зимними вечерами… Или тут зимы не бывает?
А это ещё что? - мой взгляд упал на мольберт, сиротливо стоящий в углу комнаты, - откуда он тут взялся? Его что, служанки из-под тряпья выкопали?
Я подошёл к мольберту. К нему был приколот лист бумаги, причём уже видно давно. Бумага выглядела пыльной и посеревшей. На бумаге был начат и брошен рисованный грифелем рисунок - одинокий путник, идущий по дороге к горизонту. Была какая-то печаль в слегка ссутуленной фигуре, в линиях, обозначающих закат…
Что- то знакомое, - подумал я, - где-то я это уже видел… Только вот тут нужно не так!
Я взял с полочки мольберта грифель и провёл им по рисунку, поправляя линию. И вот тут…
- Эри! - я вздрогнул от неожиданности, когда мне сзади на плечи легли две лёгкие ладошки.
- Эри, ты снова будешь рисовать? - спросила меня сестра, разглядывая у меня из-за спины рисунок.
Рисовать? Я? Я никогда не рисовал!
- А я все твои рисунки сохранила! - продолжила между тем сестра, не видя моего замешательства.
- Возможно… - уклончиво ответил я, пытаясь справиться с охватившей меня растерянностью от неожиданно открывшегося у меня таланта.
- У тебя так хорошо получалось! А потом ты всё забросил, занялся своей магией… - с грусть в голосе сказала Эда и, убрав руки с моих плеч, отошла от меня к столу, стоящему у окна, и принялась на нём что-то разглядывать.