Всего за 164 руб. Купить полную версию
- Так сказала леди Марион, - подтвердил Орест.
Януш вздрогнул, отрывая взгляд от иссиня-черной правой кисти Нестора, посмотрел на принца.
- В самом деле? - тихо спросил он. - Она так сказала?.. Капитан, принесите черную сумку из моих покоев, - не дожидаясь ответа, переключился лекарь. - Только быстро.
Сэр Дейл вылетел из опочивальни, хлопнув дверьми. В коридоре Орест заметил приставленную охрану из валлийских офицеров - мудрый поступок со стороны капитана, учитывая желающих полюбопытствовать, насколько плохи дела у герцога.
- Что с ним? - поинтересовался Орест, кивая на друга.
Януш провел несколько раз ладонями по лицу молодого генерала, по груди, вызывая вначале судорожные сокращения мышц, а затем самый настоящий озноб, принявший терзать могучее тело. Нестор вздрогнул, застонал, распахивая невидящие глаза и тотчас закрывая их. Януш перехватил правое запястье герцога, хлопнул по щеке. Принц широко раскрытыми глазами наблюдал за жестокими волнами, накрывавшими вспотевшее тело генерала, пытаясь подавить в себе суеверный страх от действий лекаря.
- Нестор, - позвал Януш, удерживая его руку. - Нестор!
Герцог застонал, поворачивая голову к лекарю, но глаз открыть не смог. Из горла вырвался сдавленный хрип, и Януш рывком поднял обессилевшего мужчину, почти усаживая на кровати.
Нестора вывернуло, и принц Орест, хотя и находился по другую сторону кровати, шагнул назад, тотчас споткнувшись о кресло. Августейший сел, едва не промахнувшись мимо сидения, и сглотнул, когда Януш вытер губы Нестора, осторожно укладывая его обратно на подушки.
- Что с ним? - хрипло повторил принц.
- Плохо.
Переспрашивать принц не стал: лекарь выглядел сосредоточенным, напряженным, даже мрачным. Януш перетянул бечевкой правую руку герцога чуть пониже локтя, положил ладонь на горячий лоб. Нестор метался на подушках, и такая резкая перемена - от полного бессилия обездвиженного тела до самой настоящей агонии, охватившей, казалось, всё его существо - непременно привела принца в ужас, если бы лекарь позволил ему.
- Ваше высочество, - негромко позвал Януш, - на столике, в кувшине, вода. Прошу вас…
Орест кивнул, подорвался, хватая указанный кувшин, протянул его лекарю.
Януш протянул руку с тряпицей под струю воды, выжал, поднося к пересохшим губам герцога - и почти тотчас отдернул её, разглядывая кусок ткани на свет.
- В чем дело? - принц встревоженно переводил взгляд с покрытого испариной Ликонта на нахмурившегося лекаря. - В чем дело, Януш?
Лекрь тихо выдохнул, удерживая тряпицу в дрогнувшей руке.
- Это… плохая вода, ваше высочество. Нужна свежая.
- Я сейчас! Велю принести!
- И кипяток… - добавил лекарь, не глядя на принца.
Орест размашисто шагнул к двери, и Януш поспешно отшвырнул тряпицу, выливая отравленную воду из кувшина в помойное ведро. Руки он ополоснул в чистой воде, с силой протирая сухим полотенцем. Принцу незачем знать правду. Януш мог только предполагать, что подсыпал в воду незнакомый лакей, которого он встретил в покоях накануне. Яд не имел запаха и, должно быть, вкуса тоже, но в свете свечей менял цвет воды. Доктор не стал спорить с собственной совестью, сложив два и два - похоже, Нестору просто не оставляли шансов выжить. Только что он сам, собственными руками едва не убил патрона.
- Януш…
- Я здесь, Нестор.
- Я-я…
- Нестор, - Януш склонился к самому уху обессилевшего от агонии герцога, крепко сжал почерневшие пальцы, - Нестор, я должен сделать это, иначе ты умрешь. Очень мало времени… заражение убьет тебя. Я должен. Просто… постарайся принять это. Я должен.
- Что с ним? Что с его рукой? - перепуганно спросил подошедший принц, разглядывая иссиня-черную, распухшую, фиолетовую кисть герцога.
- Влажная гангрена, - отрывисто ответил Януш, вытирая пот со лба впавшего в забытье герцога. - Придется ампутировать.
Орест хватанул ртом воздух, шагнул назад, оседая в кресло: враз ослабшие ноги перестали держать. Двери в покои распахнулись, пропуская сэра Дейла с черной лекарской сумкой в руках, и следом за ним - валлийских лакеев, принесших воду, чистые тряпки и кипяток.
- Свободны, - нетерпеливо отмахнулся от них капитан, оборачиваясь к Янушу. - Что вы делаете?
Януш молча достал инструменты, окуная их в кипяток, выложил на чистую ткань. Не отвечая Дейлу, достал из сумки пузырек и смочил губку, поднося её к носу герцога.
- Что это? - продолжал допытываться капитан. От зорких глаз военного не скрылись ни распухшая кисть генерала, ни приготовления доктора. - Вы… хотите…
- Да, - жестко ответил Януш, и капитан разом умолк. - И вы мне поможете.
Сэр Дейл больше не задавал вопросов. По приказу лекаря он вымыл руки и скинул камзол, приступив к ложу генерала и положив ладони ему на плечи. Януш закатал рукава, взяв в руки небольшой медицинский нож, сделал несколько быстрых надрезов на предплечье герцога, обложил руку тканью.
- Ваше высочество, вы можете выйти, - предложил Януш, доставая медицинский напильник.
Орест очнулся и мотнул головой, вслед за капитаном скидывая мундир и закатывая рукава.
- Я останусь, - твердо заявил принц, становясь у изголовья кровати. - Вам может понадобиться моя помощь.
Флорика вытянула руку, любуясь золотым браслетом леди Августы, пихнула брата под бок, ожидая реакции. Феодор недовольно пошевелился, разглядывая свою драгоценность - драгоценное колье из редчайших камней горных шахт Валлии.
- Януш его зовут, - мечтательно продолжила сестра. - Красивый такой, зеленоглазый…
- Януш, значит, - мрачно ответил близнец. - И чаво этот Януш, предложил с ним прокатиться?
- Нет, - вздохнула Флорика, проигнорировав собравшиеся в комнате тучи. - Не предложил. Даже имени не спросил, мерзавец! Я ужо выведала у слуг, где его покои - ну там, на валлийской стороне, аверонские господа туда не заходют, брезгуют, значит, ну а я ничаво, полюбопытствовала…
- Чо?!
- А чо? Я же говорю тебе, дурья башка - ну красивый он…
Фео едва удержался, чтоб не сплюнуть. На его памяти сестрица впервые такую околесицу несла, и ведь с такой рожей-то серьезной, смотреть гадко! А ну как и вправду околдовал её Януш этот?
- Лекарь он, говоришь?
- Да-да, - оживилась Флорика. - Слуги говорили, будто добрый, в помощи черни не отказывает, хотя самого герцога врачует, это те не шишки в лесу собирать! Подглядела я, значитца, за ним - ну как картинка, до чего ладный! Ну то есть к чему это я? Мысль у меня образовалась - больной сказаться, да к нему обратиться… А што? Горничная вона нивелийская так и сделала - да только раскусил её лекарь заезжий, говорит, ничо я у вас не вижу сурьезного, идите, мол, воздухом свежим подышите, авось полегчает, а мне с вами делать неча… Ну так я не горничная пустоголовая, я к нему с взаправдишной раной приду! Руку вона обварю кипяточком, всего делов. Што мне, руки ради него жалко? Свежее платье одену, духи у леди Марион стащу, набрызгаюсь… как думаешь?
- Думаю, - глухо прорычал Феодор, вскакивая с кровати, - что последние мозги ты растеряла! Где это видано, за мужиками, да ещё за валлийцами, бегать! Сдурела ты?!
- Сам-то хорош, - вспыхнула Флорика, усаживаясь на братской постели, - за принцессой своей волочишься, слюни подбираешь. Придумал - подглядывать из-за камина-то! Ты поджариться ради её высочества не боишься, а мне указывать вздумал? Я ить не на прынца нацелилась, на дохтора! И посимпатичней Януш прынцев всех, вместе взятых! Ты ж не видел его ни разу, Фео! Красивый такой, и глаза добрые, светом так и лучатся… а какая улыбка у него, какая улыбка, Фео! Ой, да тебе такую никогда и изобразить-то не удастся, хоч всю жизнь перед зеркалом простой!
Феодор с оторопью посмотрел на горящую праведным гневом сестру, стиснувшую кулаки, выдохнул воздух через сцепленные зубы, и медленно опустился на табуретку.
- Будь проклят тот день, когда мы прибыли в Ренну, - тихо пробормотал он.
- Да ладно тебе, - мигом пришла в себя Флорика. - В замке Синих баронов ты бы такой красоты не встретил… не жалей, Фео… а с бусами чо делать-то будешь? - кивнула на драгоценность Флорика, которую Феодор по-прежнему сжимал в руках.
- Таире отдам, - глухо выдавил Фео. - Пусть это будет ей моим последним подарком.
Лихорадка оставила обессилевшее тело лишь спустя сутки. Нестор метался в бреду, выкрикивал ругательства, проклинал и угрожал, не приходя в себя.
Януш слушал.
Немногим мог он помочь патрону - теперь всё зависело лишь от него самого. Лекарь менял повязки, пытался унять жар, снять боль, но бороться с воспалением герцогу пришлось самому. Заражение удалось остановить, но Нестор лишился правой руки, и Януш и представить себе не мог, как отреагирует молодой генерал на подобное известие. Бывший лучший фехтовальщик Валлии, не признававший другого оружия, кроме верного двуручника - как ему жить, зная, что отныне о турнирах и битвах придется забыть? Повесить уже бесполезный двуручный меч на стену, чтобы никогда больше не вспоминать о нем?
Это было жестоко, и Януш не мог не признать этого. Это было бесконечно жестоко с её стороны, цинично и равнодушно - то, как она выставила это, то, как она шла к своей цели. Более того - весь дворец теперь представлял собой сплошную опасность, и в каждом незнакомом лице Януш видел теперь наемного убийцу или отравителя.
Воду и пищу Януш проверял лично. Более того, не покидал покоев герцога ни на минуту, не доверяя даже валлийским офицерам, несшим по приказу капитана Дейла круглосуточную вахту у дверей.