Личия Троиси - Дерево Идхунн стр 17.

С тех пор его судьба покрыта мраком. Мать мальчика умерла, и он стал кочевать из одного сиротского приюта в другой. Ни в одном из приютов он не задерживался больше чем на несколько месяцев. Его никто не хотел усыновлять, и все запомнили его как совершенно не поддающегося воспитанию мальчика, который постоянно дрался с другими воспитанниками, а однажды даже поднял руку на одного из воспитателей. В конце концов его перевели в сиротский приют Беневенто, откуда он и сбежал.

Это поразило Софию.

- Именно по этой причине я и приехал сюда неделю назад, как раз в тот самый день, когда ты столкнулась с Покоренным, - заметил профессор, глядя на Софию. - Я помог Лидии отыскать тебя. Мы поделили город на зоны, прочесывали его, пока я не нашел тебя, увидев, как ты ползла по мостовой возле церкви Святой Софии. Ты даже не представляешь, что я тогда пережил.

София почувствовала угрызения совести.

- Мне очень жаль, профессор, это же самое я сказала и Лидии.

- Больше никогда не исчезай так. И постарайся быть более осмотрительной при встрече с врагом. Избегай вступать с ним в схватку, если не знаешь, на что он способен.

София покраснела.

- В тот момент мне показалось, что это лучшее, что я могу сделать, - чуть слышно ответила девочка.

Наконец профессор улыбнулся.

- Я прекрасно знаю, что ты собиралась делать, но тебе нужно быть повнимательнее. В следующий раз постарайся быть… не такой импульсивной.

И мужчина снова улыбнулся, за что София была ему очень признательна. Она опасалась, что разговор примет для нее дурной оборот, и ей необходимы были слова поддержки.

Шлафен прислонился спиной к стене вагончика.

- Вот и все. Мои поиски продолжаются. У меня есть основания полагать, что Драконид по имени Фабио Сцилард сейчас находится здесь, в Беневенто.

София застыла. Постепенно мозаика складывалась, и картинки схватки проявлялись все отчетливее. Девочка первой нарушила повисшее молчание:

- Мне нужно так много тебе сказать.

София начала с того, что рассказала о своем сне, а Лидия - о своем. Потом София высказала свои соображения по поводу того, что ей стало известно об ореховом дереве. Профессор просто сиял от удовольствия.

- Тебе приходит что-нибудь на ум в связи с этим? - спросила София.

- Одно сказание, - ответил мужчина. - Легенда об одном дереве и одной отважной девушке. - Профессор перевел дыхание. - В те времена, когда на земле была только одна Дракония и Древо Мира процветало, нас, его Хранителей, наряду с драконами, было всего только пятеро. Во время войны двое погибли, и нас осталось только трое, включая одну девушку. Из поколения в поколение мы переселялись в души людей, и все забыли о нашем существовании, но мы были готовы проснуться вновь, как только Нидхогр станет сильнее. Что, в сущности, со мной и произошло.

- То есть ты хочешь сказать, что на свете, кроме тебя, живут еще двое?! - недоверчиво воскликнула Лидия.

- Не совсем так. На самом деле остаться должен был всего один. Я искал его, но до сих пор не смог найти. Ну а девушка, о которой я рассказал, умерла много веков тому назад.

Профессор замолчал на мгновение и поправил пенсне на носу. Он всегда так делал, и Софии было приятно снова увидеть знакомый жест: от этого жеста повеяло домом, которого ей так не хватало в эти дни, проведенные ею вдали от профессора.

- Эту девушку, - продолжил Шлафен, - звали Идхунн, и у нее хранился кусочек Древа Мира, о природе которого до нас не дошло никаких сведений. Будьте внимательней, ведь то, о чем я рассказываю вам, - всего лишь легенда. Существует множество ее версий, в ней полно неточностей и тому подобное. Но девушка, о которой я рассказываю вам, существовала на самом деле. Как бы то ни было, она унесла с собой бесценную реликвию, посадила ее и из нее выросло дерево.

- Новое Древо Мира? - снова перебила его Лидия.

- Нет, нет, конечно нет, иначе достаточно было бы нам посадить нашу Гемму, и все проблемы оказались бы решенными. Но выросшее дерево было особенным и обладало сверхъестественной силой. Оно никогда не сбрасывало листву и весь год приносило плоды. Говорят, что существовал культ почитания этого дерева и жрицы поклонялись ему. Идхунн была главной среди них. Она ничего не помнила ни о себе, ни о Драконии, и все, что оставалось в ней от прошлого, - это инстинкт сохранения дерева. Но в какой-то момент этот культ был неверно истолкован, и жриц стали преследовать как ведьм.

Профессор замолчал.

- Ну и?.. Что сталось с деревом и со жрицами? - спросила Лидия.

- В предании ничего не говорится об этом, равно как неизвестно и то, что потом стало с деревом.

- Это и есть то самое ореховое дерево Беневенто? - спросила София.

- Вполне вероятно. Впрочем, сон Лидии совершенно понятен. Те, кого мы называем ведьмами, на самом деле жрицы этого культа, а ореховое дерево таило в себе частицу Древа Мира. Как бы то ни было, только вдумайтесь хорошенько, все дороги ведут в Беневенто. Мои поиски привели сюда, Нидхогр уже здесь, и вас жизнь завела именно в этот город.

- А реликвия - это и есть сам плод? - чуть слышно спросила София. Ей показалось, что Лидия от волнения даже затаила дыхание.

- Возможно.

Воцарившаяся тишина казалась бесконечной.

- А куда делась Идхунн?

- Легенда гласит, что она погибла в то время, когда начались гонения на ведьм.

София вспомнила старушку, ее странное поведение и ее слова и поделилась своими размышлениями с остальными.

- Нельзя исключать, что в действительности это она и есть, либо эта женщина каким-то образом была связана с Идхунн. Ты знаешь, где можно ее разыскать? - спросил профессор.

София отрицательно покачала головой.

- Она появляется внезапно. Я видела ее всего два раза и всегда в разных местах.

- Не волнуйся, теперь это не самое главное. Лучше расскажи нам о своей схватке с Покоренным.

Софии пришлось сделать над собой усилие. Сейчас наступила самая худшая часть разговора, которой она боялась с самого начала. Сжав кулаки, девочка принялась рассказывать. Она решила, что будет совершенно искренней, и в подробностях описала первую встречу с юношей в цирке.

- Вот почему Маркус был тогда очень взбешен, - заметила Лидия.

София кивнула. Потом она поведала о том, как заметила мальчика возле церкви, как шла за ним по пятам, потому что узнала его.

- Подожди-ка минуточку, - перебил ее профессор, подаваясь вперед. - Ты говоришь, что мальчик говорил как обычные люди?

София посмотрела ему прямо в глаза.

- Профессор, похоже, он был в полном сознании. Он был совершенно не таким, как тот мальчик, с которым мне пришлось бороться на берегу озера Альбане, или как Лидия, когда она оказалась во власти Нидхогра.

Мужчина выглядел обеспокоенным.

- Но есть еще кое-что похуже, - со вздохом добавила София и описала его крылья, которые частично были железными, но при этом у них была органическая природа. - И у него также есть родинка. Прямо как у меня, - пояснила девочка, стараясь сдерживать дрожь в голосе. - Она засверкала, когда мы сражались. И он обладал властью над огнем: он поджег мое копье, устроив пожар в подземном храме.

На этот раз профессор был обеспокоен не на шутку.

- А какого он возраста?

Софии пришлось воскресить в памяти образ неприятеля. Ее внутренности сжались, а сердце едва не выскочило из груди.

- Чуть старше меня.

- Ты и в самом деле полагаешь, что виверны могут скрещиваться с людьми? Или это новый тип неприятеля? - спросила Лидия.

Профессор ответил не сразу.

- Драконид, которого я искал все эти месяцы, - подросток лет четырнадцати, - сказал он наконец. - Живущего в нем дракона зовут Элтанин, и ему подвластен огонь.

В вагончике воцарилась тяжелая тишина, словно всех троих накрыла мрачная пелена.

- Профессор, а не может ли один из нас быть заодно с Нидхогром? То есть, я хочу сказать, он - Драконид! - заметила Лидия.

- Не знаю, Лидия, не знаю. Стремление к хорошему не является врожденным свойством Драконидов, это обычные люди, и они вправе по собственному усмотрению использовать свои умения.

- Но Растабан однажды разговаривал со мной, и я уверена, что это его сила подтолкнула меня к тому, чтобы встать на защиту Древа Мира и Земли! Это невозможно, чтобы он не слышал в себе голоса Элтанина.

- Нет, Лидия, все не так, как ты думаешь. Твой выбор был сознательным, то же самое и с Софией, которая при этом в определенный период времени хотела оставить наше дело.

София вспыхнула только при одном воспоминании о проявленной ею в тот момент слабости.

- И потом… - помешкав немного, продолжил Шлафен. - Элтанин - особенный дракон. Он - дракон-предатель.

Это слово как камень обрушилось на девочек всей своей тяжестью.

София почувствовала такую тоску в груди, будто кто-то зажал ее сердце в тиски. Он был такой же, как она, поэтому девочка и влюбилась в него. А между тем он был другим, потому что сознательно встал на путь зла.

- Что значит "предатель"?

- А то, что он решил сражаться бок о бок с вивернами.

Лидия затрясла головой.

- Если он с ними, тогда нам конец, - изрекла девочка. - У него наша сила и наши воспоминания. К тому же он может знать, где находится плод.

- Нет никакого резона беспокоиться раньше времени. Во-первых, мы еще можем переманить его на свою сторону.

- Но ты же сказал, что Элтанин злодей!

- Элтанин совершил роковую ошибку. Но злодеями не рождаются.

- А Нидхогр? - напомнила София.

Профессор не стал возражать, только ответил: