Личия Троиси - Дерево Идхунн стр 16.

Вздрогнув, молодой человек пошел прочь своей мягкой элегантной походкой. Когда он поднимался по склону, в его мозгу прозвучал голос повелителя.

Мальчишка что-то заподозрил. Он начинает вспоминать.

"Не думаю, что это произойдет очень быстро", - шепнул молодой человек.

Это очень рискованно. Тебе следует разыскать дерево до того, как он вспомнит все. А что делать с ним потом, ты знаешь.

Рататоскр поклонился тьме.

"Я с превеликим удовольствием убью его для вас, господин".

11
Третий Драконид

Пахло домом. Приятный аромат деревьев, старый запах дерева и мокрой листвы. Она вернулась. Но только не в этот незнакомый ей город, не в цирк, а в свою комнату, в свой дом на берегу озера Альбано.

София открыла глаза, и боль постепенно снова овладела ее телом. Перед глазами привычная картина, которую она видела каждое утро. Мебель из тесаного дерева, окошко возле кровати, внутреннее убранство вагончика, в котором она жила вместе с Лидией.

"Я все еще в цирке", - с грустью поняла София. Потом она попыталась повернуть голову и в полумраке вагончика увидела что-то, чего поначалу и не заметила: на кровати Лидии кто-то сидел. Он прислонился к стене и, скрестив на груди руки, дремал. На носу - пенсне в золотой оправе. София почувствовала, что ей стало легче. Это был профессор. Каким-то чудом он вернулся и был здесь, вместе с ней. И не важно, было ли это на самом деле, или, как прежде, только во сне. Главное, что она могла его видеть и ощущать его присутствие рядом с собой. Девочка сразу же почувствовала себя лучше.

- Профессор… - пробормотала она.

Шлафен вздрогнул.

- София!

Он подпрыгнул с кровати, включил свет и сел возле нее. Девочка захлопала ресницами.

- Тебе мешает свет? Хочешь, я отключу его.

- Нет, нет, я сейчас привыкну.

Мужчина сжал ее ладонь, и София сосредоточилась на тепле его рук.

- Профессор, мне так тебя не хватало.

- Я знаю, София, знаю. И похоже, что я снова допустил ошибку. Прости меня.

- Нет, это я ошиблась, профессор. Я совершила опасный поступок, который не должна была совершать.

И на нее навалились неудержимые и жуткие воспоминания о столкновении с мальчиком. Девочке пришлось на какое-то время даже закрыть глаза, чтобы прогнать эти образы.

- Профессор, Нидхогр здесь, - сказала она слабым голосом.

Мужчина поднес палец к губам:

- Не сейчас. Тебе нужно отдохнуть. Ты ранена, и тебе нужно поправляться. Потом у нас еще будет время для разговора.

София не заставила просить себя дважды. Откинувшись на мягкую подушку, она закрыла глаза.

- Обещаешь, что останешься со мной?

- Клянусь тебе. Я буду с тобой всю ночь и больше не брошу тебя.

Девочка снова сжала его ладонь. Прогнав от себя воспоминания произошедшего, она старалась больше не думать ни о мальчике, ни о чувстве, которое испытывала к нему, несмотря на все произошедшее. Сейчас ей хотелось быть только дочерью и наслаждаться близостью своего отца. Вот так, держа в своих ладонях руку профессора, ей почти удалось вновь ощутить себя обычной девочкой.

На полное выздоровление ушло еще два дня. Профессор привез с собой крохотный пузырек, в который поместил немного смолы Геммы.

- Перед тем как прибыть сюда, я заехал домой, прикинув, что это может пригодиться, - сказал он.

Шлафен три раза в день набирал смолу маленькой пипеткой и растворял ее капельку в стакане воды, а потом давал выпить его Софии.

- Это должно помочь тебе.

И девочке в самом деле стало легче. Ожоги, царапины и порезы, появившиеся у нее во время схватки с мальчиком и бегства из монастыря, быстро затянулись. И только рана в плече заживала медленно.

- Твои силы растут, - пояснил ей профессор. - Тубан в тебе становится все сильнее, и это наделяет тебя способностями быстрого восстановления сил.

- А почему это не распространяется на рану в плече? - спросила София.

- Потому что эта рана была нанесена оружием твоего врага. Если бы Покоренный ранил обычного человека, тот непременно бы погиб.

София промолчала.

У изголовья кровати девочки по очереди сидели все обитатели лагеря циркачей. Профессор поведал им какую-то небылицу, чтобы как-то объяснить то состояние, в котором она пребывала. София не имела четкого представления о том, что он рассказал, но вокруг только и было разговоров, что о загадочном налетчике. Девочка лишь кивала в ответ и говорила, что ничего не помнит.

- Ну, конечно, ты в шоке, бедняжка… - заметила Мартина, сверкая глазами.

И только Альма, казалось, знала всю правду, Несмотря на протесты профессора, она давала ей целую кучу настоев и других примочек.

- Она уже проходит лечение очень эффективными методами, - вежливо попытался объяснить он женщине.

- Но это вовсе не значит, что стоит отказываться от старых, проверенных средств, - возражала цыганка. - Ты доверил мне свою дочь, и вот, будучи под моей опекой, она едва не умерла. Самое малое, что я могу для нее сделать, - это попытаться вылечить ее.

Женщина то и дело наведывалась к Софии, но при этом была немногословна. Впрочем, девочка чувствовала за собой вину. Она ведь в какой-то мере подставила Альму. Девочка поступила нечестно, уйдя из цирка, не сказав никому ни слова.

Но самый тяжелый разговор у Софии состоялся с Лидией. Девочка с мрачным лицом зашла в вагончик на следующий день после случившегося.

- И что это тебе взбрело в голову? - накинулась она на подругу.

- Да ничего. Я просто увидела того типа, который тайком проник во двор церкви, и мне показалось совершенно естественным отправиться вслед за ним.

- Я тебе говорила, что нужно быть очень осторожной, я уже предупреждала тебя насчет той старушки, а ты - ноль внимания. Прежде чем что-то делать, ты всегда должна думать головой.

- Я что я должна была сделать? - возразила София.

- Позвать меня. И только следить за ним.

- Ну да, именно так я и собиралась поступить. Но извини. Если ты увидишь Покоренного, разве ты не попытаешься его остановить?

- София, нас двое, и вот, собственно, почему нам нужно помогать друг другу: вместе мы сильнее их.

- А как бы я смогла позвать тебя?

Лидия покачала головой:

- В любом случае нельзя было действовать в одиночку. Посмотри, на кого ты стала похожа!

София отвела взгляд в сторону. В конце концов, она думала, что поступает правильно. У нее не было выбора. И обе девочки замолчали.

- Ты напугала меня до смерти, - вполголоса сказала Лидия.

София почувствовала, как внутри у нее все сжалось.

- Мне очень жаль, - грустно ответила она. - Мне и в самом деле очень жаль.

- Тебе нужно было поскорее возвращаться, какого же дьявола ты там оставалась? Когда я не увидела тебя в цирке через час после закрытия библиотеки, мне стало плохо. Я не знала, что и делать. Я облазила весь город, спрашивала прохожих, заглядывала в бары, магазины, я была всюду!

София сжала ее ладонь.

- Извини меня. Дело в том… что все произошло очень быстро. У меня с собой была эта книга, и я хотела дочитать ее, и вот тогда…

- София, за эти дни ты стала какая-то странная, рассеянная. И не рассказываешь ни о чем… Не знаю даже, что и думать.

София почувствовала, как правда так и норовила слететь с ее губ. Она поняла, что ей очень хотелось рассказать про мальчика, что она задержалась в городе до такой поры в надежде встретить его, и именно эта надежда толкнула ее вслед за ним в церковь Святой Софии. Но она не могла. Что-то мешало ей говорить. Это был стыд, ощущение того, что ее обманули.

- Я никогда больше так не сделаю, - сказала она наконец, стараясь придать своему голосу уверенный тон. - Клянусь тебе.

Лидия с беспокойством и сомнением поглядела на нее и сжала ее ладонь. Ей очень хотелось в это верить.

Разговор состоялся в тот день, когда София наконец встала с кровати. Она ощущала в себе прилив сил, хотя рана в плече все еще болела.

Укутавшись в пальто, она прогулялась по лагерю под приветственные улыбки и поздравления встречавшихся ей на пути коллег по цирку. Она пообедала вместе со всеми, а после обеда удалилась в свой вагончик. Не прошло и получаса, как на пороге появились профессор и Лидия. София тяжело вздохнула. Она понимала, что этот момент когда-нибудь настанет, и он будет нелегким, и все же это было необходимо.

- Нам нужно поговорить. - Профессор перешел сразу к делу и начал первым.

Его путешествие в Венгрию было длительным и сложным. После первой остановки в Будапеште ему пришлось отправиться по следам третьего Драконида в сельскую местность.

- Это было непросто, но мне удалось восстановить большую часть его жизни. Похоже, что его мать была итальянкой, а отец - венгром. Он провел в Венгрии только первые несколько лет. В какой-то момент отец их бросил, но я не знаю точно почему. Я пытался пообщаться с этим человеком, но как только я заикнулся про его сына, он тут же отказался разговаривать со мной. Мальчик тогда жил, главным образом, со своей матерью и уже в возрасте пяти лет с ней же вернулся в Италию.