Майор искренне обрадовался звонку, напомнил, что давно не виделись и, по возвращению Славика домой, надо бы выпить водки и пообщаться. Квартира? А что квартира? Да, наблюдаем вполглаза, никаких происшествий за минувшее время. Погоди минутку, гляну сводку… Коммунальные платежи приходят исправно, однако последний месяц фиксируется снижение потребления электроэнергии почти на девяносто процентов - словно в доме никого нет. Может, съездить навестить?
- Нет, спасибо, - мрачно ответил Славик. - Как приедем - позвоню. До свидания, Юрий.
- Что? - Иван уставился на аргуса. - Полагаешь, они на ту сторону отправились? Ничего удивительного, люди взрослые и самостоятельные, технике безопасности обучены. Я бы сдох со скуки, безвылазно сидя в квартире. Не дергайся, ничего не случится.
- Ты всегда так говоришь.
- А так всегда и происходит.
Летели из столицы эмирата "Аэрофлотом", долго и утомительно. В хвостовом салоне эконом-класса почти беспрестанно орал младенец, да так, что даже в "бизнесе" закладывало уши - на третьем часу Ваня пригрозил, что сейчас вышибет аварийный люк и отправит мерзкого пискуна за борт. Потом командир корабля сообщил, что Питер не принимает по погодным условиям, вероятно придется сесть в Москве или Нижнем, это тоже не добавило хорошего настроения. Обошлось - снегопад прекратился, приземлились по расписанию, в одиннадцать вечера.
Славик город не узнал, да и Алёна видя, что творится за окнами такси, лишь чертыхалась полушепотом: ни дать, ни взять - декорации фильма-катастрофы о новом глобальном оледенении.
На улицах сугробы в полтора человеческих роста, автомобили перемалывают ледяную кашу, коммунальные службы будто чума выкосила. Водитель не сумел повернуть с Гороховой на Мойку и проехать во двор - набережная более напоминала пейзаж эпохи перехода Суворова через Альпы: узенькая протоптанная тропинка между горами снега, на карнизах гигантские сосульки.
Сразу за аркой дома обнаружился унылый таджик в зеленой жилетке и с лопатой в руках; выглядел он настолько обреченно, что казалось, гость северной столицы недавно потерял всю семью из пятидесяти человек и сам готовится к неминуемой лютой погибели.
- Ай, что делается, - посмеивался Иван. - Почему сейчас нет никакой войны, такая зима пропадает?! Представляете заголовки - "Танковая дивизия Бундесвера погибла под Смоленском, утонув в четырехметровой толще снега", а?
- Я бы предпочла "Губернатор Санкт-Петербурга вместе со всем жилкоммунхозом бесследно исчезла после схода грандиозной лавины с крыши Смольного", - фыркнула Алёна. - Нечто похожее я наблюдала исключительно на фотографиях времен Блокады… Настоящая катастрофа! Славик, ты ключи не потерял?
- Не потерял.
Пискнул электронный замок на двери парадной, поднялись по лестнице, Славик отпер дверь квартиры. Темно, свет почему-то не включается. Ах вот оно что, надо щелкнуть тумблером на электросчетчике - вырублен!
- Тебе депеша, - Алёна первая заметила листок бумаги, прилепленный к зеркалу прихожей шариком жевательной резинки. - Не удивлена ничуть.
Текст, выведенный ровным округлым почерком Сереги гласил: "Ушли вместе с Трюггви и Кетилем в Альдейгьюборг недели на две-три. До тебя не дозвониться. Ключ от Двери на месте. Загляни на ту сторону, я слегка подрихтовал пейзаж. С."
- Что-что он сделал с пейзажем? - ошалело сказал Славик, перечтя удивительное послание заново и вслух. - Как прикажете понимать этот кислотный бред?
- Завтра посмотрим, - Иван решительно пресек попытку Славика ринуться в большую комнату за ключом от Двери. - Ночь, ничего толком не разглядим. По крайней мере стало ясно, куда подевались наши коллеги, жаль Серега дату забыл проставить…
Аккуратная Наталья перед отбытием в "субъективное время" выбросила остатки продуктов из отключенного холодильника, в доме было хоть шаром покати - только пакетики с чаем, рафинад в сахарнице и коробка с подсохшим печеньем. Хочешь, не хочешь, Славику пришлось тащиться в круглосуточный магазин на Казанской: поход оказался сравним с приключениями героев Джека Лондона на Аляске - если в центре такие завалы, что же происходит в спальных районах, подумать страшно!
Набрал польских пакетов с замороженными овощами, колбасы, хлеба - до завтра хватит с лихвой. Питерского пива, конечно, привыкнуть во Франции к вину так и не сумел.
Алёна быстро приготовила ужин, после чего концессия разбрелась по комнатам - устали смертно, сказывались долгий перелет, смена часовых поясов и климата, загруженность минувших дней.
С проблемами будем разбираться поутру.
* * *
- Ну и дела, - Иван озадаченно почесал в затылке. - Чего только не выдумаешь от безделья. Славик, ты не знаешь, кто у Сереги дилером? Я тоже хочу попробовать эти чудесные вещества. Надо же, как его накрыло - прорыв в химической науке, банальный алкоголь такого эффекта не дает, проверено…
Серега за время отсутствия владельца нехорошей квартиры времени даром не терял - парнем он был рукастым, отсутствием воображения не страдал, а потому в свободное время занялся преображением полянки в соответствии со своими вкусами и представлениями о языческой мифологии.
Мысль о том, что обитателей "исторической реальности" следовало отвадить от прогалины, где находилась Дверь, посещала Славика еще прошлым годом. Здешние финны народ дремучий и суеверный, сами не пойдут, другое дело славяне со скандинавами - эти в устье Невы высаживаются частенько, а от берега до "червоточины" всего-ничего, десять минут прогулочным шагом. Нечего им тут делать, вполне достаточно того, что в секрет перехода в "Дальнюю Гардарики", Гардарики-фьярри, посвящен жрец-годи датской слободы Альдейгьюборга. Следовательно, надо пустить слух - место, мол, недоброе, чужим богам посвящено.
Серега ухватился за идею и пришел к выводу, что пугануть местных вполне можно устроив на поляне собственное капище, пострашнее да повнушительнее. Сомнений нет, без деятельного участия Трюггви сотоварищи дело не обошлось - Серега физически не мог воздвигнуть в двадцати шагах от Двери трех здоровенных истуканов, вытесанных из цельных сосновых стволов.
Если основным инструментарием для обработки богомерзких идолищ послужили привычные рубанок, долото и топор, то для придания страшилам надлежащего облика была использована черная морилка - где Серега раздобыл эту редкость неизвестно, но его старые связи в ремесленно-производственных кругах Питера наверняка принесли известную пользу.
Результат: кошмарные изваяния приобрели иссиня-черный цвет, резко контрастировавший с веселой зеленью трав, золотистыми точками лютиков, лиловым клевером и белыми стволами березок, росших по краям поляны. Три мрачных столба смотрелись настолько чужеродно, что даже Славику стало чуток не по себе.
- Уши надрать за такую самодеятельность, - констатировал Иван, обойдя идолищ кругом. - Впрочем, за тысячу двести лет от статуй и трухи не останется, а на любопытствующих современников впечатление произведет. Действительно, жуть. Аттракцион ужасов.
Центральная фигура (по оценке Славика метра три высотой) венчалась шлем-маской Дарта Вейдера из "Звездных войн". Сделано нарочито грубовато, но вполне узнаваемо, а рубленые резкие линии заставляют думать, что сверху за тобой наблюдает незрячими глазницами не герой кинофантастики, а монстр, вылезший из самых потаенных глубин Нифельхейма. Впечатление усиливается вырезанными ниже по стволу символами, для пущего эффекта осветленными краской-серебрянкой.
- Шутник, блин, - Иван, внимательно изучивший таинственные письмена, заржал в голос, согнувшись едва не пополам. - Знаешь, что это? Деванагари, индийская традиционная письменность. Он просто взял и перекопировал рекламный текст с пачки чая "Дарджилинг", даже товарный знак сохранил, вот, гляди! Ну, пройдоха! А ведь правильно, человеку несведущему почудится черт-те что - самое пагубное колдунство, бежать отсюда нужно сломя голову!
Идол справа представлял из себя лавкрафтовского Ктулху - округлая башка спрута со шупальцами-тентаклями и щелями узких глазок. Русскими буквами стилизованными под руны на столбе выведено: "Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн" и, еще ниже, "Ктулху зохавает твой моск". Тут Серега оказался неоригинален, но любой скандинав знакомый с руническим алфавитом быстро спятит, пытаясь осознать смысл знаков, складывающихся в непроизносимые словеса. Если, конечно, осмелится подойти к безобразному деревянному болвану.
Левое изваяние приняло абстрактный образ крайне неопрятного гибрида Дракулы, Фредди Крюгера и Джиперса Криперса - зубы настежь, харя глумливо-бесстыжая, по бокам обозначены руки с пальцелезвиями. Красавчик. Тут явно поработали даниры - очень уж характерные завитки и узоры на резьбе, надписей никаких, кроме огромной перевернутой руны "Альгиз", предупреждение об опасности. Добавочно, руна была покрыта слоем запекшейся крови - зайца они что ли порешили, изверги? Точно, косточки да полусгнившая шкурка…
- Злостное хулиганство, вот как это называется, - заключил Славик, подняв с земли позеленевшее медное украшение, свалившееся с чьего-то поясного ремня. - Доказательства несомненные: совершено по предварительному сговору, группой лиц скандинавской национальности. Не понимаю, как Серега уломал даниров помочь в воздвижении этого… Этого… Безобразия. С учетом обычных норманнских предрассудков.
- Не предрассудков, а менталитета, - поправил Иван. - Кстати о менталитете. Сергей и впрямь не подумал: на этой стороне мысль способна воплощаться в материю. Мы с тобой знаем, что троллей, альвов или великанов не существует, но тот же самый Трюггви свято убежден в их реальности. Материализация чувственных идей, цитируя графа Калиостро. Если веришь, значит объект веры воплощен в материю. Как бы нам не подставиться…