- А я ши видел, честное слово!
- Да кто их не видал-то, у нас за домом в холме…
- Так то холмовые, а я лесного видел…
- Муришенька, - потише сказал Андрей, - пришла твоя ботаника?
Она потупилась:
- "Хорошо" поставили.
- А что не так?
- Фотогербарий маленький, и две ошибки в тесте…
Андрей поцеловал её в лоб и утешил:
- Ну пересдашь в каникулы.
Мюриель жалобно заныла:
- Ну какие каникулы! Осень на дворе, а у меня ещё фармацевтика висит…
Муж растрепал ей чёлку и улыбнулся:
- Потом обсудим.
Бесполезно. Придётся пересдавать… Мюриель безнадёжно вздохнула и поплелась на кухню.
Кухня её, как обычно, успокоила. Широкий деревянный стол, красивый лакированный паркет, шкафы, вытяжка, посудомойка, полки с нарядными чашками, мраморная плита рабочей зоны, надёжный комбайн. Мюриель постелила скатерть, налила квасу в кувшин, вынула кастрюлю с рагу из духовки.
Прискакал розовый после душа Нед в махровом халате и тапках на босу ногу, Андрей чем-то загремел в мастерской и затопал по лестнице вниз. Мюриель зажмурилась от счастья.
Пока мужчины ели, в детской запищал крошка Ник, напоминая, что и ему время покушать. Пока то, да сё - к столу она вернулась, когда Андрей уже снял тарелки и скатерть и разложил очередную груду распечаток.
Мюриель ела, одним глазом поглядывая, как крошка Ник идёт по стеночке в кухню: встал, упал, прополз полметра, поднялся, шагнул, упал. Когда он добрался до стола, Андрей, не оглядываясь, протянул сыну палец.
- Забавно, - наконец сказал Нед, разглядывая какие-то кроки. - И ты думаешь, мы не одни такие на всю голову звезданутые?
- Сейчас готовых сняться и поехать - тридцать человек. К тому моменту, как вы закончите посадочную площадку для грузовиков и просчитаете дороги и водозабор, будет двести тридцать. Мне два года надо: я ещё на архитектора выучусь, и из Муришки к тому времени целый педиатр получится.
- За два года-то и я обернусь, - хмурясь, ответил Нед. - И, глядишь, Юлька уже ломаться перестанет…
- Ой, я тебе уже всё сто раз говорил про Юльку…
- Ну да, да, вот я уже и с профессией в руках, и с образованием… почти… и с делом с большим. Завтра вон цветов пойду наберу… Позову с нами.
- О да! - засмеялся Андрей. - Химик-конструктор в новом городе край как нужен!
- Тем лучше, - приободрился Нед. - А планы по городским зонам давай ещё утром обсудим.
- Да, - ответил Андрей, запихивая бумаги в ящик. - А сейчас ну-ка про тебя. Что ваши промеры-то показали?
Мюриель печально подумала, что в геологии она от Неда безнадёжно отстала ещё три года назад. Андрей же что-то понимал, хмыкал и смеялся вместе с Недом над каким-то Олежеком, который "гелевым щупом-то пробивался-пробивался сквозь глиняный горизонт, аж вспотел весь…". Она посадила крошку Ника в прыгунки и взяла вязание. Андрей задумчиво посмотрел на жену и достал чайные чашки.
Её - тоненькая, узорчатая, из ударопрочного фарфора. Пузатая обливная кружка - Андрея. Недова - из верхнего ящика, красная, с профилем капитана Брагина.
- А как вы там в полях чаёвничаете? - спросила Мюриель у брата.
- А как замёрзнем, так и за чай, - ухмыльнулся тот и потянулся за сахаром. - Да ещё из фляжки в термос плеснёшь - так и совсем тепло становится… Главное не вспотеть! А то будешь как Олежек!
Мужчины вернулись к своим мужским разговорам (Мюриель окончательно потеряла нить на предположениях, как можно оптимизировать извлечение увязшего в болотах за Валдаем гусеничного вездехода), сынишка упоённо звенел погремушками прыгалки, спицы уверенно вязали петли - Мюриель улыбнулась, вспоминая, что в первую их встречу Андрей точно так же хмурился и ерошил волосы, а Нед точно так же подпрыгивал от желания вставить слово.
- …Ну, Кит, ну дай я ему съезжу!
- А ты, Малиган, помолчи, вот как надо будет, так и съездишь, а пока мы тут разговоры разговариваем, не видишь?
- А ты вообще-то подумал, О'Доннелл, что на разговоры ввосьмером на одного не ходят?
- А ты зассал? Зассал уже, да, умник?
- Свои штаны проверяй, а за мои не хватайся, а то плохое подумают!
Русский мальчишка в окружении целой компании гэлов-ровесников виртуозно отругивался, с тревогой поглядывая вокруг. Дело шло к тому, что быть ему битым.
- Ну, Кит, ну хватит уже, дай мне его треснуть! - взмолился Нед. Мюриели за его спиной было не видно, какую рожу скорчил Кит О'Доннелл, но Нед понурился.
- Так ты пришёл разговаривать - ну разговаривай, - не вытерпел русский.
- Так у меня разговор-то к тебе простой, один вопрос на сердце лежит и плачет: если ты такой умный, почему ты строем не ходишь? Кой чёрт я на всех уроках только и слышу, какой ты молодец? Ты вообще знаешь, что у нас с выскочками делают?
Русский оторопел, потом взмахнул руками:
- А тебе, если ты такой гордый, кто мешает сесть да выучить? Или хочешь, по сассанахским заветам, дураком остаться? Да и не только сам - и весь класс за собой, да? Так, не иначе?
Кит аж присел от такой наглости:
- Кто… Кто здесь сассанах?! Ты… ты, грязный русский ушлёпок!
Противник его вдруг успокоился и печально посмотрел в небо.
- Я-то русский, а ты кто? Едрёна пропасть, ты можешь меня, конечно, тут с землёй сравнять и травкой засадить, но ведь ис мисэ ан т-амадан фейстэ русис, а не блади рашн фейста! Какого лешего я русский, а матерюсь по-гэльски лучше твоего?! Если ты без сассанахских слов не можешь - кто ты после этого, а?
Кит шагнул назад и громко втянул воздух. Нед кинулся вперёд с кулаками. Мюриель попятилась, заранее выбираясь из свалки. Раздался чмокающий удар, и черноволосая голова русского исчезла в толпе. Тут Мюриель спиной влетела во что-то мягкое и обернулась.
Над ней высились, подпирая облака головами, семь башен-девятиклассников с самыми недобрыми выражениями на лицах. То, что ближайший, на кого Мюриель наткнулась, был их с Недом старший брат Бойд, ситуацию не улучшало.
- Да, собрат мой О'Доннелл, Горчаков-то задал правильный вопрос, - прогудел со своих высот Бойд. - Какого нездорового чёрта ты поганишь нашу речь английскими словами?
Кит набрал в грудь воздуха и покраснел, Нед начал пятиться к Мюриель, но был пойман за шиворот длинной рукой Лиэма. Девятиклассники обступили драчунов со всех сторон, умело отрезав пути к отступлению. Русский поднялся и с независимым видом утирал разбитую губу рукавом.
- А ещё у меня есть вопрос ко всем присутствующим, - раздался ленивый голос. - Похоже, кто-то тут забыл, что я объявил на школьной сходке первого сентября три года назад и что повторяю каждый год?
Мальчишки окончательно стихли. Шон О'Брайен, главный забияка школы, отсидевший по два года в третьем и шестом классах, был ещё больше остальных девятиклассников.
- Вспомнишь сам или освежить твой разум, а, О'Доннелл?
Кит нахмурился и шагнул Шону навстречу:
- Может я и грязноротый кретин, но не трус, не надейся. Ты говорил, что признаешь за сассанаха любого из тариенов, который использует слова "русский" или "ирландец" как ругательства.
- А что я сделаю с тем, кого признаю за сассанаха, тебе на ум не приходило?
О'Доннелл вздохнул, очевидно, мысленно прощаясь с родственниками, но тут вмешался русский мальчишка.
- Честно сказать, Шон, не то чтобы Кит использовал слово "русский" как ругательство, скорее он привязывал ругательства к нему. То есть когда ты говоришь "драное-поганое вчерашнее виски, почему же ты так плохо обошлось с моей головой", ты же не используешь слово "виски" как ругательство?
Бойд у Мюриели за спиной хрюкнул. Лиэм заржал и выронил Неда.
- Резонно, маленький умник, - сообщил Шон, поразмыслив. - Слово "виски" не может быть бранным!
- Да, кстати, - сказал Бойд. - Мы вообще-то в спортзал идём, в пинг-понг порубиться, а Сашка заболел. Пойдёшь за него, Горчаков?
- Охотно, - ответил русский. - Только сейчас, с ребятами договорю.
Девятиклассники направились к спортзалу, а русский подошёл к Киту.
- Ты… Ты приходи ко мне, ладно? Можно посидеть позаниматься. Я же понимаю, как обидно: тебе сегодня вообще зря пару влепили… Я бы на твоём месте тоже взбеленился.
Кит отвернулся и отправился в противоположную сторону. Компания мальчишек двинулась следом. Только Нед - и Мюриель с ним - остались стоять на вытоптанном пятачке у стены. Нед вертел головой, словно пытаясь что-то решить, и наконец, схватив сестру за руку, кинулся вслед старшеклассникам и русскому.
…Крошка Ник запищал в прыгунках, Мюриель отложила вязание и подошла к нему. Уй, ну весь уделался! Надо нести мыть. Она подняла малыша на руки и вдруг почувствовала, как что-то легонечко хрустнуло внутри и по внутренней стороне бедра потекла тёплая струйка.
- Ох, - сказала она, - Андрей, милый, позвони миз Кэтлин. Пришёл срок появиться твоему второму сыну.