Стремясь хоть чем-то помочь своим, Ротбирт схватил лук. В горячке он промазал первой стрелой, следующей целил в латника, но того заслонил один из простых воинов - и стрела пробила ему шею. Третий раз выстрелить Ротбирт не успел - тетива с гулким звуком лопнула, лук, со страшной силой распрямившись, едва не вышиб хозяину зубы. Тот взвыл, поминая разом всю нечисть. В следующую секунду ему стало ещё хуже - двое воинов гнали коней на него, с визгом и улюлюканьем размахивая саблями. Ротбирт схватился за саксу… и Вадим оттолкнул его в сторону:
- За спину! - услышал анлас напряжённый звонкий голос славянина. Ротбирт не знал, умеет ли Вадомайр владеть мечом… но не отбирать же было своё оружие перед лицом врага?!
- Берегись верёвок! - крикнул он, прикрыв спину Вадима. Тот мотнул головой, на секунду подумав только: "Что я делать-то собираюсь?!" В самом деле - что он собирался делать с мечом против двоих всадников?! Но у Ротбирта вообще был только нож, хоть и длинный…
Брошенный кем-то топор раскроил через лошади одного из атакующих. Мальчишки успели заметить, что всадники обеих сторон столкнулись. Длинные пики анласов вышибли из сёдел разом четверых врагов - и теперь и те и другие вертелись бешеной каруселью, скрещивая мечи и сабли.
Что делал Ротбирт - Вадим не знал и не мог знать. На него шёл первый в жизни настоящий враг - всадник убитой топором лошади. Не в драку шёл, а чтобы убить или быть убитым. Вадим растерялся бы, наверное, будь у него на это время.
Не было времени. Смуглолицый шёл на мальчишку, щеря гнилые зубы. Шапка с него свалилась, щит он тоже потерял, но обеими руками водил перед собой кривой саблей с длинной рукоятью - водил и что-то шипел. Вообще он походил даже не на человека, а на некое странное и опасное пресмыкающееся.
И тут Вадимом овладело странное состояние… Это был неожиданный приступ ярости, от которой всё вокруг стало ясным и медленным, а в ноздри хлынули запахи такой силы, что Вадим не поверил бы рассказу другого человека, что можно так чувствовать. Не дожидаясь атаки, Вадим сделал обманный фехтовальный выпад - как будто в руке была привычная рапира, а не меч - и изо всех вогнал меч под рёбра слева врага, проткнув кожаный доспех.
- Ык, - сказал смуглолицый, роняя из рук занесённую саблю. Мальчишка упёрся ногой в бедро врага и столкнул того с клинка, испытав лишь на миг что-то вроде омерзения от податливости уже неживого тела. Оглянулся.
Ротбирт каким-то образом - пеший и с одним ножом против конного с саблей - управился со своим противником. Да и вообще бой уже кончился. Коричнево-алыми кучками тут и там лежали порубленные и заколотые. Из анласов, похоже, больше никто не пострадал - они спешивались, переговаривались и поглядывали то на убитых, то на мальчишек.
Вадим подумал, что неприятности могут и не закончиться. Он протянул меч Ротбирту и сказал тихо:
- Держи, спасибо…
- А ты хорошо бьёшь, Вадомайр, - одобрительно сказал тот, несколько раз с силой вонзая клинок в землю. Что-то пробормотал - явно к земле и обращаясь. А потом, словно и не замечая спасителей, направился собирать свои стрелы. Подобрал одну вражескую, хмыкнул - она была слишком лёгкая и короткая, едва в две трети длины стрел Ротбирта, а наконечник подлый, с двумя шипами. Мальчишка с презрением её отбросил и переломил, наступив пяткой.
Вадим тем временем наблюдал за анласами. Они занимались своими убитыми, осматривали оружие и доспехи, разглядывали трупы врагов… Но по крайней мере один - молодой воин, судя по всему, командир отряда - внимательно наблюдал за обоими мальчишками.
И Вадим отчётливо понимал: нее-е-е-е… Просто так точно не отпустят. А могут и вовсе не отпустить.
Точно. Все пятеро анласов подошли к мальчишкам как раз в тот момент, когда Ротбирт закончил собирать стрелы и вернулся к Вадиму, начал перетягивать лук.
- Босому бегать легче, - заметил старший. Он говорил по анласски быстро, но Вадим сообразил, что - понимает! - Затем и сапоги бросил?
Остальные обидно захохотали. Ротбирт, возясь с луком, совершенно спокойно ответил:
- Не ты ли видел, как я бегал? Или твои стрелы я вынул из четверых этих? - он мотнул головой. Или твой кулак пометил того, которого связали твои ратэсты? - он указал луком на сидящего на земле пленного.
Анласы опять засмеялись, но уже необидно. А командир ответил:
- Что ж, как ты стрелял - я видел… А ты кто? - он повернулся к Вадиму. - Ты не нашего племени.
- Я славянин, - ответил Вадим. - Ищу своего друга, который пропал в ваших краях. А вот ты кто? - подпустил он наглости, но тут же смягчил её: - Кого нам благодарить за помощь?
- Я кэйвинг Йохалла сын Гудвине, - сказал воин, и Ротбирт сбоку охнул изумлённо. - Ну а ваши имена каковы? Твоё, великий стрелок, и твоё, славянин, ищущий чести в спасении друга?
- Я Ротбирт сын Норма, анлас из анла-тэзар, - наклонил голову Ротбирт. - Привет тебе, кэйвинг Йохалла сын Гудвине.
- Я Вадим, - ответил Вадим. - Но мой друг назвал меня Вадомайр. А Ротбирт если и не великий стрелок, то не худший.
Снова одобрительный смех. Но Йохалла не смеялся - смотрел на обоих мальчишек. Кивнул Вадиму:
- Видел я твой укол, хороший удар. Многих ли взял им?
- Этот первый, - честно признался Вадим. И покосился на заколотого им человека.
Йохалла кивнул. И заговорил с Ротбиртом:
- Слышал я, что кэйвинг анла-тэзар Радда умер от камней. Или ты давно не был у своих и не знаешь про то?
Ротбирт побледнел. И ответил коротко:
- Знаю.
И снова кивнул кэйвинг:
- Слышал я и ещё - мол, сын его старший Хэста удался не в отца. И недолго занимал его место.
- Это так, - Ротбирт медленно склонил голову.
Вадим напружинился.
- И ещё одно я слышал - будто братья его, Синкэ и Стэкэ, поклялись найти того, кто освободил им отцовское место, - продолжал Йохалла, - и порадовать умерших родичей его долгой смертью. А ещё сказали люди, будто человека того звали Ротбирт сын Норма… и он недавно вытер губы от материнского молока.
Вадиму было видно, что больше всего на свете Ротбирту хочется спросить, что с ним, Ротбиртом, будет. Но мальчишка-анлас не задал позорного вопроса. Лишь сказал:
- Это я.
Ратэсты молчали… и, похоже, молчание это было одобрительным. А Йохалла словно и не заметил признания. Держа на руке шлем - с конским хвостом и выпуклыми коваными надглазьями в виде изогнувшихся драконов - он будто бы говорил сам с собой:
- Я устал сидеть и слушаться стариков, когда впереди - столько земель. Может, кэйвинг Эшефард и был хорош раньше, да только сейчас он больше слушает трясоголовых, чем молодую кровь. У меня три сотни ратэстов. Полторы тысячи ополчения - они там, дальше, идут с семьями и скотом. Мой народ - анла-эграм, и я ищу землю, где смогу стать кэйвингом не по названию - и не буду спрашивать никого, кроме себя, своих пати и наших богов. И мне по нраву эта земля… но я вижу, что у неё уже есть хозяева. А значит, трёх сотен ратэстов едва ли достаточно, - мальчишки переглянулись. Потом Ротбирт во все глаза уставился на Йохалла - Вадиму даже смешно стало… но в следующий миг он подумал: а я? Мне-то что делать?! - Ты можешь только стрелять из лука и быстро бегать, Ротбирт?
- Я рос как все дети ратэстов, - Ротбирт даже не обиделся, поразительно… - Умею владеть и пикой, и щитом. Знаком с мечом. И с топором не я был самым неловким. И на коня меня не нужно подсаживать, кэйвинг.
- Хорошо, - согласился Йохалла. - Ну а ты, славянин? - повернулся он к Вадиму. - В наших местах, откуда я пришёл, нет беды для твоего друга, мы давно не воюем с твоим народом. А на юг едва ли стоит тебе идти одному… если и тамошние жители так встречают гостя. Лучше будет придти с друзьями… даже если у тебя хороший удар - лучше если он будет не один.
Вадим на миг опустил взгляд, но тут же поднял:
- Если ты зовёшь меня служить себе - я согласен, - твёрдо сказал он. Слова эти не то чтобы дались легко. Но Вадим понимал, что в этих местах он в одиночку - песчинка. А тут, может, кто-то расскажет, что могло случиться с Олегом? Ведь не анласы же… и не эти смуглые так ловко шастают с планеты на планету!!!
- Нечем мне платить своим людям, - продолжал Йохалла, обращаясь уже к обоим мальчишкам. - Может, будет добыча, земля и славная потеха. А может, бурьян прорастёт сквозь наши черепа, и пировать уже не на этой земле…
- Если вождь достойный - можно повидать и ту сторону мира, - степенно ответил Ротбирт. Йохалла вытаращился и вдруг разразился таким хохотом, что шарахнулись кони:
- Вот это слова! И считаешь ли ты меня достойным вождём, Ротбирт Стрелок?!
Ротбирт распрямил плечи и отставил ногу:
- Ты не худший из тех, кого я видел, - сказал он. Йохалла буквально взвыл от хохота, взглядом приглашая и ратэстов присоединиться к веселью. - Пожалуй, пойду я с тобой… если верно я понял тебя, и тебе и правда нужны добрые воины. Да и умение бегать - не последнее для воина. Не всегда есть конь, чтобы догнать врага.
- Вы храбро сражались и хорошо говорите, - уже серьёзно сказал Йохалла. - А что до твоих прошлых дел, Ротбирт Стрелок - так едва ли ты ещё когда увидишь кого из прежней родни.