Комната Ги располагалась под лестницей, ведущей в башню, а Рембер - напротив, в противоположном конце коридора. И та, и другая оказались обставленными в полном соответствии со вкусами и интересами девушки и юноши их круга и возраста. Во всех комнатах имелись окна, выходящие во двор. Запах оборотня, по словам Хуги, витал здесь повсюду. Зверь, по-видимому, наведывался в эту часть дома из ночи в ночь. Правда, из этого не следовало, что все непременно должны были видеть его: он мог проникать через окно, когда все спали.
- Кто-то из них троих, - пробормотала Алианора.
- Ну да, - подтвердил Хуги. - Только из четверых. Их мать тоже может быть оборотнем. Здоровье возвращается к нему, когда он меняет шкуру.
Помрачневший Хольгер вернулся в зал. Рауль и Одо навели здесь образцовый порядок. Горожане стояли вдоль стен, Папиллон сторожил вход, сэр Ив и Ги сидели в высоких креслах, привязанные ремнями. Фродар, тоже связанный, лежал на полу. Священник бормотал молитву.
- Ну? Что? - Рауль подбежал к Хольгеру. - Кто из них носит проклятье?
- Пока не знаем, - ответила за него Алианора.
Ги плюнул в сторону Хольгера.
- Когда я увидел тебя без шлема, то сразу подумал, что ты мало похож на рыцаря, - язвительно проговорил он. - А теперь, когда ты ворвался в покои беззащитных женщин, я знаю, что ты не рыцарь, наверняка.
В зал вошла Рембер. Подойдя к отцу, она поцеловала его в щеку, потом обвела взглядом зал и сказала:
- Вы все хуже зверей, вы, поднявшие руку на своего господина!
Одо покачал головой.
- Нет, девица, - сказал он. - Господин, который не заботится о своих людях, это не господин. У меня дома маленькие дети, и я не хочу, чтобы их сожрали живьем.
Рауль ударил копьем в пол.
- Волк должен умереть сегодня! - возвестил он. - Назови нам его имя, сэр Хольгер! Его или ее имя. Назови имя волка!
Хольгер промычал что-то невразумительное. От волнения у него пересохло во рту.
- Но мы не можем сказать! - воскликнул Хуги.
- Тогда… - Рауль обвел пленников пасмурным взглядом. - Может, зверь признается сам? Я обещаю ему легкую смерть: удар в сердце серебряным ножом.
- Обойдемся и железным, - продолжил Одо. - Ведь он в человеческом облике. Отвечайте. Я не хотел бы прибегать к пыткам.
- Если никто не признается, та придется умереть всем, - заключил Рауль. - Священник здесь - он исповедует.
Ги заскрипел зубами. Рембер окаменела. Из глубины дома донесся сухой кашель Бланшфлор. Ив, казалось, впал в забытье. Вдруг он тряхнул головой и сказал:
- Ладно. Это я оборотень.
- Нет! - крикнул Ги. - Это я!
Рембер усмехнулась.
- Они оба лгут. Настоящий оборотень - это я, добрые люди. Но не убивайте меня, ведь достаточно будет хорошенько меня стеречь - до тех пор, пока я не уеду отсюда к своему жениху в Вену. Там, далеко от Фейери, я буду за пределами сил, которые принуждают меня к превращениям.
- Не верьте ей! - крикнул Ги.
Ив затряс головой и замычал, как от зубной боли.
- Так дело не пойдет, - сказал Рауль. - Мы не можем допустить, чтобы оборотень ушел живым. Отец Вальдебрун, ты готов причастить членов этой семьи?
Хольгер достал меч и заслонил собой пленников.
- Пока я жив, здесь не прольется кровь невинного, - услышал он металлический голос, в котором с удивлением узнал свой собственный.
Кузнец Одо сжал кулаки.
- Я не хотел бы обижать тебя, сэр, но если это понадобится для блага моих детей, я это сделаю.
- Если ты Защитник, - Прозвучало в толпе, - то назови нам имя врага.
Снова настала напряженная тишина. Хольгер чувствовал, как сверлят его спину три пары глаз. Он должен найти ответ. Но как? Он не гений и не пророк, он всего лишь прагматик-инженер. Правда, теперь он не может, как когда-то раньше, дать голову на отсечение, что все на свете вопросы можно решить с помощью одного только здравого смысла. Однако… эту загадку, кажется, можно… Он не детектив, но и оборотень$7
- Да! Слава Богу, да! - воскликнул он.
- Что? Что? - оживилась толпа.
Хольгер начал говорить. Удивительным было то, что он и сам не знал, чем закончит свой монолог, но толпа, не замечая его неуверенности, впитывала каждое слово.
- Тот, кого мы сегодня ищем, - оборотень от рождения. Ему не нужно магической кожи, как например, Алианоре. А значит, одежда не может меняться вместе с ним, не так ли? Следовательно, на разбой он выходит голым. Фродар сказал мне за минуту до появления волка, что оставил своего господина в полном рыцарском облачении, пьющим пиво здесь, в доме. Но даже с посторонней помощью сэр Ив не смог бы в течение этих кратких минут снять с себя латы и оружие, которые и сейчас на нем, а затем облачиться в них снова. Следовательно, он не оборотень.
- Точно так же и Ги взял на себя вину только для того, чтобы выгородить кого-то другого. Он проговорился, сказав, что видел меня без шлема. А ведь сегодня я снимал шлем только однажды, когда спрашивал о дороге сюда. И надел его снова, когда началась суматоха. Волк не мог видеть меня без шлема. Он был в это время… точнее, она была внутри того дома. Она вбежала туда через заднюю дверь и выскочила в окно, закрытое ставнями. Думаю, что Ги видел меня с вершины башни над его комнатой. И, следовательно, его не было там, где мы видели волка.
- Что касается леди Бланшфлор… - он задумался. Как черт побери, объяснить им природу болезни, вызванной вирусами? - Леди Бланшфлор больна, и этой болезнью не болеют собаки и волки. И если бы она превратилась в волка, то мгновенно стала бы здоровой, но была бы, конечно, слишком слаба, чтобы вести себя так агрессивно и дерзко, К тому же, превратившись, она убивала бы вирус… то есть, демона, вызывающего болезнь, - и после обратного превращения оставалась бы здоровой. Но у нее жар и кашель. Думаю, ее нужно избавить от подозрений.
Рембер прижалась спиной к стене. Ее отец застонал и в мольбе протянул к ней руки.
- Нет… нет… нет… - стонал он.
Толпа свирепо заворчала и, выставив вперед копья и вилы, стала надвигаться на Рембер.
Девушка упала на четвереньки, черты ее лица стали стремительно искажаться.
- Рембер! - крикнул Хольгер. - Нет! Не нужно!.. Я не допущу!..
Рауль попытался достать ее копьем. Алианора бросилась к ней и обхватила руками текущее тело.
- Не нужно! - умоляла она. - Нет, сестра, вернись! Он спасет тебя, он обещает!..
Лязгнули клыки, пытаясь сомкнуться на ее плече. Алианора ловко сунула в пасть предплечье, и натянула губы волка на его клыки. Теперь он не мог ее укусить.
- Сестра! Сестра! Мы хотим тебе только добра!
Чтобы удержать толпу, Хольгер вынужден был пустить в ход кулаки. Несколько самых горячих оказались на полу - это успокоило остальных. Они остановились и замолчали, глядя исподлобья.
Хольгер обернулся к Рембер. Человеческий облик вернулся к ней, она, рыдая, прижималась к Алианоре.
- Я совсем не хочу этого! Я не хочу! Это накатывает само! Я боялась… Меня сожгут… Отец Вальдебрун, отчего я проклята? Теперь мне гореть в аду!.. О, дети так кричат!..
Хольгер обменялся взглядом со священником.
- Это болезнь, - сказал он. - Здесь нет ее злой воли. Что она может сделать…
Сэр Ив смотрел перед собой отсутствующим взглядом.
- Я подозревал, что это она, - пробормотал он. - Когда волк вбежал в дом, я знал, где Бланшфлор и Ги… Я запер дверь. Я хотел… Я думал, мне удастся ее удержать, а потом она уедет.
- Почему бы и нет? - вмешался Хольгер. - По-моему, это разумно. Если увезти ее достаточно далеко, влияние сил Срединного Мира ослабнет, и превращения прекратятся. До той поры ее нужно, конечно, хорошенько стеречь.
- Прольется свет и осветит ее душу, - мягко сказал священник. - Тогда ей потребуются воля и утешение.
- Честно говоря, - продолжал Хольгер, - она пока что не совершила ничего ужасного. Ее отец выплатит компенсацию тем, кто понес какой-либо ущерб, а также родителям раненых детей. Их было, кажется, всего двое? И отвезет ее в Вену как можно скорее. Я думаю, хватит и сотни миль, чтобы уйти от опасности. В Империи, конечно, обо всем этом знать не должны.
Рауль бросился к ногам сэра Ива, а Одо, сопя, стал возиться с узлами веревок.
- Господин, прости нас! - воскликнул пастух.
Ив слабо улыбнулся.
- Боюсь, что это я должен просить о прощении. И прежде всего - тебя, сэр Хольгер. Рембер подняла заплаканное лицо.
- За-заберите мен-ня отсюда, - всхлипнула она. - Я чувствую, как темнота возвращается; Заприте меня до рассвета… А завтра, сэр рыцарь, я смогу отблагодарить тебя… Ты спас мою душу.
Фродар повалился Хольгеру в ноги.
- Защитник вернулся! - слезливо закричал он.
- Только без этого, вздора, - отрезал датчанин. - Я завернул в ваш город ради куска мяса с хлебом. Или я могу рассчитывать еще и на глоток вина?