Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
У генеральши Егузинской?
Тоже изволите знать?
Как же, знаю, угрюмо выговорил офицер и как бы подавил в себе вздох.
Так вот оно как, прибавил он задумчиво. Чудно. Нашла же моя лошадь куда заскакать. Я и не знал, что у князя на Бутырках эдакий дом. Я тут часто проезжал верхом, но никогда не полагал, что это князя Телепнева. Чудно это. Удивительно совсем.
Да-с, по-народному примета, улыбнулся Финоген Павлыч.
Что, примета? Какая? оживился богатырь офицер.
Уж не могу вам сказать, а только коли чья-нибудь лошадь сама заскачет в чужой двор, то, стало быть, примечание есть. И верно примечание, доложу я вам. Самое верное
Да какое? весело улыбаясь, переспросил офицер.
А уж этого я вам доложить не сумею, а только что верное. Это уж я сам сколько раз на веку своем примечал.
Офицер поглядел в лицо седенького старичка и улыбнулся добродушно.
Как вас звать? выговорил он.
Финоген-с. Я управитель княжеский. Сколько годов здесь живу и ее упомню.
А по батюшке?
По батюшке-то? Что ж вам? Господам это знать не полагается.
Нет, вы уж скажите.
Финоген Павлович, коли приказываете.
Ну, очень рад, Финоген Павлыч, что с вами познакомился, дружелюбно и ласково выговорил офицер.
Старичок от голоса, которым были сказаны эти слова, просиял. Видно было, что он очень чувствителен к такого рода обращению.
Простите, а и мне позвольте полюбопытствовать кто вы изволите быть?
Я, как видите, офицер, но не московский, а петербургский. Теперь временно проживаю в Москве, а зовусь я Алексей, по батюшке Григорьевич, а по фамилии Галкин. Фамилия, как видите, не мудреная и не громкая
Что же-с, ничего это-с. Галка все ж таки, ведь птица-с.
Управитель сказал это таким голосом и столько утешения наивно старался вложить в свои слова, что молодой человек невольно громко рассмеялся.
Ну-с, прощайте. Если буду как проезжать мимо, заверну лично к вам в гости. Иной раз молока попрошу напиться, коли у вас есть.
Сделайте одолжение-с, осчастливьте.
Только я, Финоген Павлыч, теперь вряд ли заеду. А вот когда царица проедет через Москву, тогда заеду. А уж если вы говорите, что мой конь, к вам заскакавший, хорошая примета, то, пожалуй, я здесь и в гостях у вашего князя окажусь.
Но последние слова богатырь произнес со странным оттенком в голосе, почти грустно. Выведя лошадь из сада во двор, он ловко вскочил на нее, пришпорил и галопом съехал со двора.
А ведь красавец, выговорил Финоген Павлыч, глядя в пустые, настежь раскрытые ворота, росту какого, да и в плечах-то сущий богатырь! Да и лицом такой чистый, да и ласковый. Нешто с нами, дворовыми холопами, эдак господа разговаривают! Должно, у него своих-то рабов нету в заводе, оттого он и ласков. Это уж завсегда так на свете бывает.
И Финоген Павлыч побрел в дом, чтобы снова во сто первый раз обойти все горницы и обнюхать всякий уголок.
«Авось минует меня думалось ему. Приедет и уедет барин без встряски»
III
Недалеко от речки Неглинной, близ Воздвиженского монастыря[4], в новом, недавно лишь отстроенном барском доме, был большой съезд: хозяин был именинник. Гости вереницей подъезжали к главному парадному крыльцу; двор был заставлен экипажами.
Хозяин дома был князь Егор Аникитович Телепнев, сын того, который ожидался в бутырском доме. Молодой князь был не более года как женат, и женитьба его воочию доказала всей столице, что князь Аникита действительно чудодей. Он женил единственного сына так, что наделал соблазну на весь город. Только очень недавно перестали толковать, судить и пересуживать брак одного из первых женихов Москвы. Особенно долго шумели и рядили те родители, у которых дочери невесты засиделись в девках. И князя Аникиту, и его сына матушки, метившие на богатого жениха, раздирали на части.
Действительно, случай был необыкновенный и почти диковинный. Князь Телепнев женил сына на замоскворецкой купчихе.
За всю свою жизнь такового не запомню, такого не видал и слыхом не слыхал, говорил один из старейших дворян московских. Видали мы, что дворяне женятся на своих собственных дворовых девушках или на каких заморских итальянках и шведках, бывало это завсегда из-за чародейства какого, из-за приворота, стало быть, из-за любви. А любовь слепа! Влюбится человек и женится на козе, и та ему коза кажет краше раскрасавицы. А чтобы эдак, с лавочниками венчались русские князья, не слыхано и не видано.