Французы тем временем, продолжали ползти к этой площадке, надеясь… Хм? А на что может надеяться искусственный разум? Он просто просчитывает варианты, не более. Видимо, в прогу был заложен интеллект образца Первой мировой войны - атака толпами. Потом эту традицию припишут почему-то русским-советским армиям, но, если уж говорить честно, приоритет атаки волнами принадлежит именно французам. Эти придурки в четырнадцатом году такими волнами шли на немецкие пулеметы. В синих штанах и красных шинелях. "Элан виталь!", чо. Французский дух! Синие шинели и красные штаны в болотах Северной Франции и Бельгии привели к тому, что из девятнадцати миллионов молодых мужчин один миллион будущего Франции навсегда остались под Верденом и во Фландрии.
В игре этот самый "элан виталь!" проявился во всей своей идиотской мощи. Главное - задавить массой. У Риммы была одна проблема - лишь бы снарядов хватило. Единственная опасность была в том, что французские САУ тремя-четырьмя залпами накроют площадку в скалах, и все. Однако Рим пошла на этот риск. Индус и два японца, повторяя рейд хитрожопого Гузя, проползли на легчайших танках типа "Ке-Ни" по кустам и, зайдя с тыла, расхерачили французские самоходные гаубицы, когда те только выползали на позиции. Пока французские "Шары" разворачивались в сторону новой опасности, по ним херачили японские САУ. А ПТ - добивали в корму. Красиво? Нет. Это еще не красиво. Красиво оказалось то, что Римма тем временем вообще в бой не входила. Она шлялась вдоль ряда кресел своей команды и приказывала, давала советы, утешала, ободряла… В реале. А иногда и заменяла, когда ситуация становилась совсем острой.
Французы, как это не раз было в реальной истории, опять проиграли узкоглазым. Со счетом 75:3. Один японский танк нарвался на мины, второй закидали гранатами, а единственная потерянная противотанковая установка слишком высунула нос из-за камня. После чего пошла в таран и стала единственным камикадзе.
Финал образовался внезапным.
Германия. СССР. Японская империя.
В центре - база. Ее надо взять. Кто выжил и остался на базе - тот и…
"We are the champions - my friends!"
А где "чампионс" - там и плюшки с девочками.
А вот с картой на финал - не повезло.
Это была совершенно незнакомая до этого карта.
Какой-то Зеленогорск.
Разрушенный до щебня зимний город.
И флаг на холме - как победный финал.
ГЛАВА 10
- Охренеть, - только и смогли сказать Лисицын с Прохоровым, когда приехали на место. Таксист тоже в выражениях не постеснялся.
Весь Северный район был обесточен. Свет в домах не горел, фонари на центральных улицах - тоже. Зато в небе туда-сюда свистал единственный на всю область полицейский вертолет и судорожно шарил прожектором под собой. Еще на подъезде к Филейке их начали тормозить намыленные гибэдэдэшники, но прокурорские и экстремистские корочки, вкупе с матом, сделали свое дело. До самого же места пришлось добираться пешком.
Воняло. Воняло сильно. Чем-то невероятно кислым, одновременно сладким и противным. А еще дымила недостроенная девятиэтажка, один из пролетов которой просто рухнул.
- Теракт, поймать мой нежный хрен, - выругался Прохоров, глядя на суету вокруг.
Сновали парамедики с носилками, визжали какие-то машины, в свете фар бегали пожарные, спасатели, полицейские, опять же всех мастей и рангов.
- Блин, такое ощущение, что война началась… - пробормотал Прохоров, уступая дорогу очередной паре носилок.
- Только бомбардировщиков не хватает, - буркнул в ответ Лисицын.
В конце концов приятели добрались до штаба - кучки наспех поставленных палаток.
Да уж… Тут было не лучше. Первым делом на них наорал генерал-майор ФСБ, начальник местного управления. Наорал в "лучших" традициях русско-советско-российской армии: "Пока вы там, мы все тут!". Не, понятно, что епархия совершенно другая, но связываться не стоит с любым генерал-майором. Мужиков спасло собственное начальство. Лисицына схватил за рукав родной начальник отдела "Э" и вытащил из палатки.
- Серега, это полный абзац! Значит, так. Сейчас тебя и этого советника…
- Прохорова?
- Да! Вас только и дожидались, блин… Сейчас вы трое…
- А третий кто? - не понял майор.
- Из гэбистов. Они сейчас тут рулят. Сам подумай - захерачили снарядом в дом!
- КТО??? - чуть не заорал Лисицын.
- А вот это ты и пойдешь сейчас выяснять. У ОПОНА потери полвзвода…
- Тля, я че, камикадзе?
- Да положили уже этих террористов! Не ори! - полковник судорожно оглянулся. - Они, Серега, в танке были! Понимаешь?
- В каком, бляха муха, танке? - вытаращил глаза майор Лисицын.
- Вот именно "Мухой" этот самый танк и захреначили. Точно, как в Грузии, четыре года назад… Помнишь?
- Я в онлайне смотрел, - нахмурился Лисицын.
- Ну да, ну да…
В суете бегавших туда-сюда спецслужбистов вдруг раздался тонкий, словно заячий, стон.
- Террористы уже лежат, место оцеплено. Сейчас идете на первичный осмотр втроем.
- А мы-то почему?
- А больше некому, Сережа, больше некому…
Не успел полковник договорить, как вдруг из темноты вынырнула странная парочка, тут же протянувшая офицерам длинные видеомикрофоны:
- Ваши комментарии по поводу произошедшего?
- Твою мать, - заорал начальник центра в ночное сентябрьское небо. - Кто журналистов сквозь оцепление пропустил? Без комментариев!
- С вами, дорогие зрители, был Алексей Филиппов, онлайн-ТВ… ГородКировточкаруууу!!! - последние слова настырный и несчастный журналюга проорал слитно.
- Мать моя родная… Ладно, гэбист вам всю вводную по пути расскажет. Тут недалеко. Километр всего. Валяй!
Ну и фиг ли делать, когда старший по званию приказывает? Мужикам вручили по "укороту" и здоровенному тактическому фонарю. И бронежилет заставили одеть. И документы сдать зачем-то…
За внутреннее кольцо оцепления их пропустили втроем. Опять же Прохоров, снова Лисицын и с ними третий… Представился он капитаном ФСГБ - Федеральной Службы Государственной Безопасности - бывшей ФСБ-КГБ-ВЧК… Прочие ОГПУ уже никто и не помнит…
Отойдя от оцепления пару сотен метров, капитан-гебист вдруг остановился:
- А теперь, мужики, нормально разговаривать будем. Капитан ФСГБ Владислав Измайлов. Можно просто - Влад.
И протянул руку.
Капитан был суров, спокоен, серьезен и… Спецназерен. Есть такой глагол, да. Говорят, что род войск и род службы влияет на характер человека. Мотострелок - он резок как понос. А что ему терять-то? Мясо войны… Танкистов тоже недаром "бронелобыми" называют. Снайпера обычно спокойные как удавы, лишнего движения не сделают. А спецназеры…
Вот смотришь на человека - улыбается, анекдоты травит. Глаза такие… Добрые. А иногда на секунду замрет… И из лица его вдруг маска смерти на тебя глядит - потусторонняя такая, равнодушная маска убийцы. И движения все - расчетливые. Словно вот он не нос почесал, а примерился - как тебя убить лучше.
- Значит, слушаем сюда, мужики. Все, что там увидите - не удивляйтесь. Это… Это за гранью. Просто смотрите и запоминайте. Там пять жмуриков. И танк. "Тигр". Немецкий. Опоновцы его старой "Мухой" завалили. Сейчас лес прочесывают, но, по-моему, бестолку.
- Чиво, какой еще нафуй, "Тигр"? - удивился Лисицын.
- Железный, тля, с пушкой! - рявкнул вдруг ФСГБшник. - А ты думал, из "Полосатого рейса" сбежавший? Ты у нас, майор, по разного рода нацистам спец? Вот поэтому ты со мной и идешь…
- Ааа…
- А ты, Прохоров, для соблюдения, так сказать, социалистической законности. И не бздите. Нет там никого, кроме трупаков.
- А там? - кивнул Прохоров на дымящуюся девятиэтажку.
- А там… нормально все там. Дом готовили к пуску, в квартирах только пара десятков граждан союзного Таджикистана временно проживала. Нелегально причем. Меня это не касается.
- А немцы-то откуда? - доперло вдруг до Лисицына.
- Вот это мы и пойдем выяснять, майор. Откуда, куда и зачем. А я вас прикрою. Да не бздите вы, мужики! - повторил капитан Измайлов и стер холодный пот со лба. Сентябрь на дворе, не май месяц…
Какое-то время они шли молча по тяжелому от дождей полю, мешая грязь ботинками.
Измайлов вдруг остановился:
- Сон мне вчера приснился. Будто я к брату в деревню поехал. А живет он в сорок четвертом году, надо сказать. Ну, во сне так было. Приехал я, пошли мы в клуб на танцы. Деревянный такой, но двухэтажный, а вместо колонн - стволы деревьев почему-то. Ну сидим, значит, веселимся, танцы под гармошку. Девки дробь каблуками выстукивают. Только вот я почему-то знаю - среди мужиков предатель есть. Полицай…
Лисицын фыркнул.
- Извини. Я не тебя имел в виду. Так вот… Пошел я отлить да и покурить - стою, весь в форме советской, с медалями… И мне вдруг - яблыньк по темечку! Вот я сознание-то и потерял. Прям во сне. Темнота такая же была. В себя пришел - лежу связанный, а дом культуры горит уже. И сам себя со стороны вижу - как лежу связанный, а огонь все ближе и ближе.
Влад почему-то замолчал и лицо его передернула гримаса не то ненависти, не то боли.