Холод оглянулся. С виска у него, из-под повязки, густо ползла кровь. Горец был в растерянности. Бросить друга?! Но брат! Брат!
- Мечи и камасы у нас возьмите! - Олег не понимал, что кричит, не понимал и того, что приговаривает себя и Богдана к смерти. Он поступал так, как поступали Положительные Герои в фильмах. - Давай скорей, пока не обошли!
Холод, не переставая ругаться, взял пулемет на ремень, перехватил у Олега и Богдана перевязи с холодным оружием и, взвалив на плечи Морока, ползком потащил его за кусты. Несколько хангаров сунулись наперерез, но Олег короткими очередями уложил их в болото. Богдан отстреливался из-за валуна. Олег окликнул его:
- Мотай отсюда!
Тот сделал одной рукой межпланетный неприличный жест и швырнул, приподнявшись, "лимонку" в перебегавших группкой хангаров. Олег примкнул к автомату сбоку штык.
- Надо было патроны у ребят взять,- запоздало пожалел он. - Бог...
Что-то со звучным шлепком упало в грязь рядом. Олег обернулся и увидел слегка выступающий из жижи серо-зеленый бок гранаты. В метре от себя.
Он успел вжаться всем телом в грязь и открыть рот...
...Влажная тряпка прошлась по лбу, уменьшила боль. Олег открыл глаза. Богдан стоял над ним на коленях, выжимая оторванный кусок рубахи.
- В себя возвернулся! - обрадовался он, когда Олег моргнул. - Я часом боялся - все ж убило тебя!
- Где мы? - сквозь кашу, забивавшую рот, выдавил Олег. - Что со мной было?.. Ой, голова...
Богдан нахмурился и сел рядом, продолжая крутить тряпку.
- В плену мы, - ответил он. - Тебя одно гранатой стукнуло, я-то к тебе кинулся... ну и навалились, повязали...
- А ребята? - Олег пошевелился, повернул голову, схаркнул липкую кашу. Они лежали возле черных резиновых колес какого-то прицепа и несколько хангаров, похожих на Страшилу из "Волшебника Изумрудного города" в нелепых плащах, накинутых поверх доспехов, стояли неподалеку, направив на лежащих короткие копья, украшенные цветными хвостами.
- Не вытропили их, - Богдан оперся затылком о. колесо. Теперь, когда Олег очнулся, он почувствовал себя спокойнее - все-таки не один... - Что будет часом, с нами-от?
- Выше нос, - Олег скривился и сел, - Худшее уже произошло - мы в плену. У вас тут есть какие-нибудь конвенции? По правам военнопленных или о несовершеннолетних? Нет? Жа-аль...
Часовые вытянулись, демонстрируя неожиданно хорошую выправку. Подошедший человек был явным славянином - тоже в плаще, но сидевшем куда более прилично. Однако глядел он на мальчишек, словно на отвратительных животных. "Хобайн? - подумал Олег. И вспомнил вдруг, что самыми страшными воинами турок были захваченные и воспитанные ими дети европейцев. - Похоже, хана."
- Бандиты, - удовлетворенно сказал между тем офицер. - Рад, что мы с вами сможем разделаться, как вы того заслуживаете!
Олег придержался рукой за колесо и заставил себя встать.
- Мы не бандиты, а партизаны. Мы защищаем свою землю.
- Молчать! - глаза офицера сузились. - С тобой разговор вообще будет особый - похоже, ты из наших мест! А пока на допрос со мной отправишься ты! - он ткнул в сторону Богдана, который побледнел так явственно, что офицер зло усмехнулся.
- Этот парень - только мой подчиненный, - упорствовал Олег. - Вам надо допрашивать меня...
- Молчать! - повторил офицер, указывая на Богдана хангарам. Еще двое из них уткнули в грудь Олегу копья, и он смог только крикнуть:
- Держись, не бойся!
...Когда Богдана впихнули в палатку, где уже сидели несколько офицеров, он почти возблагодарил богов - тут было тепло и сухо. Мальчишка осмотрелся, потом переступил с ноги на ногу - на пол натекла лужа.
- Черт побери, - шевельнулся на стуле высокий офицер, не старый, но седой, - да это же мальчишка! Сколько тебе лет, горец?
- Четыренадесятая весна, - угрюмо, но без промедления ответил Богдан. Он решил не врать, по возможности. Было страшно, и страх не уходил.
- Какая разница? - резко спросил третий офицер, узколицый, похожий на лису. - Они все опасны, и чем моложе - тем хуже - потому что их еще не учили. Второй - тоже щенок, но между прочим я уверен, что именно он уничтожил группу Пестемеева и подстроил крушение вельбота штаба! Похоже, он вообще с юга и даже еще более опасен, чем этот дикарь...
- Хорошо, хорошо, - поморщился седой, - допрашивайте сперва этого...
- Имя? - качнул пальцем лисолицый.
- Богдан из племени Рыси, - мальчик старался твердо держаться на ногах.
- Кто командир... воевода твоего... твоей четы?
- Я... - мысленно Богдан попросил Дажьбога о помощи и отчеканил: - То я не отвечу.
- Этот, что с тобой, сказал, будто он твой воевода! - офицер встал на ноги и заложил руки за спину.
- Веснами он старше, потому и приказы приказывал,- пояснил Богдан. - А воеводой над нами не он.
- О чем он говорит? - весело спросил третий офицер, совсем молодой блондин, вдруг живо напомнивший Богдану дядю-стрыя, погибшего зимой.
- У них жесткая система, - пояснил негромко седой, - второй пленный старше возрастом, поэтому назвался командиром.
- Численность вашей четы? - задал новый вопрос лисолиций.
- То я не отвечу.
- Что собираетесь делать?!
- То я не ведаю.
- Куда идете дальше?!
- То я не ведаю.
- Где останавливались в прошлые разы?! Кто помогал вам?!
- То я не отвечу.
Удар был очень сильным и неожиданным. Богдан отлетел к выходу и не упал только потому, что один из часовых ударил его прикладом в спину - Богдана бросило вперед, он рухнул ничком. Сел. Слизнул кровь, двумя струйками текшую из носа. Встал и выпрямился.
- Сколько чет выслало ваше сучье племя?! - прошипел офицер. - Говори, дикарь!
- То я не отвечу, - твердо сказал Богдан.
- Отвечай!
- Я на те вопросы отвечать не стану, - Богдан хлюпнул разбитым носом.
- Ваше племя имеет прикрытие с востока?!
- То я не отвечу.
- Послушай, - лениво сказал белокурый офицер, - ну что ты дурака валяешь? Тебе еще и четырнадцати нет. Отбарабань, что спрашивают, и поедешь в школу. Или ты боишься, что тебя расстреляют? Мальчишки твоего возраста вообще не имеют права участвовать в боевых действиях на любой стороне.
- А хобайны? - Богдан снова хлюпнул. Офицер засмеялся:
- Дети-хобайны?! Это же сказка времен восстания!
Богдан зажмурился. И вспомнил Славко, который, сгорая на костре,пел боевую песнь Рысей.
Он открыл глаза, и без страха взглянул на офицеров:
- Переветчики вы, перескоки, - презрительно сказал он. - А у нас коли беда у ворот - каждый мужчина клинок берет. Вот и весь вам сказ на ваш спрос.
- Значит, ты - взрослый мужчина и воин? - подался вперед лисолицый. - Ну что же - тогда тебе не на что будет жаловаться...
...- Ты не похож на горца.
- Я горожанин, - коротко ответил Олег, гладя поверх голов допрашивавших.
- Откуда?
- Из Харианы, - вспомнил Олег одну из надписей на дедовом приёмнике. А вспомнив - испытал стремительный, похожий на падение в пропасть, ужас от того, как быстро и страшно для него все закончилось.
- Имя?
- Олег М... икичев.
- Возраст?
- Мне пятнадцать.
- Господи, - покачал головой сухощавый офицер.
- Меня интересует, - заставил себя Олег держать тон, не скатываясь на скулеж, - что случилось с моим младшим товарищем. С Богданом.
- У него свадьба, - ответил офицер, ведший допрос. Седой уставился в стол. - Он сейчас гуляет. Хочешь посмотреть?
- Если с ним... - начал Олег, но офицер крикнул:
- Советую отвечать на вопросы, а не ставить условия? Наши хангары - дикари похуже ваших друзей, они еще не все отказались от человеческого мяса! Кроме того, они часто путают пол своих пленных!
- Перестаньте, - досадливо оборвал седой.
- Где, Богдан?!- Олег не слышал угроз.
Когда в палатку волоком втащили окровавленного, с бессильно мотавшейся головой горца, Олег смотрел на него одну секунду. Ровно. Потом, молча и молниеносно развернувшись, достал допрашивавшего его офицера панчем с правой в челюсть.