- Демоны, отзвуки - какая разница? - пожал плечами Маннгейм. - Нас все равно режут как свиней, и нам нечего им противопоставить. Даже если мы как-то ухитримся изгнать этих… эти отзвуки - все равно мы не в состоянии одновременно сражаться с ними и атаковать пустотный щит. Простая арифметика, милорд. Это война на истощение, и с сегодняшними потерями у нас не осталось надежды на победу.
Цу-ган шагнул вперед, больше не в состоянии сдерживаться.
- Вы слуги Императора! - яростно напомнил он Маннгейму. - И вы будете делать свое дело, с надеждой или без, во славу его и Священной Терры.
Несколько офицеров вскинули руки в салюте орла, но Маннгейма запугать было сложнее.
- Я ступлю на жертвенный алтарь войны, если это необходимо, но я не согласен на слепую жертву. Вы бы повели своих воинов на верную смерть, зная, что этим абсолютно ничего не добьетесь?
Цу-ган скривился. Пробормотав неразборчивое ругательство, он крутанулся на каблуках и вышел вон из стратегиума.
Пириил вздернул брови.
- Простите моего брата, - сказал он совету. - В груди Цу-гана горит огонь Ноктюрна. Если ему некого убить, он начинает нервничать.
- В этом-то и проблема, не так ли? - колко заметил капитан Маннгейм. - Причина, по которой ваш брат-сержант так расстроен. За исключением вас, милорд библиарий, у Астартес нет оружия против этих отзвуков. Несмотря на всю их мощь, храбрость и боевое искусство, перед нашим врагом они бессильны.
Фраза повисла в воздухе как клинок, готовый разрубить последнюю нить надежды.
- Да, - чуть слышно признал Пириил.
Пораженное молчание наполнило комнату, когда офицеры поняли всю безвыходность их положения на Вапорисе.
- В Фаланге нет санкционированных псайкеров, - в конце концов выговорил старший лейтенант. - Разве один человек, пусть даже Астартес, может изменить ход войны?
- Не может! - дрожащим голосом заявил капрал.
- Нам надо немедленно подать сигнал на орбиту, - предложил он. - Потребовать подкреплений.
- Не будет никаких подкреплений, - вмешался Маннгейм. - И орбитальные челноки не войдут в атмосферу Вапориса, пока Афиум в руках повстанцев. Мы здесь одни.
- Мой брат был прав в одном, - произнес Пириил, и голос его прорезался сквозь нарастающий в комнате гвалт. - Ваш долг - служить Императору. Доверьтесь нам - и мы добьемся победы, - пообещал библиарий.
- И каким же образом, милорд? - спросил Маннгейм.
Взгляд Пириила стал пронзительным.
- Псайкеры - гибель для отзвуков варпа. С помощью своей силы я воздвигну психический щит вокруг ваших людей. Призраки, как вы их называете, будут не способны пробраться внутрь. Если вы подойдете достаточно близко к пустотному щиту - намного ближе, чем предполагалось по изначальному плану атаки, - и, обрушив на него всю доступную огневую мощь, сумеете его проломить, мои братья проникнут внутрь и уничтожат противников. Когда мы отключим генераторы, щит падет, а с ним падет и оборона Афиума под ударами нашей дальнобойной артиллерии.
Старший лейтенант недоверчиво фыркнул:
- Милорд, я не ставлю под сомнение таланты Астартес или ваше мастерство, но вы уверены, что сможете создать достаточно большой щит и удерживать его достаточно долго, чтобы этот план сработал?
Библиарий сухо улыбнулся:
- Магистр Вель-кона хорошо меня обучил. Как библиарий эпистолярного уровня, я способен на многое, лейтенант, - произнес он без лишней гордости. - Я сделаю то, что должно быть сделано.
Маннгейм кивнул, хотя в движениях его сквозила обреченность.
- В таком случае рассчитывайте на мою полную поддержку и поддержку 135-й Фаланги, - сказал он. - Сообщите, что вам необходимо, милорд, и вы это получите.
- Стойкие сердца и стальная решимость - вот и все, о чем я прошу, капитан. Большего никогда не требовал и сам Император.
Цу-ган проверил зарядник своего комбиболтера, убедившись, что кан с прометием надежно укреплен над входящим в комбинированное оружие огнеметом.
- Бессмысленное занятие, учитывая, что мы не можем поразить врагов, - прорычал космодесантник.
К воинственному сержанту присоединились остальные братья. Они стояли во внутреннем дворе Скалы Милосердия перед воротами бастиона.
За их спинами строились солдаты Фаланги. На стоянках бронетехники гремели гусеницы "Василисков". В воздухе, подобно статическому электричеству, разлилось ожидание.
В отряде недоставало лишь двоих космодесантников, и один из них уже спешил присоединиться к братьям. Выбравшись из наспех оборудованного госпиталя в катакомбах крепости, он пробился сквозь толпу гвардейцев и встал рядом с остальными.
- Как он, брат? - спросил Емек, передергивая затвор болтера.
- Все еще в отключке, - ответил Бак-ен.
Рослый воин избавился от тяжелого огнемета и вооружился болтером, как и большинство его боевых братьев. Дак-ир так и не очнулся после нападения призраков, и, несмотря на протесты Бак-ена, Пириил назначил его исполняющим обязанности сержанта.
- Я бы хотел, чтобы он был с нами, - пробормотал космодесантник.
- Все мы этого хотим, брат, - ответил Пириил.
Заметив нотку беспокойства в голосе товарища, он спросил:
- Тебя что-то тревожит, Бак-ен?
Вопрос повис в воздухе неразорвавшимся болтерным снарядом. Лишь спустя некоторое время великан отозвался:
- Я слышал по воксу то, что сказал Цу-ган. Можно ли сражаться с этими тварями, брат? Или мы просто отвлекаем их внимание от гвардейцев?
- Я видел, как меч игнейца прошел прямо сквозь одного из них, - пробормотал Цу-ган. - А остальные вцепились в Бак-ена крепче, чем стыковочные крюки.
Емек поднял голову от ауспика.
- Перед тем как напасть, они материализуются - обретают плоть, - сказал он. - И эта плоть тверже железа, а хватка у них как у силовой перчатки.
- Я тоже это заметил, - подтвердил Пириил. - Ты очень наблюдателен, брат.
Емек скромно кивнул, и Пириил начал объяснять свою стратегию:
- Наши силы будут рассредоточены по полю сражения: четыре боевые группы, как и в прошлый раз. Я могу растянуть свою телепатическую защиту над всей Фалангой, но коридор получится довольно узким, и некоторые призраки почти наверняка просочатся внутрь. Займите оборонительные позиции, подождите, пока привидения атакуют, и лишь затем наносите удар. Но учтите: лучшее, на что мы можем надеяться, это временно их отбросить. Только у меня есть сила, необходимая, чтобы изгнать этих существ в варп, и я не смогу заняться этим, пока буду поддерживать психический щит.
- Тогда и драться ты тоже не сможешь, брат-библиарий, - сказал Бак-ен.
Пириил обернулся к нему и произнес с нажимом в голосе:
- Да, я стану на время уязвим.
Поэтому вам, братья, придется быть моим щитом.
Предстоящая им миссия по тяжести могла поспорить с бушующим снаружи ненастьем. В стратегиуме капитан Маннгейм сказал правду: несмотря на всю их физическую силу, боевую выучку и мужество, они были бессильны против призраков. Почти.
Пириил обратился к отряду:
- Огнерожденные, проверяйте дисплеи шлемов, куда будут поступать обновленные параметры и цели задания.
В ответ прозвучал хор подтверждений.
- Переключитесь на тактическое зрение, - добавил Цу-ган.
Поток данных, включающих временные коды, дистанции и расположение войск, побежал по его левой оккулобной линзе. Сержант обернулся к Пириилу в тот момент, когда массивные ворота Скалы Милосердия начали открываться.
- Надеюсь, вы сможете сделать то, что обещали, библиарий, иначе все мы покойники.
Пириил надвинул свой боевой шлем. Взгляд библиария был устремлен вперед.
- Варп-шторм непредсказуем, но он увеличивает и мою силу, - сказал псайкер. - Я сумею удержать щит, сколько потребуется.
Затем он обратился только к Цу-гану по закрытому каналу.
- Мой пси-глушитель будет ослаблен, - проговорил библиарий. - Если в какой-то момент риск станет слишком велик, ты знаешь, что должен сделать.
Если мной овладеют демоны варпа…
Цу-ган без особых затруднений понял то, что подразумевалось, но не было сказано.
На дисплее Пириила беззвучно вспыхнула руна подтверждения.
- Братья Емек, Ягон? - спросил Пириил, когда врата крепости широко распахнулись.
В проем хлынули струи дождя и запах разложения.
Емек и Ягон изучали перекрывающиеся данные сканирования на своих ауспиках, пытаясь выявить варп-активность в блуждающих по полю смерти тенях.
- Ничего, брат, - ответил Емек.
Ягон согласно кивнул.
Дорога, по крайней мере сейчас, была свободна.
Несмотря на ливень, во мраке Адовой Ночи повисла странная неподвижность. Кроваво-красная тьма дышала гневом. И она выжидала. Пириила вновь привлек странный ток, исходящий из дикой местности далеко от поля боя.
Как раз за пределом моей досягаемости…
- В огонь сражения… - затянул он и повел Саламандр вперед.
Дак-ир очнулся, задыхающийся и покрытый холодным потом. Он отчетливо ощущал суматошное биение собственного сердца и пульсирующую боль в висках. В подсознании таяли странные видения… Мир цвета пепла, ряды надгробий и мавзолеев вдоль длинной сумеречно-серой дороги… Запах горящей плоти и могильной пыли… Ускользающий из памяти голос его брата, кричащего от боли.
…Крик сливается со стонами многих на черном, залитом водой поле… Прикосновение дождя, холодные струи на обнаженной коже… и бьющий колокол…
- Мы здесь…
- Мы здесь…