Вспыхнула паника, и порядок, который мужественно восстановил лейтенант, затрещал по швам. Гвардейцам явно хотелось сбежать, а не сражаться против чего-то, что они едва могли разглядеть, не говоря уже о том, чтобы подстрелить или убить.
За первым солдатом последовал второй, и его смерть ознаменовала очередная белая вспышка. На этот раз Дак-ир увидел, что стало с человеком. Словно сама земля раздалась и целиком его проглотила. Только гвардеец не упал и не провалился в болото - нет, его затащили вниз. Бледно светящиеся руки с тощими, как когти, пальцами сомкнулись вокруг его лодыжек и утянули беднягу под землю.
Несмотря на усилия Банхоффа, мужество изменило его солдатам, и они помчались прочь. Еще несколько сгинули на бегу, разделив жуткую судьбу своих товарищей, - их в мгновение ока увлекли вниз. Лейтенант присоединился к солдатам, пытаясь превратить бегство в организованное отступление, но это ему не удавалось.
Осмелев от людского страха, существа, объявившие охоту на воинов Фаланги, проявились в реальном мире, и Саламандры впервые смогли их рассмотреть.
- Это демоны? - выдохнул Емек, наводя свой болтер.
Твари больше смахивали на разложившихся покойников, обмотанных гниющими стихарями и рясами. Лоскуты ткани развевались, как щупальца бестелесного спрута. Глаза призраков были темны и пусты, а их скелетообразные тела выдавали принадлежность к духовенству. Некогда, возможно, священники - теперь они стали духами зла.
- Проверим, могут ли они гореть, - рыкнул Бак-ен, выпуская из тяжелого огнемета сгусток прометиума.
Поле вокруг него вспыхнуло. Призраки рассеялись, когда по ним прошелся жидкий огонь, - однако, едва лишь языки пламени улеглись, появились снова, совершенно невредимые.
Бак-ен опять собрался окатить их огнем, но привидения испарились прямо у него перед носом, как струйки тумана.
Подождав секунду-другую, рослый Огнерожденный обернулся к сержанту и пожал плечами.
- Мне встречались противники и пострашнее, - начал он, но слова сменились криком, когда ботинок космодесантника погрузился в почву.
- Во имя Вулкана! - выругался Емек, не веря собственным глазам.
- Держите его! - заорал Дак-ир, заметив белые когти, обхватившие ступни и щиколотки Бак-ена.
Братья Ромул и Г-хеб кинулись на помощь товарищу. Каждый ухватил его под руку, и в следующий миг они уже боролись против тянущих космодесантника под землю призраков.
- Отпустите, вы разорвете меня пополам! - взвыл Бак-ен, захлебываясь от боли и ярости.
- Держись, брат! - крикнул ему Дак-ир.
Он уже собрался вызвать подкрепление и вывел контактную руну Пириила на тактический дисплей, когда перед ним возник призрак. Это был старый проповедник с серым, источенным возрастом и злобой лицом. В глазницах его сверкали воинственные огни. Рот привидения задвигался, неслышно выговаривая слова, которых Дак-ир не смог разобрать. Мертвец обвинительно ткнул в него пальцем.
- Отпусти его, адское отродье!
Дак-ир взмахнул цепным мечом, но призрак проповедника, мигнув, сгинул, а клинок распорол пустоту и вонзился в мягкую почву. Сержант поднял плазменный пистолет для выстрела, как вдруг его тело наполнил жуткий цепенящий холод. Ледяной огонь побежал по жилам, когда прикосновение чего-то древнего и мстительного заморозило кровь Дак-ира. Он не мог дышать - легкие горели, словно космодесантник голышом прыгнул в арктическую реку. Лишь спустя несколько мгновений Дак-ир сообразил, что скрюченные пальцы священника погрузились в его силовую броню. Извиваясь под керамитовыми пластинами, превращая в насмешку все совершенные защитные механизмы доспеха, серые когти пытались нащупать жизненные органы космодесантника. Призрачный проповедник жаждал отмщения.
Дак-ир попробовал крикнуть, но чары мертвеца сковали глотку сержанта льдом, а его язык налился свинцом. Только строчки из кодекса Прометея, которые космодесантник твердил про себя, не давали ему соскользнуть в черноту.
"Пламя Вулкана бьется в моей груди. Этим огнем испепелю я врагов Императора".
Сердце стучало все быстрее, и сдавившая его боль нарастала…
Обострившимися чувствами Дак-ир ощущал вонь трухлявого дерева и погреба, просочившуюся в шлем.
А затем его охватило яркое пламя, и чудовищное давление ослабло. Успокаивающее тепло изгнало холод из жил, и помутившимся зрением Дак-ир увидел Пириила, стоящего в центре огненного столба. Сбоку из разверзшейся земли вытаскивали Бак-ена. Что-то приподняло Дак-ира. Он ощутил, как сильные руки взяли его под мышки и потянули вверх. По тому, каким легким, практически невесомым сделалось его тело, космодесантник понял, что, должно быть, упал. Уплывающим сознанием Дак-ир уловил обращенные к нему слова:
- Опять я вытаскиваю твою задницу из огня, игнеец…
Потом навалилась тьма.
Стратегиум Скалы Милосердия еще недавно был крепостной кантиной, и здесь немилосердно воняло табаком и застарелым потом. Грубо сколоченные столы сдвинули вместе, и они превратились в тактикариум, усыпанный замасленными картами, географическими планами и таблицами данных. Сводчатый потолок протекал, так что адъютантам и офицерам приходилось постоянно стирать со свитков и планов капли воды. В тесной комнате мельтешили клерки и логистики Департамента Муниторум, которые пересчитывали людей и оборудование, делали записи стилусами в своих планшетах и периодически обменивались угрюмыми взглядами за спинами гвардейцев.
Ни для кого не было секретом, что они потеряли множество солдат в последней вылазке. Вдобавок боеприпасы для дальнобойных орудий подходили к концу, так что перспективы продолжить кампанию выглядели более чем сомнительными. После неудачного приступа прошел почти час, а имперские силы ничуть не приблизились к согласованию приемлемого плана операции.
Библиарий Пириил оглядел тактические данные, разложенные перед ним, и не обнаружил ничего нового - никакой разумной стратегии, которая могла бы облегчить их положение. По крайней мере, призраки оставили имперцев в покое, когда те вступили на территорию Мерси Рок, - но почти все псайкерские силы эпистолярия ушли на то, чтобы отразить атаки мертвецов и сделать возможным отступление.
- Что это было, брат? - тихо спросил Цу-ган, стараясь не привлекать внимания гвардейских офицеров и интендантов, присоединившихся к ним.
Цу-ган полагал, что смертным лучше оставаться в неведении относительно некоторых вещей. Люди были немощны разумом и слишком подвержены страху. Защита человечества требовала большего, чем просто болтер и меч: следовало также оградить смертных от ужасной правды о таящемся в галактике зле, которая могла сломить их.
- Я не уверен.
Пириил взглянул вверх. Его телепатическое зрение пронзало дерево и роккрит, как прозрачную паутину, и открывало распростершуюся над крышей грозовую ночь с небесами цвета крови.
- Но я считаю, что буря в варпе и призраки как-то связаны.
- Прислужники Хаоса? - У слова был мерзкий привкус, и Цу-ган выплюнул его с гримасой.
- Возможно, просто потерянные и проклятые, - задумчиво ответил библиарий. - Но не вассалы Губительных Сил. Думаю, они… эхо варпа - души, застрявшие между эмпиреями и миром смертных. Кровавый шторм истончил пленку реальности. Я ощущаю проникающее сквозь нее эхо. Я только не понимаю, в чем причина. Но, пока продолжается шторм, пока Адова Ночь не закончится, они будут ждать нас.
Всего в нескольких метрах от Саламандр безразличные к их разговору гвардейские офицеры проводили собственный военный совет.
- Простая истина состоит в том, что мы не можем позволить себе продолжительную осаду, - констатировал капитан Маннгейм.
После казни Тенча и прискорбного недомогания комиссара Маннгейм остался высшим по рангу офицером Фаланги. Капитан закатал рукава и водрузил форменную фуражку на стопку графиков.
- В лучшем случае у нас хватит боеприпасов, чтобы еще раз попробовать свалить пустотный щит, - сообщил интендант, просматривая инвентарные списки.
Адъютант из Департамента Муниторума передавал начальнику инфопланшеты, которые тот немедленно заполнял данными и возвращал помощнику.
- После этого у нас не останется никаких ресурсов для атаки на щит.
Другой офицер - старший лейтенант - подключился к обсуждению. Его форменная куртка была расстегнута, и по рубашке на груди расползлось уродливое треугольное пятно пота.
- Даже если у нас хватит снарядов, какой смысл начинать атаку, пока там кишат эти твари?
Перемотанный бинтами капрал с повязкой на глазу, сквозь которую просачивалась кровь, выступил вперед:
- Я не поведу свой взвод снова на верную смерть. Сепаратисты якшаются с демонами. У нас нет против них защиты.
"Страх, - усмехнулся Цу-ган. - Да, люди слишком слабы для некоторых истин".
Старший лейтенант нахмурился и, обернувшись, без особого пиетета уставился на Саламандр, столпившихся в темном углу комнаты.
- А что насчет Императорских Ангелов? Разве вас прислали сюда не затем, чтобы помочь нам с осадой? Разве эти новые враги, призраки из тьмы, не союзники наших противников в Афиуме? Мы не сможем прорвать оборону, пока вы не избавите нас от демонов.
Глаза Цу-гана полыхнули гневом, и офицер попятился. Космодесантник с рычанием сжал кулаки, возмущенный нахальством смертного.
Предупреждение во взгляде Пириила заставило сержанта отступить.
- Они не демоны, - твердо сказал Пириил, - а эхо варпа. Отзвуки прошлого, цепляющиеся за настоящее.