- Добровольцы знали, на что шли, господин подполковник. А вот как расправлялись колчаковцы с русскими мужиками? С калеками Империалистической, стариками, детьми? Людям загоняли оглобли в задний проход, четвертовали, кастрировали, сдирали кожу…войдешь в село, а там …Вырванные глаза, обрезанные уши, обгорелые ноги, прибитые к бревну над костром (Грязная коммунистическая пропаганда. Прим. Редактора). Как казнили женщин, я уже умолчу…
- От чего же? - ледяным голосом спросил меня Лацис. - Расскажите. Господину подполковнику будет полезно послушать…
- Извольте. Просто изнасиловать, потом отрезать груди и гениталии - это было милой шалостью! Колчаковцы любили, пригвоздив мать к стене дома, у неё, еще живой, на коленях заживо распилить её детей…Еще любили, изнасиловав девушку, вырвать ей глаза, отрубить пальцы и запихнуть всё это в глотку её жениху…А особенно любили делать это с семейной парой! При этом самый цимес, если жена беременная. Тогда можно было, аккуратно вырезав плод, скормить его на глазах мужа собакам, а то, поджарив, запихать в рот отцу, клещами разомкнув ему зубы … (Грязная коммунистическая пропаганда. Прим. Переводчика и Редактора).
- Извините.
Побледневший Вершинин стремительно поднялся и вышел из-за стола.
Чё-то и мне котлет кушать расхотелось… - с сожалением произнес Лацис. - Но мотивы Вашего вступления в РККА мне теперь стали гораздо, гораздо понятнее!
7
"Финнлянди-а, Финнланди-а…
Маннергейман - линья оли вастус ангарра!
Молотофф эйсайно это кайно: Черт возьми!
Чухна альто дача мейто крайне эс томи!
Нет, Молотофф! Нет, Молотофф…"
В обратном переводе с ломанного тупым "rusci" человеческого языка:
"Финляндия, Финляндия…
Ты создала неприступную линию Маннергейма!
Очень сильно расстроился Молотофф:
Проклятые финны! Они не дают на своей земле мне построить дачу! (Прим. переводчика.)
…Из электропатефона, произведенного дружественной Советскому Союзу фирмой "Телефункен", доносились веселые разухабистые звуки заграничного джаз-оркестра.
На письменном столе, застеленном газетой ОГПУ "Красный Ворон" (Шутка. Это я Михаила Булгакова "Роковые яйца" цитирую. Уважаю Михаила Афансьевича! Помню, чтобы достать билет на "Дни Турбиных", я перед МХАТ двое суток в очереди стоял. Наш он брат, артиллерист. (На самом деле, военный доктор. Прим. переводчика) застеленном многотиражкой "На Страже Балтики!" Краснознаменного Балтийского Флота, лежали:
наструганный неровными шматками кусок старого, желтого, как свечка, сала, обсыпанного крупной серой солью;
наискосок взрезанная финкой с наборной рукояткой буханка ржаного хлебушка, за семьдесят копеек;
очищенная сизая головка репчатого лука;
распотрошенная тарань, с тщательно выломанной бессовестным чекистом икрой;
две карамельки "Раковая шейка".
Возглавляла натюрморт вытащенная Лацисом из сейфа бутылка армянского коньяка марки "ОС", с выдержкой тридцать лет, заложенного в дубовые бочки еще купцом Шустовым в преддверии трехсотлетия дома гражданина Романова.
Мы с чекистом мирно ужинали и беседовали о геополитике…
- Но скажите мне на милость, чем вам Финляндия-то не угодила? Нет, я - конечно, все понимаю. Мрази еще те! Как вспомнишь Выборгскую резню, когда финские "лахтари" аккуратно расстреливали всех русских подряд, и красных, и белых…(Гнусная русская пропаганда. Прим. переводчика) Но, кроме финнов, что, у на нет больше добрых соседей? Вот, например, эстляндцы… Юденич им независимость завоевал, а они в благодарность его армию в концлагеря загнали, где господа офицеры благополучно от тифа и перемерли…(Гнусная русско-коммунистическая пропаганда. Прим. переводчика).
- И до эстляндцев доберемся, дайте нам только срок… - махнул рукой пьянеющий на глазах лифляндец Лацис. - Какая в попу разница - те чухна белоглазая, и те тоже чухна… Вот только до Нарв…ик…
- Что до Нарвы?
- Н-ну Вы же артиллерист… Какая дистанция от Белоострова до Нарвской заставы?
- А мне на далекую Нарвскую заставу насрать… я у самой Московской живу! А во-вторых, откуда у финнов тяжелая артиллерия?!
- У финнов тяжелой артиллерии нет. А вот у англичан - есть.
Я потер руками лицо, мгновенно трезвея:
- Что, так серьезно?
- Серьезней некуда. Хуже, чем в 1927 году! Финны ведут себя как сопливый мальчишка, задирающий здорового мужика… причем этот мальчишка знает, что у него за плечами стоит целая кодла гопоты…
- А что, англичане так любят финнов?
- Преимущественно раком… На финнов англичанам, собственно говоря, насрать. Хотя… как сказать! Никель, марганец, двадцать целлюлозных заводов…
- А это - порох…
- Ну да! Еще и лес… Но это все ерунда. Наши эксперты полагают, что англичане подпишутся на ввод войск в Финляндию, с целью её якобы защиты от СССР и Германии, только для того, чтобы оккупировать попутно Швецию!
- А что, Швеция им так сильно нужна?
- Да нахрен бы она кому вообще сдалась! Если бы не железнорудные месторождения Кируны, если бы не шведская шарикоподшипниковая промышленность! Оккупируй англичане Швецию - и завтра же погаснут доменные печи Рура и в Германии все перестанет крутиться…
- Да на что нам фашистская Германия?! И пусть себе сливает воду!
- Да нам Германия нужна только как противовес Антанте! Не будь немцев, на нас завтра бы дружно навалились… плутократы. А пока они завязли в очень странной позиционной войне, потихоньку нас с немцами стравливая…
- А кто для нас хуже - немецкий Антикоминтерновский Пакт или англо-французский Союз?
- Для нас? Оба хуже.
Продуктивную беседу нарушил телефонный звонок.
Лацис, не вставая, потянулся к аппарату:
- Але… нет, это не квартира. Это вообще-то, тюрьма… Кто говорит?! Да, он здесь…
И, протягивая мне трубку, чекист с удивлением произнес:
- Валерий Иванович, но это, похоже…Вас!
Недоумевая, я прижал теплый эбонит телефона к относительно здоровому левому уху (Правое ухо у меня вообще не слышит. Стоход, контузия… Помню, на Соловках, старый военный лекарь, прижав холодную блестящую штучку к моему уху, все бормотал: "Ох, не нравиться мне Ваша, сударь, барабанная перепонка…тем более, что её, судя по всему, там и нет!")
- Але! Это кто?
- Это я…
- Аня?! Как ты до меня дозвонилась?
- Да вот так… с этого телефона какая-то твоя новая профурсетка мне позвонила и сказала, что ты задержишься, по делам! Да только наш Нестор, он же физик! И давно приделал к нашему аппарату такую свою штучку с механическим цифровым табло, которое номер определяет, откуда последний раз звонили! (Как утверждает наш консультант, инженер доктор Ц. Устиллипукки, на Ленинградском Оптико-механическом заводе проводились в середине тридцатых годов многочисленные разработки механических приборов для вычисления координат…вероятно, на их основе и могла бы быть исполнена подобная разработка, но - увы! маниакальная секретность Советов не позволяет ничего утверждать достаточно точно. Прим. Редактора).
- А…да, помню, что-то такое он мастерил на кухне… а что, разве его АОН (непонятное слово. прим. переводчика) всё-таки заработал?
- Заработал, заработал, не сомневайся, милый… Так ты где? - голосок Анюты источал нежнейший яд.
- Э-э-э… я в Крестах…
- И у вас там, слышу, веселенькая музычка играет, да? И ты вроде как…пьяный?
- Да ты что! - лицемерно возмутился я.
- А ну, не ври мне!! Я тебя насквозь вижу!! В тюрьме он, скажите?! Да что ты меня за дуру-то держишь?!
- Анечка, солнышко, не заводись…
- Я тебе не заведусь! Ты у меня сам, кобелина, заведешься и без порток побежишь!..Ну ладно… П-п-пей.(Произнесено это было ей как "Ёшь твою мать!" У Анюты и отец, и оба дядьки - потомственные питерские алкоголики, то есть, тьфу, пролетарии…Хотя, это наверное одно и тоже. И она очень болезненно относится к употреблению мною горячительных напитков). Смотри там, если сильно пьяный, то лучше домой не ходи, у своего приятеля и заночуй, а то у нас во дворе хулиганья развелось, как грязи. Но…
- Что, родная?
- Ежели я узнаю, что ты был у какой-нибудь прости господи… я ей, шалаве, все волосы выщипаю! И даже на голове!!! А тебя я просто убью! Смотри у меня…
- Да, родненькая… уф. - осторожно, будто хрустальную, я положил трубку на рычаг аппарата.
- Жена? - с изрядной долей солидарности спросил меня Лацис.
- Угм. Да зачем Вы домой мне звонили, да еще через какую-то даму?!
- Да я хотел Ваших домашних успокоить, вот и попросил секретаршу…