Всего за 229 руб. Купить полную версию
После того как вышла статья на первой полосе газеты, у коня появились зрители более солидные. По инициативе министерства образования собралась комиссия из зоологов, учителей, сотрудника цирка и офицеров-кавалеристов - проверять, нет ли в этой сенсации подвоха. Скорее, даже так: они всеми силами искали подвох, но. не нашли!
Тогда комиссию заподозрили в сговоре (интересно, с учителем или с конем?) и созвали еще одну, возглавил которую психолог Оскар Пфюнгст. Он-то и обратил внимание на то, что Ганс отвечает правильно только в тех случаях, когда его экзаменатор сам знает верный ответ. К тому же виновник всего происходящего от этих проверок уже заметно нервничал. И если раньше почти 90 процентов его ответов были удивительно правильными, то теперь он ошибался все чаще, особенно когда к нему обращались посторонние.
Подкрепив свои догадки множеством опытов над изрядно подуставшим конем, Пфюнгст вынес вердикт. Да, Ганс обладал выдающимися способностями. Но отнюдь не в математике или риторике! Просто конь был невероятно наблюдателен и едва заметные изменения мимики, позы, движений тела вопрошающего воспринимал как знак, когда ему следует остановиться в своем биении копытом. Этому навыку коня не учил никто, позже такое явление назвали автоформированием поведения.
Выходит, хозяин рысака открыл это самое явление автоформирования. Но совсем не об этом мечтал Вильгельм фон Остен, а о собственной сверхумной лошади.
И все же необыкновенный конь увековечил свое доброе имя. Появился термин "эффект умного Ганса" - так называют ситуацию, когда экспериментатор, сам того не замечая, подсказывает испытуемому верное решение. А бороться с этим легко: надо, чтобы это решение не было известно заранее!
Не говорите ухом
Телефон имеет слишком много недостатков и никогда не станет практическим средством коммуникации.
Р. Бейкер, президент Western Union, 1876 г.
Наши предки прекрасно обходились и без телефонов. Посылали гонцов с новостями (и рубили им головы, если новости не нравились). Голосили с одной сторожевой башни на другую, а потом дальше по цепочке (за это голов не рубили, но к концу цепочки новость могла прийти в сильно искаженном виде).
То ли дело теперь! За это человечеству следует дружно поблагодарить того, чья фамилия даже переводится как "звонок" - Белл. И приветливо помахать тем, кто чуть было не оказался на его месте. Почти три десятка человек являлись в суды, чтобы приписать себе это изобретение. Пришлось "разделить" телефон на 11 частей! По двум пунктам выиграл Эдисон, по одному - Макдоноут, по остальным же восьми пунктам всех положил на лопатки шотландец Александр Грэм Белл. И ни единого пункта не получил Элайша Грей, явившийся в то же бюро патентов, что и Белл, но всего на пару часов позже.
Александру Беллу с детства не хватало общения: его мать практически лишилась слуха. В двадцать четыре года Александру предложили место педагога в Бостоне, в школе для глухих. Там он повстречал Мейбл Хаббард, дочь известного адвоката, которая полностью перестала слышать после скарлатины, и это закончилось тем, что Александр и Мейбл решили пожениться.
Именно для невесты Белл изобрел электрический слуховой аппарат. И эта штука, главным образом, и привела его к созданию аппарата телефонного. К тому же тесть Александра, человек состоятельный, помог организовать небольшую лабораторию.
В помощниках у Белла трудился механик Томас Ватсон. Работали они в разных комнатах, где были установлены передающий и принимающий аппараты. Как-то раз, когда Ватсон пытался устранить одну неисправность, вслух выражаясь не вполне цензурно, в соседней комнате Белл работал с приемными пластинками и вдруг, уловил пришедшую по проводам едва различимую брань своего помощника!
В 1876 году по двенадцатиметровому проводу с чердака в лабораторию была передана первая внятная фраза: "Мистер Ватсон, идите сюда, вы мне нужны". Так телефон появился на свет.
По сравнению с ультратонкими блестящими "трубками" в витринах сегодняшних магазинов, первые аппараты казались сплошным недоразумением. В качестве мембраны использовался бычий пузырь, и дальность действия такой техники напрямую зависела от погоды (сухо на улице или дождичек идет). А вызывать абонента приходилось громким свистом, для чего использовались специальные свистки. Да и вообще, поначалу народ видел во всем этом сплошной ловкий трюк с целью одурачивания.
После американской "премьеры" шоу с телефонами было продемонстрировано в Великобритании и дошло до самой королевы. Члены монаршей семьи пели, декламировали стихи и говорили друг с другом по проводам, постоянно спрашивая, хорошо ли слышно. Шоу удалось. Уже через пять лет открылись первые станции, где командовали ловкие "телефонные барышни", к барышням впоследствии начали предъявлять определенные требования в отношении длины рук (длиннорукие дамы могли быстрее производить переключения).
Но качество связи все еще было не на высоте. По телефону кричали и не разбирали слов, а сами аппараты являли собой громоздкие ящики, к которым крепились отдельно микрофон и телефон. "Не слушайте ртом, не говорите ухом", - учила странная надпись. Найти бы еще, где тут "ухо", а где "рот"!
Вовремя оформленное изобретение уже приносило Беллу неплохие доходы. Он рекламировал телефон везде, даже в свадебном путешествии. И именно он первым предложил поставить аппараты в центральных магазинах. Совершенствуя телефон, Белл работал по-прежнему много (что становилось единственной причиной для семейных ссор). Французская академия наук присудила ему крупную премию, и на эти деньги Белл организовал Общество глухих.
Но однажды утром, в августе 1922 года, все тринадцать миллионов американских и канадских телефонов на минуту умолкли. Люди прощались с Александром Грэмом Беллом.
А в Италии, вопреки всему, почитают собственного изобретателя телефона. По итальянской версии, Антонио Меуччи продемонстрировал придуманный им "телетрофон" раньше Белла. Но, будучи эмигрантом, не смог найти 10 долларов, чтобы запатентовать свою разработку.
Хэлло, мистер Эдисон!
Томас Алва Эдисон вывел свою формулу успеха. "Гениальность- это один процент везения и девяносто девять процентов труда" - вот как звучит она. И если насчет везения еще можно было поспорить (уж самому Эдисону повезло с природной одаренностью явно на больший процент), то трудился он действительно не покладая рук.
А может, Эдисон однажды просто изобрел машину для изобретений и она работала на него всю его жизнь? В патентном бюро только и успевали удивляться: "Дорога не успевает остыть от шагов молодого Эдисона!" Больше тысячи патентов получил он в США и еще почти три тысячи в других странах. Разве можно поверить, что в школе его считали тупицей и вообще намекнули матери: мол, забирайте свое сокровище на домашнее обучение.
В двенадцать лет "тупица" Эдисон уже вовсю делал деньги - торговал газетами, в четырнадцать начал печатать собственную и ее продавать. В семнадцать внес рационализаторское предложение, как улучшить работу телеграфа, чтобы сообщения по пути не искажались до неузнаваемости (правда, вместо поощрения был вообще уволен с телеграфа - из зависти!). А в сорок лет его мозг уже оценивали в 15 миллиардов долларов.
Первой в длиннющем списке эдисоновских изобретений оказалась машина, считающая на выборах голоса. Но политикам она как-то не пришлась по душе. С тех пор Эдисон решил изобретать только то, на чем можно заработать, и именно поэтому патентовал абсолютно все: от батарейки до электровоза.
Прикидывать, сколько пользы принесет еще не созданная вещь, он научился быстро. Рассказывают, как к нему явился человек с предложением: а не получить ли нам кислоту, разъедающую все известные материалы? "Это не годится, - отвечал Эдисон. - В чем же тогда эту кислоту хранить?"
Не беда, что Эдисон не знал высшей математики, - "великим творцом техники" назвал его сам Эйнштейн. И не беда, что кое-что из его разработок появлялось и до него: кто-то только начинает раскачиваться со своим изобретением, а Эдисон подхватывает идею и усовершенствует это изобретение так, что весь мир удивляется: и как мы без этой штуки раньше жили? Он придумал электровоз, генератор, предшественников диктофона и кинокамеры, по его проекту построили первую электростанцию постоянного тока, а Эдисонов эффект (единственное чисто теоретическое его открытие, которому, казалось, не найти применения) сделал своего "хозяина" прародителем электроники, радио, телевидения. Для самых маленьких Эдисон придумал говорящих кукол и обертки для конфет. Ну а лампочка с патроном и цоколем вообще светит в каждом окошке вечером, как путеводная звезда.
Но самой любимой игрушкой самого мастера был фонограф. Серьезным делам должна была послужить эта штука - изучению языков, например, но уж никак не записи песенок и танцевальной музыки! Однако народ сам решил, для чего ему фонограф Эдисона. На выставках возле диковинки образовывалась давка. И один только академик Буйо до последнего твердил: "Я не дам обмануть себя какому-то чревовещателю!" Но чревовещать Эдисон не умел. Он, если честно, сам побаивался изобретений, которые работают с первого раза, а фонограф заработал: и записывал, и воспроизводил. "У Мэри был ягненок", - распевал аппарат.
При помощи этого изобретения Эдисон увековечил голоса великих людей. Фонографы были разосланы признанным гениям того времени; в России аппарат получил Лев Толстой, и теперь мы можем услышать голос писателя.