Кромка судеб Прайдена: Ирб
Марх, есть вещи страшнее гибели Касваллауна и твоего невольного предательства. Каким бы ни было прошлое, но настоящее страшнее, и еще ужаснее будущее. Нет, в мире людей ни твоим землям, ни моим не грозит ничего. И Корнуолл, и горная Альба слишком далеки от Каэр-Ллуда и слишком хорошо защищены самой природой, чтобы стоило опасаться вторжения римлян. Когда римляне вернутся, им будет нужна Ллогр… только она - земля, беззащитная после того, что с ней некогда учинил Сархад Коварный…. это было слишком давно, ты тогда не родился, но я - помню. Он выпил силу Ллогра, как далеко на юге войско способно досуха вычерпать колодец.… неважно. Не о прошлом речь. Если мерить меркой людей, мы сейчас ничего не проиграли. Да, нас разбили, ну и что? Римляне даже дань не наложили, просто уплыли назад. Но ты, Марх, ты бренин Аннуина. И ты понимаешь: наше поражение страшно. Божественный Цезарь победил. И наложил на Прайден дань более тяжкую, чем золото, металлы, меха… что еще люди отбирают у людей? Сила Прайдена теперь будет питать Рим. Наши реки мелеют - их жизнь утекает на юг. Наши пашни скудеют - зато всё урожайнее земли Рима. Наши леса сохнут - но сочнее зелень далекого края. Наша удача умирает - но новыми победами и свершениями гордится Вечный Город. Мы становимся рабами Рима. Цезарь - действительно живой бог. Он и не мыслит как человек. Он забыл наложить человеческую дань на Прайден. Какое дело богу до таких мелочей?
* * *
Марх сжал голову:
- Я искал битвы в мире людей… я не увидел главного.
- Поздно, - отвечал Ирб. - Воевать со всем Римом мы не можем, и нам остается ждать только одного.
- Чего?!
- Как ни странно, новой высадки римлян. Новой битвы в мире людей. Сражения, в котором мы сможем победить сразу в двух мирах.
- Ты уверен? Ирб пожал плечами:
- Не веришь мне, так поговори с Арауном.
Гибнущие бессмертные
Они почувствовали это все. Не только короли и эрлы волшебного мира, не только содрогнувшиеся как от смертельной раны боги, не только друиды - но и самые обычные люди. Британия была захвачена. Это произошло не полвека назад, когда Цезарь разбил Касваллауна. Это случилось сейчас. Сегодня. Это сделал новый император - многократно более могущественный, чем Цезарь… хотя трудно представить, что в теле человека может быть собрана такая сила. Этого так и звали - Божественный. Август. Он уже и не мыслил, как человек. Человеку, чтобы захватить дальнюю страну, надо двинуть туда войска… ну или хотя бы наместника прислать, требовать от королей покорности. Август не заботился о таких мелочах. Людям он объявил о своей победе, и отчего бы им и не поверить в очередную, одну из многих викторий императора? Формальности улажены, и Рим ждет очередной триумф: в жертву богам Рима преподносятся очередные трофеи. Вот только это трофеи Цезаря, а не Августа. В мире людей такое - то ли подлость, то ли нелепость. Но Август - не в мире людей. Одного-единственного ритуала, проведенного там, в далекой Италии, достаточно, чтобы сковать Британию. Выпить силу святилищ. Обратить богов в тени. Помрачить разум друидов. Август приносит британские трофеи в жертву богам Рима. Нет, не "богам".Богу. Единственному богу Рима. Остальные даже в Пантеоне превращаются в жалкие тени. Им отныне быть только слугами при новом господине. При Едином боге Рима - Императоре. Августе. Ему уже сейчас спешат возвести храмы по всей империи. Спешат - не понукаемые консулами, трибунами и кто там еще у них… спешат - потому что чтят Августа выше всех прочих богов. Его культ - на века.
* * *
Марх пристрастился к вересковому меду. Забытья это не давало, но мириться с реальностью было как‑то проще. В Корнуолл возвращаться не хотелось. Там было всё в порядке, Марх это чувствовал. За миром людей Динас присмотрит, можно не сомневаться. А за волшебным миром он, Марх, недосмотрел…Король Аннуина блуждал как безумный по кромлехам и каирнам, перехода из одного мира в другой и даже не замечая этого. Ирб, всё понимая, приносил ему мед - и всегда молчал, если Марх не начинал говорить первым. Сын Рианнон чувствовал себе сейчас оружием, запертым в кладовой, которую охватил пожар. Или калекой, на глазах которого убивают родных. Он мог поднять против римлян сотни, тысячи бойцов - но римлян здесь не было, а чтобы противостоять Августу не хватит и всей силы Аннуина, Ская, Аваллона, Альбы…Его родина погибала - и он был бессилен ее защитить.
Кромка поражения: Ирб
Он не знает событий последних лет… и лучше бы ему и не слышать об этом. Не я буду тем, кто принесет ему такие вести. Много веков я был советчиком королей, но сейчас мне не придумать ничего мудрее молчания. Андрогея свергли… гм, пожалуй, это единственная хорошая новость за последний век. Беда лишь в том, что сверг его - Кунобелин. Трусливая тварь, даром что дальний родич Касваллауна. Побежал в Рим, изъявил покорность Августу, меч от него в подарок получил. И зовется теперь Цимбелин - на римский лад. И вот это - наш верховный король! Беда в том, что он действительно бренин. Мы сейчас - рабы Рима, а Цимбелин - наш хозяин по слову Августа.…Я видел на своем веку десятки, сотни королей - но не могу понять, как у благороднейшего Бендигейда Врана в родичах оказалась такая мелкая шавка, как Андрогей, а у бесстрашного Касваллауна, готового всем и всеми пожертвовать ради свободы Британии, - этот лизоблюд Цимбелин. Плачь, Британия, годами… ибо сменила ты подлеца на труса!…Вересковый мед очень помогает. Не всё Марху его пить. Хотя Марху труднее, чем мне. Одно обнадеживает: Цимбелин - полукровка. И ведет себя совсем по-человечески. И всю свою силу отдал в жертву Августу. Он умрет как человек… Цимбелин, в смысле. Хм. А вдруг и Август - не вечен? Вдруг и он умрет как человек? Неужели этот август кончится - и придет для нас урожайная пора?!
* * *
Новость пришла нежданно. Всего полвека правил Британией Цимбелин - и вот он мертв. А ведь боялись, что век, не меньше, быть ему верховным королем. Но нет. Слишком многое он отдал Августу. Вот и сдох. Новое имя летело по Волшебному миру быстрее мысли: Каратак. Ну и что - что сын Цимбелина! Это достойный внук Касваллауна! Или правнук… неважно. Он же ОТРЕКСЯ - ОТ - РИМА! Наш человек! То есть, как раз НЕчеловек, но тем более - наш! А в Риме Август - вы не поверите! - всё‑таки умер. И чуть ослабла хватка той незримой руки, что душила Британию. Это значит: скоро война. Значит, скоро в бою бритты смогут нанести поражение римским богам… потому что их новый император хоть и зовется августом, но назвать ведь и свинью соколом можно, а? Это значит, Марх, что пришло время сдержать слово, которое ты дал Касваллауну. Время собирать войско жрецов.
* * *
- Это здесь, - негромко сказал Ирб. Перед ним и Мархом темнел узкий лаз. Корнуольцу он был по грудь, приземистый круитни прошел бы согнувшись. Прошел бы. Никакая сила не заставит северянина войти внутрь. Равно как никакая сила не помешает бренину Аннуина.
Кромка бытия: Ирб
Эти курганы - Марх, они были всегда. Когда я родился - а это было задолго до твоего отца - мы уже тогда гадали, кто и как возвел их. Одни говорили, что это построили те люди, которых Ху Кадарн привел в Прайден. Другие твердят, что человек не способен сдвинуть с места такие глыбы. Я не знаю, Марх. Но однажды я попытался туда войти. Марх, я сделал только шаг - и ощутил, как меня растягивает, разрывает между двумя мирами. Я был словно мошка - по сравнению с этой силой. Я - человек лишь по матери, мне доступны тропы Аннуина. Но у меня не достанет духа войти в курганы.
* * *
- Хорошо, - кивнул Марх. Кажется, он вообще не слышал Ирба. - Теперь запоминай.
Кромка битвы: Марх
Все эти курганы - как ветви одного дерева. Все равно, с какой начать. Ты же чувствуешь их, Ирб. Ты их знаешь - все до одного в Прайдене. Не в одной Альбе - а на всем острове. Ты должен будешь делать главное: приводить мне воинов. Тех, что готов отдать всё за Прайден. Не только жизнь, Ирб. Большее. Хоть я и не знаю, что для людей больше жизни. Итак. Приводи их к кургану. К ближайшему. Ты чуток, Ирб. Ты распознаешь не только ближайший курган - но и ближайшего бойца. Наделить его силой - это пустяк в сравнении с тем, что зависит от тебя.
* * *
- Ты всё понял?
- Да, Марх. Рассчитывай на меня.
- Тогда прощай.
- Марх. Можно я попрошу тебя?
- Что?
- Вернись живым.