В четверть восьмого я подошел к крыльцу опрятного домика. Возле него было много машин, из открытой двери доносилась танцевальная музыка, а на веранде сидела пожилая женщина, раскачивающаяся в кресле-качалке в лунном свете. Я поднялся по ступенькам и обнаружил, что- это не Рут Джонсон… В доме громко говорили и смеялись. У меня возникло неприятное подозрение, что я что-то перепутал и это не то место, куда я хотел попасть.
Женщина в кресле крикнула:
- Алоха! Давай, входи!
Я кивнул ей, вошел в дом и оказался в большой гостиной, заполненной толпой подростков и несколькими взрослыми - все танцевали, болтали, жевали. Женщины были одеты в яркие летние платья с бретельками, мужчины в основном были в джинсах и рубашках с короткими рукавами.
В этот момент музыка стихла, и я услышал всплеск - кто-то прыгнул или свалился в плавательный бассейн, видневшийся за большой стеклянной дверью с другой стороны гостиной. Последовал взрыв хохота.
Когда я подергал за руку какую-то девушку, вновь загремел рок-н-ролл, и мне пришлось кричать, чтобы заглушить музыку.
- Я ищу Рут Джонсон.
- Кого? - крикнула она в ответ.
- Рут Джонсон! - заорал я.
- Я здесь не многих знаю. - Она пожала плечами. - Эй, Джанет! - крикнула она кому-то. - Не знаешь, кто такая Рут Джонсон?
Джанет что-то сказала, но я не расслышал.
- Ладно, неважно, - сказал я и направился к двери.
Спускаясь с крыльца, я остановился и решил попытать счастья еще раз. Обратившись к женщине в кресле-качалке, я спросил:
- Скажите, Рут Джонсон здесь живет?
- Нет, - ответила женщина.
- Простите. - Я развернулся и собрался уходить, мрачно размышляя: "Интересно, ты хоть что-то способен сделать правильно?"
- Руги остановилась у своей сестры, чуть ниже по этой улице, - добавила женщина, сидящая на террасе. - Она отправилась за содовой.
В этот момент во двор въехала машина.
- А вот и она, - сказала женщина.
Вначале мне показалось, что никто не собирается выходить из машины. Потом я увидел Рут Джонсон, медленно выбирающуюся наружу. Я быстро сбежал по ступенькам, чтобы помочь ей. Я был полон решимости разобраться во всем этом до конца, чем бы это ни обернулось.
Миссис Джонсон как раз вытаскивала из машины большой пакет с продуктами, когда я оказался у нее за спиной и произнес:
- Позвольте помочь.
Она обернулась. Мне показалось, что она обрадовалась, хотя и не удивилась.
- Махало! Спасибо! - сказала она. - Видишь, я была права, когда сказала, что ты добрый человек.
- Боюсь, не такой добрый, как вам кажется, - ответил я. У меня в голове вспыхнули образы моей маленькой дочери и жены.
Я медленно поднимался по ступенькам, стараясь идти в ногу с миссис Джонсон.
- Для чего вы меня сюда пригласили?
- Извини, что я иду так медленно, - сказала она, не обращая внимания на мой вопрос. - У меня, можно сказать, небольшой ушиб. Но я быстро выздоравливаю.
- Миссис Джонсон, может быть, вы ответите на мой вопрос?
- Я очень рада, что ты нашел дом, - сказала она.
- Мне пришлось побродить…
- Да, на наши вечеринки всегда собирается целая куча людей. Мы действительно знаем, как устраивать приятный отдых!
- Но на самом деле вы не знаете, кто я?
- Не думаю, что на самом деле кто-то может хорошо знать кого-то другого. И все-таки мы пытаемся! - весело сказала она. - Раз уж ты пришел, то почему бы не войти, не поболтать с Виктором и не повеселиться вместе со всеми?
Я уселся, прислонившись к стене, и уставился в землю. Я был совершенно разочарован.
- Что-то не так? - озабоченно спросила она.
- Нет, все в порядке.
- Эй, Руги! - крикнул кто-то из веселящихся в гостиной. - Ты купила содовую и чипсы?
- Да, сейчас принесу, Билл! Она снова повернулась ко мне:
- Прости, не мог бы ты повторить, как тебя зовут?
- Дэн. - Я расстроенно поднял глаза.
- Ну же, Дэн! Заходи, потанцуй, познакомься с людьми. Это тебя оживит.
- Послушайте, я очень признателен вам за приглашение, вы действительно очень приятная леди, но я лучше пойду. Завтра у меня трудный день, нужно многое сделать. - Я внезапно почувствовал, насколько сильно устал, глубоко вздохнул и поднялся на ноги. - Приятной вечеринки и еще раз спасибо - махало - за вашу доброту. - Я направился к дорожке, ведущей на улицу.
- Минутку, - воскликнула она, прихрамывая вслед за мной. - Подожди, это была моя ошибка, а теперь тебе придется еще и выбираться отсюда. Позволь мне дать тебе кое-что на дорожку. - Она открыла свой кошелек.
- Нет, ну что вы! Я не могу… У меня есть деньги!.. Она схватила мою ладонь и заглянула мне прямо в глаза. Мир начал вращаться.
- Возьми это, - сказала она, сунув мне в руку какие-то бумажки, похожие на скомканные купюры. - Возможно, мы встретимся когда-нибудь.
Она резко развернулась и направилась в дом. Музыка зазвучала еще громче, но внезапно оборвалась, когда дверь за миссис Джонсон захлопнулась.
Все еще сжимая в руке банкноты, я покачал головой, сунул деньги в карман и вышел на улицу, в теплую тропическую ночь.
Кокосовые пальмы, баньяны и тщательно подстриженные газоны домов слегка мерцали в свете фонарей, освещавших автобусную остановку. Я уселся, охватив руками колени, и пытался освободиться от грустных раздумий. Что-то во всем этом было не так. Какая-то ерунда. Это должна была быть она, но я ошибся. Я опять оказался в самом начале.
Я не знал, смогу ли заставить себя снова ходить по банкам - мне надоело выглядеть ненормальным. Возможно, вся эта затея действительно безумна. Может быть, жена права, когда говорит, что я странный. Ну почему я не могу быть обычным нормальным парнем, играть в бейсбол, ходить в кино и наслаждаться барбекю по воскресеньям?
Когда подъехал автобус и со свистящим звуком раскрыл передо мной двери, я уже вполне серьезно раздумывал о том, что должен завтра же вылететь в Огайо и немедленно отправиться к психотерапевту. Я вскочил на ноги, подошел к дверям, полез в карман за деньгами - и обнаружил, что Рут Джонсон дала мне совсем не деньги.
- Эй, приятель, так ты заходишь или нет? - окликнул меня водитель.
Я был занят рассматриванием мятых листков бумаги, поэтому не расслышал его и ничего не ответил. Мои глаза широко раскрылись, а дыхание замерло. Я не обратил внимания на то, что водитель закрыл двери и уехал. Мои глаза были прикованы к этим двум скомканным бумажкам. Одна из них была вырезанным из газеты объявлением, которое начиналось словами: "Молодой мирный воин, друг Сократуса…" Мое сердце яростно и учащенно билось в груди, а потом задрожало все тело.
На втором листке была записка от миссис Джонсон, написанная уже знакомым дрожащим и неразборчивым почерком:
Я из старой школы… Из трудной школы. Ничто не дается без стремления, подготовки и посвящения. Нужны доверие и вера. Через три ночи, в четверг, течение будет подходящим. Если ты хочешь продолжать, тщательно следуй всем инструкциям: ранним вечером приходи на пляж Макапуу. Я перевернул листок - там было продолжение:
В стороне мыса Макапуу ты увидишь каменистый район. Двигайся к мысу, пока не найдешь небольшую пещеру в углублении в скалах. Рядом с ней ты найдешь доску для катания на волнах. Когда останешься на пляже один - и не раньше сумерек, - садись на доску и греби, пока не преодолеешь прибрежный прибой. Там тебя подхватит сильное течение - позволь ему нести тебя. Убедись…
Странно… "Убедись…" На этом записка заканчивалась. Что она имела в виду? Я сунул записку в карман и задумался.
Мое удивление сменилось возбуждением и чувством глубокого облегчения. Поиски закончились. Я нашел ее! Во мне фонтаном забился источник энергии. Все мои чувства обострились - я одновременно ощущал температуру воздуха, слышал далеких сверчков, вдыхал острый аромат свежескошенных лужаек, мокрых после недавнего дождя. До мотеля я добрался пешком. Когда я вошел в комнату, за окном начало светать.
Я с размаху упал на кровать, отозвавшуюся жалобным скрипом пружин, и мечтательно уставился в потолок. Сон наступил нескоро и очень плавно.
Мне приснились скелеты - сотни скелетов, разбросанных по черным лавовым скалам на берегу моря. Кости были выбелены палящим солнцем и обточены горячим ветром. Их скрыла огромная волна, и когда она схлынула, берег был совершенно чист-только черная, как ночь, застывшая лава. Эта чернота полностью поглотила меня, и я услышал рев, далекий и тихий, но неумолимо приближающийся.
Меня разбудил гул мотора машины мусорщиков за окнами. Я открыл глаза и долго смотрел в потолок, но яркий и отчетливый образ скелетов оказался навязчивым и вызывал во мне страх и дурные предчувствия. Все начнется вечером в четверг.
События определенно начали развиваться. В жизни наступал очередной подъем. Я чувствовал себя полным сил, совсем как в старые добрые времена! Это ощущение помогло мне осознать, что на самом деле моя жизнь все эти годы была слишком легкой: я стал воином в кресле-качалке, увлеченным воображаемыми приключениями в образе телевизионных героев. Сейчас я вновь встал на ноги и ждал звонка.