Решительно отодвинув старика, Берл распахнул ворота и, пошарив по стене, повернул выключатель. Зажегся свет, заиграл, забегал тысячами солнечных зайчиков по мониторам игральных автоматов, по разноцветным кнопкам "одноруких бандитов", по зеленому сукну столов. Склад содержался в образцовом порядке. Новенькие "машины удачи" стояли в несколько ярусов, ровными рядами, заботливо укрытые полиэтиленовой пленкой. Прямо напротив входа расположились подержанные автоматы, очевидно требующие ремонта или подновления.
- Ну что, Коля, впечатляет? - Берл обвел склад широким жестом, как музейный экскурсовод. - Смотри, вот она, основа Мугиного игорного королевства. Без этого сарайчика ему и полгода не простоять - сожрут конкуренты. Да… Помнишь сказку про Кащея и его смерть? Где она там была? На острове Буяне, под дубом, в сундучке… как там дальше?
- Яйцо? - неохотно предположил Колька.
- Яйцо так яйцо… - Берл подошел к длинному ряду стеллажей, где на полках лежали аккуратные картонные коробки. - Тогда, значит, так: деревня сойдет за остров Буян. Дуб… ну, скажем, старикан наш - чем не дуб? Сундучок ясно - барак этот чертов. Ну, а яйцо, стало быть…
Он снял со стеллажа коробку и открыл ее. Внутри, поблескивая корпусами микросхем, лежала электронная плата. Берл вынул плату и одним движением разломил ее пополам. Старик-сторож взвыл, как будто его прижгли каленым железом. Берл усмехнулся.
- А яйцо, Коля, - вот эти стеллажи. Электронные мозги игральных машин. Поэтому-то наш дуб так и сокрушается. О напарнике своем меньше жалел, обрати внимание. Потому что напарник, хотя и любил Нью-Йорк, не стоил ни шиша, а эта маленькая платка, которую я только что сломал, стоит десять тысяч долларов, никак не меньше…
Он взял с полки вторую коробку и бросил ее на пол. Сторож вскрикнул и, вытягивая вперед дрожащие руки, кинулся поднимать, но не успел. Берл со смачным треском впечатал в коробку каблук.
- Ну что, Раед? - Берл протянул руку за следующей коробкой. - Будем с Муги разговаривать или как? Не боишься ошибиться? Мы-то с другом уйдем, а тебе оставаться. А ну как Муги узнает, что все его добро из-за тебя на слом пошло?
- Погоди! - взмолился сторож. - Не надо! Хочешь поговорить с Муги - хорошо, я позвоню. Только не ломай, ради Аллаха!
- Ну, разве что ради Аллаха… - смилостивился Берл. - Звони боссу, отец, не тяни, а то вдруг передумаю.
Стационарный телефон висел на стене около выключателя. Старик снял трубку и принялся лихорадочно тыкать пальцем в кнопки. Дозвонившись, он несколько раз сказал "алло!" и повернулся к Берлу, будто спрашивая его, что говорить.
- Говори все, как есть, бижу, - ласково посоветовал Берл. - Всю правду: мол, напали, такие-сякие, убили обезьянку и теперь хотят с Муги говорить, а иначе, мол, все платы перетопчут, до единой.
Сторож затравленно кивнул и начал говорить. Ему пришлось повторить рассказ в несколько заходов. Видимо, собеседники на другом конце провода сменялись, причем в сторону повышения бандитского статуса, потому что с каждым разом бедняга звучал все испуганней. С последним боссом он общался, согнувшись от ужаса в три погибели и щелкая некстати выпадавшей вставной челюстью. Изложив свою историю, сторож замолк и далее только проникновенно кивал. Берл уже почти потерял терпение… но тут старик глубоко вздохнул и осторожно повесил трубку.
- Что такое? - ошарашенно спросил Берл. - Где Муги? Я тебя предупреждал, старый хрыч…
- Сейчас, сейчас… - замахал руками араб, показывая на телефон. - Сейчас он сам позвонит. Сам! Муги!
В его голосе слышался священный трепет.
- Ну, если врешь… - начал было Берл, но тут раздался звонок, и он снял трубку. - Муги?
- Ты кто? - спросил высокий удивленный фальцет. - Ты знаешь, что тебе теперь будет? Хочешь, расскажу?
- По руке погадаешь? - жизнерадостно поинтересовался Берл. - Мне вообще-то нужен Муги, я цыганку не заказывал.
- Что ты хочешь?
- Меняться.
- Меняться?
- Меняться. У меня есть что-то, что очень нужно тебе. У тебя есть что-то, что очень нужно мне. Честный обмен.
- И что же у тебя есть?
- Твой склад и два сторожа к нему, впридачу. Один, правда, все молчит да жмурится. Зато второму еще целых три года до ста двадцати.
Муги рассмеялся.
- Знаешь, что я сейчас сделаю? - сказал он вкрадчиво. - Я сделаю пару звонков, и к тебе через четверть часика подъедет десяток арабонов с "калашами". Ты уже труп, парень. Но семью свою еще можешь спасти… если вот прямо сейчас застрелишься. Обещаю детей не трогать. Жену тоже отпущу, после того, как она в борделе ущерб отработает. Идет?
- Скучный ты человек, бижу, - вздохнул Берл. - Значит, не будешь меняться? Ну, как хочешь. А я, кстати, сирота бессемейный. Обошло меня личное счастье, Муги, обошло… как с белых яблонь дым. Веришь ли, одно осталось в жизни удовольствие: смотреть, как склады горят. Вот и на твой склад посмотрим. У нас тут парочка канистр припасена - эх, весело побежит! А арабонов твоих я подожду, не волнуйся. Ты их только заранее сосчитай, чтобы знать, сколько могил заказывать. Бывай, Буги-вуги… или как тебя там.
Он нажал на рычаг. Телефон почти сразу же зазвонил снова. Берл подождал с полминуты и ответил.
- Что тебе надо? - Муги тяжело дышал в трубку.
- Ну наконец-то! - обрадовался Берл. - Приятно иметь дело с разумным бандитом. В кино-то вы все такие сволочи… В общем, так. Есть у тебя шестерка по имени Рашид. До этого шлюх возил. Отдай его мне. Ты мне Рашида, я тебе - склад.
- Только и всего? - Муги недоверчиво хмыкнул. - Весь этот балаган из-за одного Рашида? Да бери его, кому он нужен?
- Нет, бижу. Ты его возьмешь, а не я. Вот прямо сейчас возьмешь и сюда пришлешь, упакованного по всем правилам.
- Где я его тебе сейчас найду? Сам ищи.
Берл нетерпеливо крякнул.
- Упрямый ты тип, бижу. Тяжело с тобой. Ты, наверное, мать при рождении угробил, а теперь жены от тебя каждый год уходят, да? Слушай сюда, дешевка, повторять не стану. Даю вам три часа. Если до десяти тут не будет Рашида, я начну топтать твою электронику - по плате в минуту. А станешь со мной в игры играть - взорву все к чертям, горилл твоих перестреляю, а потом и до тебя доберусь. Понял?
Не дожидаясь ответа, Берл повесил трубку. Старый араб смотрел на него скорее подобострастно, чем испуганно. Он еще никогда не слышал, чтобы кто-нибудь так разговаривал с самим Муги, всесильнее которого были разве что Аллах и его пророк на земле - Мухаммед. Теперь в их могучую тройку вклинивался этот здоровенный парень - как раз между Мухаммедом и Муги. Он не блефовал и ни капельки не походил на сумасшедшего или недоумка. Такие вещи сразу видны. У человека, привыкшего к многолетнему рабству, есть безошибочное чутье на настоящего хозяина. Старик быстро наклонился и поцеловал Берлу руку.
- Ты что, отец? - удивленно произнес Берл, не подозревавший о сложных чувствах старого сторожа. - Не бойся, мы тебя не тронем. Хотя связать придется - исключительно для твоей же пользы. Принеси-ка несколько веревок покрепче.
Он повернулся к Кольке, терпеливо ожидавшему объяснений. Из всех Берловых переговоров, которые происходили на арабском и на иврите, он понял только одно слово: "Рашид".
- Ну вот, Коля, - сказал Берл. - Ситуация простая. Местный Кащей обещал отдать нам Рашида в обмен на этот сундучок. Мы, значит, оставляем склад нетронутым, а за это получаем твоего лучшего друга. Правда, не на блюдечке с голубой каемочкой, а в багажнике, связанным и с кляпом во рту. На все про все я им дал три часа. Как тебе такой вариант?
Колька с сомнением покачал головой:
- И ты им веришь?
- Конечно, нет, - Берл улыбнулся. - То есть Рашида-то они, скорее всего, привезут - как приманку и чтобы добром не рисковать. Поставь себя на место Кащея: а вдруг мы такие параноики, что заминировали сарай? Меньше всего он хочет видеть свой склад горящим. А Рашид - пешка, он одной электронной платы не стоит. Так что Рашида нам Кащей отдаст, только ради того отдаст, чтоб подальше от своего сундучка отвести. Мол, забирайте, ребята, вашу куклу и дуйте отсюда из моей песочницы. Все, вроде, по-честному. Одна проблема: нельзя ему нас отсюда живыми выпускать. Во-первых, мы его обидели этим хамским наездом. Такое простить - в слабаки записаться, а слабость в его мире опаснее рака. Во-вторых, где гарантия, что мы не продолжим шантаж? Найти новый остров Буян можно, но требует времени и средств… Ну? Что бы ты делал на его месте?
- На его месте? - переспросил Колька. - Оставил бы засаду в начале грунтовки. Пару снайперов и мину для страховки.
- О! - Берл одобрительно поднял палец. - Считай, что свой первый экзамен по кащееводству ты сдал на "отлично". Переходим ко второму. Придется тебе сегодня, Коля, побегать, уж извини. В багажнике на месте запаски есть лекарства от кащейства, целая аптека. Бери что глянется, только мне чуток оставь. И сразу, не задерживаясь, дуй пешим ходом в начало грунтовки. Все, кого они там в засаде оставят - твои, дарю. А я тут разберусь. Но постарайся не шуметь раньше времени, ладно? Тихо работать можно, а стрельбу не поднимай, пока я не начну.
Колька молча кивнул и, не оглядываясь, пошел к машине. В багажнике лежали два штурмовых автомата "тавор", запас амуниции, боевые ножи и пара приборов ночного видения. Прислонясь к стене, Берл смотрел, как Колька выбирает себе снаряжение. Нечасто такой напарник попадается, это точно.
- Господин, господин…
Берл обернулся. Сторож стоял перед ним, подобострастно согнувшись и протягивая веревки.
- Слушай, бижу, - сказал Берл, прищурившись. - А если я тебе сейчас прикажу петлю на шею накинуть? Тоже сделаешь?