Во-первых, это смотрение в себя является самой простой вещью в мире, хотя столетиями его представляли как самую сложную вещь в мире. Многие ищущие люди искренне верили в этот культ. Величайшее из сокровищ, в поисках которого они изнашивали себя, на самом деле является самой доступной, самой открытой и самой очевидной из тех вещей, которые человек может найти; это сокровище лежит на ярком свету, и его невозможно скрыть. Когда Будда говорил, что нирвана "доступна зрению, притягательна, привлекательна, достижима", это полностью понятно и непротиворечиво. То же верно и в отношении изречения магистра Аммона, говорившего, что первый шаг по пути Дзен - это увидеть, что нашей истинной природой является Пустота: освобождение от дурной кармы приходит после - не до - такого видения. То же и насчет Раманы Махарши, утверждавшего, что увидеть, Что и Кто мы есть в действительности, легче, чем увидеть ягоду крыжовника у себя на ладони - как это часто случается, этот индуистский мудрец подтверждает учение Дзен. Все эти цитаты говорят о том, что к тому, чтобы заглянуть в себя, не нужно готовиться, и не нужно создавать условий. Ваша истинная природа всё время открыта вам, и просто удивительно, как могут люди утверждать обратное. Она достижима прямо в эту секунду, что бы с вами сейчас ни происходило, и, чтобы увидеть ее, вы не должны быть святым, образованным, умным или каким-то особенным.
Во-вторых, только это - настоящее зрение. Это невозможно увидеть неправильно, как бы вы ни старались. Попробуйте представить, как бы вы могли быть более или менее безголовым, как бы вы могли признать себя Пустотой частично или с оговорками. Смотрение на самого смотрящего субъекта нельзя подделать, либо оно есть, либо его нет, в сравнении с ним смотрение на объекты (такие, как страница с черными значками, руки, держащие книгу, их фон) - это всего лишь мимолетное просматривание: большая часть рассматриваемого упускается, проходит мимо. Зрение, направленное наружу, не бывает совершенным, а зрение, направленное внутрь, не бывает затуманенным, как говорили Чуань-цу и Шен-гуй.
В-третьих, это зрение видит далеко. Даже самый ясный и глубокий взгляд наружу мелкомасштабен (подобен взгляду в тупик туннеля) в сравнении со взглядом внутрь, в безголовие, безотносительно простирающееся вокруг и вовеки. Можно сказать, что оно проникает в самую глубину нашего сознания, и, далее того, в бездну вне сознания, даже вне существования, но это звучит слишком многословно и по-книжному. Как далеко может проникнуть взгляд, ничем не задерживаемый, когда мы отваживаемся непредвзято указать на место, где мы, по всей видимости, должны находиться! Самооправдывающее и самодостаточное, не поддающееся определению, поскольку в нем Нечего описывать, то, Что видимо как в видящем, так и видящим, не оставляющее ему сомнений относительно его происхождения. Вот ощущение, отличающееся немедленостью, непосредственностью, неоспоримостью. Это убеждает, как ничто иное. "Когда увидишь истину, - сказал суфий Аль-Алави, - вера уже не нужна."
В-четвертых, этот опыт легче, чем какой-либо другой, разделить с другими, поскольку он один и тот же у всех - у Будды, у Иисуса, у Шен-гуя, у Аль-Алави, у вас и у меня. И понятно почему, ведь в нем нет ничего, что могло бы сделать его различным, ничего, что могло бы не получиться, ничего субъективного; на него не могут повлиять ваши привычки и пристрастия. В Безголовии, если не в чем-либо ином, мы едины. Как это непохоже на прочие ощущения, которые так сложно разделить с другими! Как бы живо вы ни описали и ни объяснили другу ваши мысли и чувства, вы никогда не можете быть уверены, что он переживает то же, что вы. (Вы с ним соглашаетесь, что, скажем, этот цветок является красным, красивым, изящным, и так далее; но ваш внутренний опыт, к которому прикреплен каждый из этих ярлыков, невозможно передать вашему другу. Ваше ощущение красного может оказаться его ощущением розового или синего.) Но стоит обратить стрелу внимания внутрь, и мы немедленно входим в область Абсолютной Определенности. Здесь и только здесь, перед нашим безликим Лицом, на уровне нашей истинной природы, царит совершенное понимание, вечный мир, нет ни одной возможности разногласий. Это соглашение невозможно нарушить или обновить, поскольку это глубочайшее единство в том, что касается того, Чем мы и все остальные существа являемся на самом деле. В свете этого фундаментального единства мы можем различаться до какой угодно степени в том, чем мы кажемся.
Наконец, в-пятых, это ощущение себя как Ничего всегда рядом, подобно воде в кране, какое бы у нас ни было настроение, чем бы мы ни занимались, как бы взволнованы или спокойны мы ни были в данный момент - в общем, когда бы нам ни потребовалось это ощущение. В отличие от мыслей и чувств (даже самых "чистых" и "духовных"), оно доступно немедленно и вызывается простым смотрением внутрь и ненахождением головы.
Мы рассмотрели пять неоценимых достоинств этого простого смотрения внутрь и нашли, что ему очень легко научиться, что его невозможно делать неправильно, что оно достигает необычайных глубин, что его особенно легко разделить с другими, и что оно доступно в любой момент. Но у этой сверкающей медали есть и оборотная сторона, целый набор дефектов и царапин, так сказать, которые мы обнаружили за прошедшие двадцать лет.
Некоторые из этих кажущихся недостатков происходят от самих преимуществ этого смотрения внутрь. Например, именно из-за того, что оно так очевидно и легко, так доступно (когда вам хочется), так естественно и ординарно, его очень легко недооценить, даже проигнорировать, не разобравшись, как нечто тривиальное. На практике, его неизмеримая глубина и духовное значение то и дело проходят незамеченными. Разве,- мог бы сказать кто-нибудь,- такое несложное и безболезненное наблюдение может дать много? Что легко пришло, с тем легко расстаемся. Можно ли признать смотрение на свой палец духовным подвигом, заслуживающем драгоценной награды? Кроме того, это, прямо скажем, дешевое ощущение приходит к нам без мистического ореола, без фейерверка космических сущностей, без экстаза. Напротив, это абсолютный минимум вместо абсолютного максимума, долина, а не головокружительный взлет духа. В этом нет ничего "гималайского". То, что начало этой книги описывает сцену в этих горах, с их многочисленными духовными ассоциациями, сбивает с толку, заслоняя скромность и приземленность того ощущения, которое я описываю. Увидеть свое истинное Лицо, во всей его домашней неприукрашенности, можно с такой же легкостью в транспортной пробке или в общественной уборной, но в этих случаях его труднее перепутать с какими-либо декорациями. В любом случае, в отличие от обрамления - великолепного или обыденного - само ощущение невозможно хранить, как сокровище, доставая время от времени, чтобы полюбоваться. Это - либо сейчас, либо никогда. Это можно найти только в Зоне Отсутствия Времени. (Если вас интересует, где находится эта зона, посмотрите на свои наручные часы и продолжайте смотреть на них, медленно поднося их к лицу - в конце концов часы окажутся в таком месте, где они не показывают времени, где никто не рождается и не умирает, не просыпается и не засыпает, в место "подлинного зрения, вечного зрения", говоря словами Шен-гуя. Короче, это то место, где вы являетесь собой, и вечно у себя дома.) То, чем вы являетесь, не обладает временем и не нуждается во времени.
Таким образом, неудивительно, что видеть Это (что есть ни что иное, как осознанно быть Этим) кажется людям таким пресным, спартанским и даже суровым ощущением. То, что оно настолько "нерелигиозно", "неэмоционально", "похоже на науку своей сухостью", "прозаично и лишено блеска", является доказательством его подлинности. "Здесь ничто не ярко; всё серо и в высшей степени равнодушно к моему присутствию." Вот примеры недовольных комментариев, которые может вызвать первый опыт смотрения на Пустоту, и понятно почему. (Цитаты взяты из Д. Т. Судзуки, знаменитого автора книг о Дзен, и он описывает сатори, что есть то же самое видение нашего истинного лица или Пустоты.) Что до того, что мы якобы должны заслужить это ощущение, или каким-то особым способом достичь его - это чушь; любой может увидеть, Чем он и все существа являются в вечности, из которой мы исходим, увидеть независимо от заслуг и мистической тренировки или отсутствия оной.
Так что эти кажущиеся "дефекты" или "царапины" - в особенности кажущаяся мелкомасштабность такого взгляда внутрь - являются всего лишь плодами первоначального непонимания и с легкостью устраняются. Настоящий "дефект" совсем иной, и он действительно серьезен. Он состоит в том, что большинство людей, которым было показано Это, которых убедили взглянуть внутрь и проникнуть в свое безголовие так, как мы описали (и их число измеряется пятизначной цифрой), не делают никаких выводов из этого. Для них (если это вообще было им интересно), это всего лишь любопытный эксперимент, курьезная точка зрения; или же просто развлечение, игра для детей, и в любом случае не что-либо, что может повлиять на каждодневную жизнь. Это не воспринимается как нечто, что стоит продолжать, повторять и изучать, тем более - тренировать. И в результате это никак не влияет на людей.
Каковы бы ни были причины этого, факт состоит в том, что хотя это простое смотрение внутрь потенциально является именно тем, что мы хотели получить, и даже большим, на практике почти для каждого это ощущение остается лишь одним из миллионов ощущений, составляющих человеческую жизнь. Это даже недостойно названия первого шага вдоль Пути; или же это шаг, который не считается.
Впрочем, некоторые идут дальше. Они переходят на пятую стадию.