Детям своим я внушаю, что они вовсе не обязаны быть абсолютно совершенными. Да, мы с мужем учили их делать все как можно лучше, но при этом не изнурять себя поисками абсолютного совершенства, поскольку его просто не существует на свете. Некоторые люди уверены, что в жизни любая игра всегда будет вестись по правилам. Но мы каждый день убеждаемся в обратном. То же самое относится и к понятию идеала. Если совершенство недостижимо, откуда берется уверенность в том, что мы сделали все наилучшим образом? Ответ очень прост Вы можете сказать себе. "Мне нравится то, что я сделал", или "Я горжусь этим", или "Я рад, что смог совершить такое", или, по крайней мере, "Сегодня не вышло, но я старался изо всех сил". Эти утверждения означают: можете быть уверенным, что все сделали хорошо.
Вместо того чтобы истощать себя поисками идеала, лучше потратить свои сипы на осознание того простого факта, что совершенства на свете нет и никогда не было.
Оставаясь на позициях перфекционизма, вы никогда не будете удовлетворены. Ориентация же на высокие стандарты деятельности позволяет человеку гордиться собой и своей работой (ведь добиться полного совершенства невозможно). Если же вы всерьез собираетесь достичь совершенства, то, скорее всего, вы не совсем искренни. Освобождение от перфекционизма означает, что оковы тревоги сброшены.
При переходе от перфекционизма к ориентации на высокий уровень деятельности нет необходимости идти на компромисс с самим собой. Вы продолжаете делать максимум того, на что способны, но вместо беспокойства получаете удовлетворение от работы. Ориентация на высокие стандарты укрепит вашу уверенность в собственных силах, позволит заслужить уважение окружающих, а главное, поможет осознать: все, что вы делаете, вы делаете по максимуму.
От внутренней нервозности - к высокой жизненной активности
Наши мысли способны порождать некий вид энергии, приводящей человека в возбужденное состояние, буквально наэлектризовывающей его. Энергия эта - результат действия адреналина, выделяющегося в человеческую кровь. Она заставляет нас нервничать, терять контроль над собой, словом, лезть из кожи вон. Но мы уже знаем, что сами порождаем всплеск внутренней энергии, а если научимся использовать ее надлежащим образом, то получим в свое распоряжение оружие колоссальной силы. Вдохновленные притоком энергии, мы можем совершать поистине замечательные поступки, но направленная по ложному руслу, она может привести за собой тревогу и страх.
Каждый раз, когда мне приходится читать лекции или выступать на семинарах, и у меня вырабатывается этот вид энергии, позволяющий выполнять работу с максимальным эффектом. Без ее мощного притока я не смогу быть интересным оратором, и тогда от выступления лучше отказаться. Если я не сумею распорядиться энергией правильно, она повергнет меня в тревогу и страх. Очень важно открыть в себе это возрастание жизненной активности и использовать его в "мирных" целях: вымыть ванную, сделать зарядку, пойти на танцы или приготовить что-нибудь вкусненькое на ужин. Ваши возможности безграничны.
Направив энергию адреналина в нужное русло, вы сумеете выполнить любую работу - провести презентацию или написать интересный рассказ, сделать дома уборку или просто пойти куда-нибудь вместе с детьми
Только от вас зависит, как обозначить энергию тела внутренней нервозностью либо творческой активностью.
Однажды я поехала на курорт в горы. Какие же горы без лыж, и я записалась в учебную группу для начинающих слаломистов. Никогда не забуду одну женщину из нашей компании новичков. Она была довольно крупной и любила громко посмеяться. Исходившая от нее энергия заставляла всех относиться к ней с симпатией. Как-то мы вместе поднимались на фуникулере в горы. Сама я боялась предстоящего спуска и с интересом следила за своей спутницей, размышляя: "Интересно, выдержат ли ее лыжи такую нагрузку? Как же эта "бегемотиха" будет спускаться с горы?"
Толстушка начала спуск первой, подбадривая себя громким "Oro-го-го-о-о!" Клич это был полон такой радости и наслаждения жизнью, каких я в тот момент была начисто лишена. Душа моя была объята страхом. Я все время повторяла про себя: "Сейчас переломаю себе все кости. Разобьюсь непременно. Хорошо бы насмерть, не хочется остаться калекой на всю жизнь". Ожидания эти оправдались не полностью, дело ограничилось парой синяков. У подножия горы я опять натолкнулась на отважную даму, причем она была полна воодушевления, а мое сердце, несмотря на довольно успешный опыт слалома с препятствиями, билось в ожидании новых тревог. Мне просто необходимо было поговорить с бесстрашной горнолыжницей.
Я подошла и спросила: "Не можем ли мы и в следующий раз поехать вместе?"
"Конечно", - ответила она и чуть ли не бегом направилась к фуникулеру.
Мы поднимались наверх в одной кабинке, и я спросила: "Почему, когда вы спускаетесь вниз, вам так хорошо и, по всей видимости, совершенно не страшно? А у меня душа в пятки уходит, сердце из груди выскакивает и даже ладошки потеют?"
Она повернулась ко мне и рассмеялась ухающим смехом. "Я ведь чувствую то же самое, что и вы. И сердце так же бьется, и ладошки потеют, и дышать трудно. Но для меня это - веселая авантюра, а для вас - неприятная страшная обязанность. Представьте, что вы участвуете в захватывающем приключении, и у вас будут совершенно другие ощущения".
Словно в ночи сверкнула молния - неужели все так просто? Мне с трудом верилось в услышанное. Она же права! Я могу трансформировать свои ощущения, переменить образ мыслей и настроение. На вершине я твердила уже совершенно другое заклинание. "Хорошо-хорошо, - говорила я сама себе, - сердце бьется, ладони вспотели, я возбуждена! Замечательно! От этого еще никто не умирал. Это даже здорово! Прекрасные ощущения! Вот это приключение!"
И я буквально летела к подножию горы. С этого момента я полюбила горные лыжи и поняла всю их прелесть. До сих пор мне они очень нравятся. Никогда не забуду ту женщину на холме. Такая крупная, она летела вниз легко, как пушинка. Да она в тот момент и была пушинкой! Все дело в том, как мы относимся к событиям, в нашем настроении и способе мышления.
От сверхвозбудимости - к здоровому взгляду на мир
Ваш организм в период тревожности находится в особом состоянии. Достаточно кому-нибудь тронуть вас за плечо, как вы вздрагиваете. Телефонный звонок просто оглушает, громкий звук повергает вас в шок. Люди с повышенной тревожностью неадекватно, сильно реагируют на все происходящее, от дурных вестей до "Поля чудес" или полета на самолете. Каждое слово воспринимается ими буквально и близко к сердцу, все происходящее учитывается только в превосходной степени.
Раньше мне было страшно даже подумать о собственном бизнесе. Я понимала, что в этой сфере могут быть не только приятные моменты, но и всевозможные волнения, споры, разногласия или судебные тяжбы. Уже от одной этой мысли мне становилось нехорошо. Казалось, что я никогда этого не выдержу. Такие переживания типичны для людей, подверженных тревоге. Человек с подобным складом характера обычно не любит конфликтовать, потому что он чересчур возбудим в спорных, явно негативных ситуациях. Он может даже впасть в истерику и уж в любом случае в течение длительного времени будет испытывать дискомфорт. Сразу же возникнут мысли: а что будет дальше? Одна посылка цепляется за другую, и очень скоро он оказывается в колесе тревоги. А поскольку попадание в колесо доставляет довольно неприятные ощущения, то, естественно, люди стараются избегать конфликтных ситуаций
К сожалению, попутно мы упускаем и множество замечательных возможностей.
Когда мы смотрим на вещи здраво, то способны впадешь ситуацией, и тревога отступает. В наших силах занять позитивную, рациональную позицию, а не негативную и иррациональную.
Я терпеть не могу летать на самолетах. Когда в полете начинается болтанка, всегда приходят на ум мысли типа "а что если". "Что если мы попадем в воздушную яму или столкнемся с чем-нибудь в воздухе и самолет рухнет на землю?" Такое состояние называется сверхвозбудимостью. Одной из самых отвратительных ситуаций, в которые мне доводилось попадать, был полет из Детройта в Лос-Анджелес. Поначалу все было хорошо и я спокойно смотрела в иллюминатор. –
Мне удалось расслабиться и я безмятежно читала журнал. Вдруг из динамика раздался голос пилота: "Здравствуйте, дамы и господа! Говорит капитан Мартин. Мы приближаемся к плато Колорадо. В это время года из-за столкновения различных ветровых потоков здесь часто бывает болтанка. Мы просим вас пристегнуть ремни и оставаться на своих местах".
Пока я отыскала ремни, сердце у меня уже стучало в бешеном ритме, а ладони покрылись испариной. Вцепившись в подлокотники, я приготовилась к самому худшему. По громкой связи снова раздался голос пилота: "Мы войдем в данную зону приблизительно через семнадцать минут" . Эти семнадцать минут стали самыми долгими в моей жизни! Я не могла оторвать взгляд от циферблата часов, ноги дрожали, сердце колотилось, вспотевшие пальцы сцепились в замок, с каждой минутой дыхание становилось тяжелее. Огромным усилием воли мне удалось поднять глаза и оглядеться по сторонам: пассажиры спокойно дегустировали напитки из бара, сосали карамель, занимались своими делами.