Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Я увидел, что пилигримы вошли в страну, где воздух как-то особенно клонил людей к сонливости. И Уповающий стал чувствовать тяжесть в мыслях и непреодолимую наклонность ко сну. Он сказал товарищу, что ему не в мочь как хочется спать, и что у него слипаются глаза: "Давай ляжем здесь и немного уснем".
Хр. : "Ни за что на свете, если мы здесь уснем, то никогда более не проснемся".
Упов. : "Почему же брат? Сон освежает утомленного человека, и мы наберемся новых сил, если отдохнем".
Хр. : "Разве ты забыл, что один из пастухов предостерегал нас не засыпать в Обворожительной стране. Стало быть спать здесь нам не следует; не будем действовать по примеру других, но будем бдительны и трезвы". (1Фес. 5:6).
Упов. : "Я сознаю, что был неправ, и если б я в эту минуту был один, то, конечно, уснул бы на свою погибель. Верно сказал мудрец: "Два лучше одного". До сих пор твое общество было для меня милостью Божией, и ты получишь хорошую награду за свои труды".
Хр. : "Чтобы развлечь себя от наклонности ко сну, пока мы в этой стране, заведем-ка лучше занимательную беседу".
Упов. : "С радостью, брат".
Хр. : "С чего же мы начнём, однако?"
Упов. : "С чего сам Господь начал с нами. Но начни ты первый, пожалуйста".
Хр. : "Сперва я спою песнь: "Когда Христиане начинают быть сонливыми, пускай приходят сюда и послушают как беседуют два пилигрима. Да научатся они от них как бороться со сном и бодрствовать со Христом. Святое товарищество хранит их от сна погибели и побеждает адские силы".
А теперь, задам тебе вопрос. Расскажи мне подробно, что внушило тебе желание предпринять пилигримство".
Упов. : "Ты хочешь знать, что именно побудило меня заботиться о спасении моей души? Скажу тебе, что я долго жил среди наслаждений и сует, которые были в продаже на ярмарке Суеты. Все это, как вижу теперь ясно, конечно, довело бы меня до погибели".
Хр. : "Но что же это было?"
Упов. : "Всякого рода сокровища и богатства мира. Кроме того, я с упоением предавался всякому распутству, пиршествам, попойкам, неприличным разговорам, божьбам, лжи, забывая и не желая даже соблюдать день Господень, и мало ли чего другого, что могло убить навеки душу мою. Наконец, слушая и обсуждая Божественные истины, которые тогда слышал от тебя и от покойного Верного, поплатившегося жизнью за свидетельство истины среди ярмарки Суеты, я постиг, что конец всего этого смерть и что за подобные дела гнев Божий поражает непокорных детей Его".
Хр. : "И ты тотчас отдался во власть этого нового убеждения?"
Упов. : "О, нет. Мне очень не хотелось в это время понимать весь вред греха, ни проклятия, которое последствие его; напротив того, я старался при первом пробуждении души силою Слова Божия закрыть глаза от света, озаряющего дела моей жизни, и не видать всю гнусность их".
Хр. : "Но какая же была причина тому, что ты так относился неохотно к первым действиям на тебя Духа Господня?"
Упов. : "Причин было много. Первая: я не видал, что это новое во мне чувство было действием Божиим на мою душу, и что Господь всегда так начинает обращение грешника - пробуждением совести и убеждением в греховности. Вторая: грех был мной так еще любим, что мне горько было расставаться с ним. Третья: я не мог себе представить, как я покину друзей, коих общество и образ жизни мне так приятны. Четвертая: часы, в которые являлось пробуждение совести, были так беспокойны, утомительны и тяжелы, что я избегал их, отгонял их буйной жизнью, и старался даже не вспоминать о них".
Хр. : "И тебе иногда удавалось избавиться от душевного беспокойства?"
Упов. : "Да, это правда, но только на время. Зато, когда оно возвращалось в сердце, мне было гораздо тяжелее прежнего".
Хр. : "Что тебе снова напомнило твое состояние греховности?"
Упов. : "Многое. Первое: если встречал на улице хорошего человека. Второе: если слышал кого-нибудь читающего Слово Божие. Третье: если чувствовал себя больным телесно. Четвертое: если слышал, что такой-то из моих соседей нездоров. Пятое: если раздавался колокол, призывающий на похороны. Шестое: если вспоминал, что сам умру вскоре. Седьмое: если узнавал о чьей-нибудь скоропостижной смерти. Восьмое: но особенно, когда думал, что придется мне предстать на суд Божий".
Хр. : "Но мог ли ты каждый раз, как представлялся тебе такой случай, отгонять от себя сознание твоей греховности?"
Упов. : "О, нет. Это чувство так охватывало все мое существо, что лишь только я задумывал вернуться к какому-нибудь греху, а наклонность к тому была все-таки сильна во мне, как мне делалось еще тяжелее на душе".
Хр. : "На что же ты решился?"
Упов. : "Я решил исправить образ жизни или идти на верное проклятие".
Хр. : "И ты пытался исправить себя?"
Упов. : "Я стал избегать не только грех, но и общество порочных людей, и предался исполнению всяких религиозных обрядностей. Стал молиться, поститься, читать духовные книги, плакать над своими грехами, говорил всегда правду и прочее. Все это я стал исполнять и многое другое - трудно все передать".
Хр. : "И ты себя тогда чувствовал спокойным?"
Упов. : "На некоторое время только. Но скоро все смущающие меня мысли снова овладевали мной".
Хр. : "Почему же, ведь ты исправился?"
Упов. : "Опять многое было тому причиной. Главное, меня смущали эти изречения: "Вся наша праведность ничто иное, как грязные рубища". "Никакой человек не будет оправдан делами закона". "Когда вы исполните все, скажите: "Мы только бесполезные люди", и еще много других слов из Библии. Поэтому я стал рассуждать сам с собой так: если это точно, то ведь это просто было бы безумие стараться достигнуть царствия Небесного делами закона. Если человек должен сто рублей лавочнику, а потом платит ему деньгами за все, что он у него берет, не выплачивая, однако, прежнего долга, то если лавочник зачеркнет в своей книге старый долг этого человека, то всегда имеет право предать его суду и посадить в тюрьму, как несостоятельного должника".
Хр. : "Так, но каким же образом ты это применил к себе?"
Упов. : "Вот я и стал обдумывать. Я зашел далеко во грехе, много провинился перед Богом, и мое теперешнее исправление есть только простая обязанность моя, но ни мало не может искупить мое прошедшее, поэтому я все-таки пропаду безвозвратно, ибо чем и как вычеркнуть из книги Божией внесенные в нее бесчисленные мои прежние прегрешения?"
Хр. : "Прекрасное объяснение, но продолжай, пожалуйста".
Упов. : "Еще одно смущало меня. С самой поры моего исправления, когда я со вниманием анализировал лучшие мои поступки, я видел в них греховную сторону нового рода, которая примешивалась ко всему хорошему, что я задумывал; так и должен был сознаться, что, несмотря на хорошее мое мнение о себе и об исполненных мною обязанностях, я в один день достаточно грешил, не взирая на мое исправление, чтобы быть достойным геенны".
Хр. : "Что ты тогда придумал?"
Упов. : "Ничего не мог придумать, пока не открыл свою душу покойному Верному. И он мне объяснил, что, пока не получу праведности никогда не согрешившего человека, ни моя личная, ни всего мира праведность спасти меня не могут".
Хр. : "А ты ему поверил на слово?"
Упов. : "Если 6 он мне это сказал в то время, когда я был так доволен своим исправлением, я счел бы это за безумие. Но, убедясь в моем бессилии и в большой примеси греха в моем исправлении, и главное, вспоминая греховный мой образ жизни до этого, я согласился с его мнением".
Хр. : "Но не подумал ли ты, когда услышал от него эти слова, что нельзя найти такого человека, о котором можно бы по всей истине сказать, что он никогда не согрешил?"
Упов. : "Признаюсь, сначала эта мысль и слова показались мне странными и неясными, но после некоторых бесед с ним я пришел к полному и искреннему убеждению на счет этого".
Хр. : "И ты спросил его, кто же этот человек и как ты можешь быть им оправдан?"
Упов. : "О да, и он мне сказал, что это Господь наш Иисус Христос, Который сидит одесную Бога (Евр. 10:12). Итак, прибавил он, ты должен быть оправдан Им, уповая на то, что Он совершил во время Своего воплощения на земле, и на все Его страдания, когда был пригвожден ко кресту. Я еще спросил его, как может праведность этого Человека иметь действием - оправдание другого перед Богом? И он мне ответил, что этот Человек в то же время и Всемогущий Бог, и Он все совершил, умер смертью не за себя, но за меня, которому все Им совершенное и вся его праведность будут приписаны, если я уверую в Него".
Хр. : "Как же ты поступил после этого?"
Упов. : "Я отговаривался от такого рода уверования тем, что казалось мне будто Он этого желать не может, т. е. принять меня, такого грешника и даровать мне оправдание во всем сделанном мною порочном, ибо я этого совершенно не достоин".
Хр. : "Что же на это ответил Верный?"