Всего за 300 руб. Купить полную версию
– Так я, пан Лавров, шуткую, а то сегодня был трудный день. На Совете национальной безопасности и обороны Украины я делал трехчасовой доклад о положении нашей страны в мире, а потом члены Совета замучили меня вопросами. Один президент сидел и сопел в две дырки. Ему как бы все до фени. С какой-то каплей крови носится, хотя все это детский лепет. А вы что хотели, позвольте вас спросить. Раздела Украины? Вы с бандеровцами заодно, так что ли, господин министр?
– Ты – поляк или украинец?
– Щирый украинец, а к чему это вы спрашиваете?
– Да к тому, что ты разучился разговаривать и несешь чушь. Я хотел бы знать, что там у вас на майдане.
– Да, хлопци песни поют и вече устраивают. Через день вече. Должен признать, что в ваш адрес, в адрес наших старших братьев, часто слышатся нелестные отзывы. Я сам часто бываю на Майдане и убеждаю хлопцев из Львова: москали – хорошие люди, хоть наш великий поэт Шевченко, кажись, и писал: кохайтеся, чернобриви, та не з москалями, бо москали чужи люды роблять лыхо з вами. Но я все равно говорю: москали хорошие люди: не в бровь, а в глаз. А шо, вы собираетесь снижать цену на газ, бо у нас грошей нема?
– По поводу цены на газ обращайтесь к Миллеру, а то, что у вас там творится что-то недоброе, что не принесет вам мира и благополучия, я узнаю из других источникв, пока.
– Нет, нет, не вешайте трубку, я все шутю. Мы действительно все в напряжении. Никто не знает, что надо делать. Ребята гибнут, как мухи. Их раненых не хочет брать "Скорая", а если мы начинаем жать, они, скрепя зубами, берут наших хлопцев, отвозят в гошпиталь, а там никто их не кормит и не лечит. Они там, бедные, умирают в тяжких муках. А бандеровцев? Да их не только первоклассно кормят, но и лечат. Америка же выделила пять миллиардов долларов на эту революцию. Но наши благодетели смотрят, куда и как мы расходуем эти деньги. У наших друзей денег – куры не клюют. Вот тут-то Россия и могла бы оказать помощь. И не на словах, а на деле. Подбросила бы миллиончиков сто, долларов разумеется. А вы все жметесь, все так, нахаляву. А бандеры…они хорошо обучены, собраны в единый кулак, хорошо вооружены, знают, за что воюют. За спиной бандеровцев Америка и весь Евросоюз, а мы одиноки, нам некому помочь, некому за нас заступиться. По моим сведениям наш Виктор Федорович по десять раз звонит вашему Потину, но Потин даже трубку не хочет брать. Вот вам и старший брат.
– Да не неси ты чушь, Кошара.
– Ко-жа-ра, от слова кожа, прошу любить и жаловать.
Едва Кожара дал отбой, как мобильный телефон загремел снова. На проводе польский министр иностранных дел Радек Синькорский.
– Добжа ночь, пан Кошарка, – произнес Синькорский. – Я мог сказать пану Кошарке, не применять сброю против манифестантов. Евросоюз такое не одобрит. На днях ближайших я буду на Киеф и зайду до пана Дунькодовича, шоб донести ему позиции Евросоюза. Мирный демонстраций на площадь.
Независимость должен быть мирным. Примать решение стрелять незаконно и международный трибунал может взять за мошонка. Взять за мошонка, подвесить на столб вниз головой.
– Уф, как страшно, – произнес Кожара.
Но пан Синькорский не унимался. Он стал нести чушь, как всякий зомбированный поляк. Он договорился до того, что предложил создавать отряды для помощи братьям бандеровцам. Наследники Степана Бандеры – это будущее Украины, которую сразу же примут в Евросоюз.
– А куда девать президента?
– Президента убрать. Ваш президент не пользуется популярностью в народе. Если бы наш Туск, если бы… а, забыл малость. Короче, если бы наш президент пользовался такой низкой популярность, его бы давно прогнали.
– А какой популярностью в Польше пользуется министр иностранных дел пан Синькорский?
– О, мой вторитет на весь Евросоюз. Пан Квасневский, пан Синькорский на Украина на Майдан, на бандер наш человек и ты к нам примыкайш, а Виктор погибель, а бандер Тянивяму президент, а ты министр иностранных дел на вся Украина и потом на Москва.
– Недурно, – произнес Кожара и бросил трубку в ванную наполненную водой. Надоели все: и швабы, и русские, и особенно поляки: хотят, чтоб мы им портянки стирали, земли хотят у нас отобрать. Львов, Лемберг это же польский город. Согласно переписи населения 1931 года по этническому признаку население Львова распределялось следующим образом (принадлежность к той или иной национальности определялась разговорным языком): * украинцев – 24.245 чел. или 7,8 % * русинов – 10.892 чел. или 3,5 % * поляков – 198.212 чел. или 63,5 % * евреев – 75.316 чел. или 24,1 % * прочих 3.566 чел. или 1,1 %.
Поляки во Львове преобладали в администрации: (71 %) – на транспорте и в связи, (76 %) – в сфере образования и промышленности. Евреи доминировали в торговле. Они составляли 62 %; поляков в торговле было занято – 27 %, украинцев – 11 %. В адвокатуре, нотариате, среди практикующих врачей, евреи составляли – 71 %, тогда как украинцы – 7 %. Что касается наиболее богатых жителей города, тех, которые использовали наемную рабочую силу, то они с членами семей составляли – 6 % всего населения города, 11 % – еврейского, 4 % – польского и 2 % – украинского населения. Так что, голубчики, не морочьте нам голову. Если президент хочет лишиться своего царского кресла, пусть утверждает, что капля чужой крови стоит больше его жизни. А я…уеду в Австрию, там у меня маленький домик за сто тысяч евро. Не успел на большее. Вот Азаров другое дело, он хапанул себе немного больше и заслуженно, между прочим. Хорошо трудился, умный и решительный мужик, не то, что президент, хотя президент…богатый человек. Ему уже начинают грозить санкциями. Вот он и трусит, мечется как лиса, загнанная в угол.
28
После встречи с президентом Яйценюх трижды подпрыгнул, дважды стрельнул, а потом достал бумажку с заготовленной речью и двинулся в сторону Майдана.
– Я! где мой пиштоль? я хочу выстрелить себе в голову.
– Не стоит, – заревела толпа. – Чеши дальше.
– Всегда готов. Я только что от президента. Наш президент – русский шпион. Я ему это доказал и поставил его на колени. Он стал на колени и грит: прости меня Яйценюх, у жисть не забуду. Я просто так хотел войти в доверие русскому президенту, потом разоблачить его.
– Ну, хорошо, сказал я, пойду, доложу ребятам на майдане. Как они скажут, пущай так и будет. Говорите! ну же, иначе я прострелю свою башку. Эй, Ложечка, и де ты? почему себя не обливаешь бензином, я готов поднести спичку. Слава Украине!
На следующий день под вечер он говорил майдановцам совсем другое, а в третий раз то, что говорил в первый день о своем визите к главе государства Януковичу.
Это было возможно лишь потому, что майдановцы менялись, пополняли территорию, одни уходили откапывать брусчатку с заточенным кайлом, другие уносили булыжники в мешках. Часть из них была под мухой, часть накачанная наркотиками, кайфовала на голых булыжниках просторной площади. Таким образом, поле деятельности для пускания пыли в глаза и вранья перед митингующими, а Яйценюх был классическим лгуном, было довольно удобным: говори все что угодно, вплоть до того, что госпожа Нудельман с полной сумкой пирожков летит на собственных крыльях через океан и вот – вот уже "незабаром" приземлится на Майдан.
Вообще-то великий, ничтожный, кишкообразный человек Яйценюх, первый начал успешно перенимать манеру поведения западных политиков: в глаза говорить одно, а думать и поступать совсем по-другому. А то и думать уже через час по-другому, и поступать по-другому.
Друг Яйценюха боксер Клочка, вся голова которого была в шрамах от побоев на мировых рингах, почувствовал, что у него появился реальный соперник. Сам он, гражданин Германии, где прожил больше десятка лет, и где сосредоточен его бизнес, считал себя ассом швабского поведения: был таким же лживым, необязательным и коварным, как многие швабы. А тут Яйценюх выпирает. Если дать ему один раз в морду боксерским кулаком, ни одного зуба не останется, не сможет вести агитацию, что может повредить быстрому и успешному перевороту и приобщению украинцев к западной цивилизации на положении рабов в первые сто лет.
– Знаешь, Яцек, – сказал Клочка при первой встрече, после общения Яйценюха с президентом, – я тут думал о нас двоих и немного расстроился. Ты стал меня опережать. У тебя появилось больше положительных качеств, чем я видел в тебе раньше: больше врать стал, подлянка от тебя стала исходить, появились успехи в дипломатии. Тебя принял президент, против кого ты так отчаянно, я бы сказал нагло, воюешь, называешь его зэком, вором, а он тебя принимает в своей резиденции, предлагает тебе почти царскую должность, а я остаюсь на задворках. Несправедливо это. Устрой так, чтоб и я побывал у него по вызову, у меня есть ряд вопросов…куда деваться с этими вопросами, до сих пор не могу определиться. На Майдане их изложить? Так там одно быдло. Самый умный среди них Яруш: он знает, как стрелять правой и левой рукой одновременно, а больше ничего не знает. А его рабы настолько не ценят свою поганую жизнь, что сознательно идут под дуло автомата, благо, Янукович не разрешает своим использовать это оружие. Короче, сделай так, чтоб я мог побеседовать с президентом.
– О, это очень просто, – похвастался Яйценюх. – На днях приедет зам зама Госдепартамента США, графиня Нудельман с пирожками, мы с ею сядем, пообедаем этими пирожками, потом я откушаю ее личного пирожка, того, что ниже пупка… Должен сказать, что она давно в меня влюблена. Я уже дал ей слово, что как только стану премьером, весь золотой запас страны вывезу в Штаты взамен на выделение помощи под десять процентов годовых. Так вот, этой Виктории Нудельман я только намекну, и президент Виктор Федорович тут же тебя вызовет.
– Смотри, не подведи.