Хлопнула дверь. Через несколько минут Толька выкатил из пристройки мотоцикл и, как заправский кроссовый гонщик, газанул по дороге к Белоречью.
Привалившись к окну, Федор курил и смотрел, как красный огонек заднего мотоциклетного фонаря удаляется в темноту. Не давала покоя мысль крепко досадить Никанорову. Осокино держится на Ивановых. Женщины, все трое, работают доярками, Федор - скотником, сыновья - оба трактористы, тоже обслуживают ферму, подвозят корма, отвозят молоко. Одним словом, самая опорная семья в бригаде. "Что будут делать без нас? - не без злорадства задавался вопросом Федор. - Пусть повертятся…"
К счастью, осуществить свои угрозы он не успел, так как ситуация вскоре изменилась.
2
Когда председатель колхоза "Красная заря" Алексей Васильевич Логинов вошел в кабинет первого секретаря райкома, у него находился председатель совета РАПО Доброхотов. Он сидел перед раскрытой папкой, озабоченно морщил лоб, побарабанивая пальцами по бумагам.
- Вот он лучше нас знает, как обстоят дела в "Белореченском", - Доброхотов показал на Логинова и пояснил ему: - Надо что-то решать в отношении Никанорова, иначе доведет хозяйство до ручки, тем более что сейчас всюду говорим об укреплении трудовой дисциплины. Только что комитет народного контроля проверил, как обеспечивается сохранность техники в совхозе. Пожалуйста, читаю прямо по бумаге: "…оказалось разукомплектовано десять машин и механизмов балансовой стоимостью восемнадцать и три десятых тысячи рублей. Из имеющихся двадцати восьми тракторов в исправном состоянии находятся лишь пятнадцать. Машины работают без технических уходов от ремонта до ремонта, то есть на износ…" В общем, бесхозяйственность, и, я считаю, Никанорову положение не исправить, нет у него никакого авторитета.
- Какой авторитет?! - добавил Логинов. - Где видано, чтобы кто-то из мужиков подрался с директором?
- Ниже всякой критики! - возмутился Доброхотов. - А все потому, что пьет с кем попадя.
- М-да… - Первый секретарь райкома Балашов привычным движением погладил свой оселедец, и без того прилизанный. - Вопрос в том, кого поставить? Туго у нас с хорошими кадрами руководителей. Как ты смотришь, Алексей Васильевич, если мы предложим твою кандидатуру директором в "Белореченский"? Мы вот подумали, кто бы мог вывести совхоз из прорыва, и решили поговорить с тобой. В Белоречье живут твои родители, там ты родился и вырос, знаешь людей. Конечно, и в "Красной заре" должен быть толковый руководитель, но здесь дело поставлено, и замену найти все-таки легче.
- Спасибо, Анатолий Павлович, - улыбнулся Логинов. - Честно признаться, я бы хотел работать в родном селе, но уж очень отсталое хозяйство.
- Дорогой мой, в том вся и соль! Подумай серьезно, мы очень надеемся на тебя.
- Подумаю, - ответил после некоторого размышления Логинов…
Непростой вопрос. За несколько лет председательства по-настоящему освоился в колхозе, привык к людям, а теперь придется перепоручить все кому-то другому. Не один день думал о предлагаемом назначении в родное село. Плохи дела у односельчан, и сам он чувствовал себя как бы в долгу перед ними, все больше склонялся к мысли, что его место там, в Белоречье, где председательствовали дед и отец. Может быть, сама судьба подсказывает, что он должен продолжить их дело… Трудно было начать разговор с женой Наташей. Однажды, когда легли спать, Логинов сказал как бы между прочим:
- Знаешь, Никанорова скоро снимут.
- Ну и что?
Алексей помолчал, глядя в потолок.
- Балашов предлагает меня на его место.
- И ты согласился?
- Еще не ответил, но сама пойми, как я могу отказаться? Во вторник приглашают на бюро райкома.
Наташа резко приподнялась, ошеломленная новостью.
- Подумай, что говоришь!
- Подумал.
- Ой, глупый! Неужели здесь, в четырех километрах от райцентра, хуже, чем в вашем селе? Добро бы совхоз-то был на хорошем счету, а то ведь - дыра! Сунешься, потом покаешься, вспомнишь мои слова, - убеждала Наташа, жестикулируя перед Алексеем и надеясь разубедить его. - Прошу тебя, выбрось эту затею из головы! Видали героя! Ему хочется трудностей! А обо мне ты подумал? - Наташа, вздохнув, откинулась на подушку и заплакала, как будто случилось горе.
- Ну зачем ты?.. Я понимаю, что тебе хочется жить поближе к родителям.
- Если хочешь разойтись со мной, тогда так и скажи, я удерживать не стану.
- Оставим глупости, ложись ко мне на руку, - примирительно сказал Алексей, понимая, что сейчас они останутся при своих мнениях.
- Не трогай меня! - капризно передернула плечами Наташа. - Серьезно говорю: поезжай один, устраивай жизнь как хочешь. - Найдешь в своем Белоречье другую. Я ведь вижу, что нет тебе счастья со мной.
Он молча гладил ее русые, с завитками на висках волосы, любовался матовой белизной ее шеи. Всем хороша жена, но нет в семье главного - детей. После женитьбы прошел год, второй, третий… Наташа сама медик, ездила в город к специалистам - все безуспешно. Что говорить, мало радости жить вот так, бездетно, однако ни разу Алексей не упрекнул жену: разве она виновата перед ним?
Вернуться к себе в село он думал еще после окончания сельхозинститута, но повстречался в райцентре Покровском с председателем лучшего колхоза "Заветы Ильича" Воробьевым, и тот пригласил к себе агрономом. Очень пригодилась практика совместной работы с таким известным человеком, когда самого Алексея Логинова, еще молодого специалиста, выбрали председателем "Красной Зари". К счастью, хозяйство досталось крепкое, тоже поблизости к райцентру.
Пока работал у Воробьева, часто наведывался домой в Белоречье. Одно лето ухаживал за Татьяной Соколовой: провожал ее из кино, гуляли по берегу Сотьмы. Знакомы были с детства, вместе бегали в школу, в которой Татьяна сама стала учительствовать. Но переехал Алексей в "Красную зарю", и повело его в другую сторону.
Помнится, как первый раз зашел на медпункт и увидел Наташу. В белом халатике и белой шапочке, она была чиста и свежа, как снегурочка.
- Здравствуйте, Наташа! - сказал Логинов.
- Здравствуйте, Алексей Васильевич! - с игривой улыбкой ответила она.
Логинову хотелось стоять и смотреть на улыбающуюся с догадливой лукавинкой медичку, читая какое-то торжество в ее светло-карих глазах.
- Вероятно, новое руководство решило познакомиться с медпунктом?
- Да, зашел посмотреть, как вы тут работаете и живете.
Она тоже не без интереса разглядывала Логинова. Его лицо, крупное, открытое, с крутыми бровями и умным взглядом спокойных серых глаз, было привлекательно; во всей фигуре чувствовалась сила.
- В этой комнате работаю, а в этой живу, - сказала Наташа, открывая дверь в переборке. - Снимайте пальто, проходите - будем пить чай.
Обстановка жилой комнаты была простенькая, но уютная: кровать, стол, книжная полка в переднем углу. Наташа проворно скинула халат и шапочку, включила газ, чтобы вскипятить чай. Логинов тем временем присел к столу, полистал подвернувшийся под руку сборник стихов Николая Рубцова.
Я вырос в хорошей деревне,
Красивым - под скрип телег!
Одной деревенской царевне
Я нравился как человек.
Там нету домов до неба,
Там нету реки с баржой,
Но там на картошке с хлебом
Я вырос такой большой… -
читал он словно бы о себе, и казалось, поэт не сочинил эти бесхитростные стихи, а вымолвил их сразу, а потом записал на бумагу.
- Вы любите Рубцова? - спросила Наташа.
- Откровенно говоря, мало знаю его стихи.
- Что вы, Алексей Васильевич! У него такое чувство деревни, природы! Послушайте, прочитаю коротенькое:
Чудный месяц горит над рекою,
Над местами отроческих лет,
И на родине, полной покоя,
Широко разгорается свет…
Этот месяц горит не случайно
На дремотной своей высоте,
Есть какая-то жгучая тайна
В этой русской ночной красоте!
Словно слышится пение хора,
Словно скачут на тройках гонцы,
И в глуши задремавшего бора
Все звенят и звенят бубенцы…
Она закрыла книжку, с минуту помолчала и добавила:
- Всего несколько строк, а какое настроение создают!
- Все видишь и чувствуешь, - согласился Логинов, живо представляя себе лунную ночь над лесом, чуткую тишь и какой-то едва внятный звон. Даже реальная обстановка воспринималась сейчас необычно, как будто находился в гостях у какой-то волшебницы. Она сидела рядом, обвораживая взглядом орехово-теплых глаз. Приглушенно журчала музыка в радиоприемнике.
- Наташа, вам, наверно, скучновато здесь? - спросил он.
- Днем скучать некогда, а ночую я частенько в Покровском у родителей.
- Чай у вас очень ароматный, - похвалил Логинов.
- А он с мятой. Моя мама всегда добавляет в заварку чуть-чуть мяты.
Сидеть бы и сидеть, неспешно разговаривая с молодой хозяйкой, попивая чай, но уже начинало вечереть, за окнами набухали сумерки, и Логинов посчитал неприличным задерживаться долее.
- Хорошо чаевничать, да надо топать, - поднялся он.
Наташа накинула пальто, вышла проводить на крылечко.
- Спокойной ночи, Наташа.
Ладонь у нее была мягкая, теплая. Постояли в каком-то неловком замешательстве.
- Заходите, Алексей Васильевич, - сказала она, легонечко освобождая руку.
С чувством удачливости шагал Логинов по замерзшей осенней дороге, несколько раз оглядывался на тот доступный свет, что горел в доме медпункта…