- Ну, ты еще на меня покричи, - сказала Михеева, подходя к столу. - Иди, садись. Ну, кому я говорю?.. Раскричалась тут… - Она подождала, пока приникшая под ее взглядом девушка села на свое место. Потом сказала спокойно - Есть предложение, товарищи, Стоянову в комсомоле восстановить.
2
Когда Корепанов пригрозил забрать аппаратуру, Бритван этой угрозе не придал особого значения, но за обедом он был задумчив и рассеян.
- Ты что? - спросила Ася.
- Так просто, - ответил Бритван, - вспомнил свой последний разговор с Корепановым. - И все ей рассказал.
- Алексей порядочный человек и никогда на такое не пойдет, - выслушав, сказала Ася.
- А кто пойдет? Отбирать у коллеги… Да кто же себе такое позволит?
Бритван уже стал забывать об этом разговоре, как вдруг пришел приказ облздравотдела. Малюгин в категорической форме предлагал срочно передать областной больнице рентгеновский аппарат "Матери" взамен "Буревестника". Кроме этого, предлагалось передать физиотерапевтическую аппаратуру по прилагаемому списку.
- Вот он, твой Корепанов! - Бритван швырнул список и приказ Малюгина на стол перед Асей. - "Порядочный человек". "Не позволит себе". Нашла порядочного!..
- Здесь какое-то недоразумение…
- Какое уж тут недоразумение, - ткнул пальцем в последнюю строчку приказа Бритван. - Видишь? "Об исполнении доложить". Стиль-то какой. Солдафонский!
Ася не знала, что и сказать. Все это совсем не вязалось с ее представлением о Корепанове как о человеке, для которого порядочность - превыше всего. Это, конечно, Малюгин. Он давно уже зарился на аппаратуру. Может, он и поручил Корепанову проверить, и тот доложил, что аппаратуры излишек. Но зачем тогда Корепанову было предупреждать Леонида? Впрочем… Это последнее как раз похоже на Алексея.
Бритван не находил себе места. Ася, как могла, успокаивала его.
- Не успокаивай, пожалуйста, - складывая бумаги, бросил Бритван. - Я этого так не оставлю!
Пришла сестра с выписками из истории болезни Леонова и Сенечкина. Завтра надо отправлять.
Бритван просмотрел выписки и вернул их сестре.
- Подождите отправлять, - сказал сердито. - Я еще подумаю.
Сестра взяла документы и ушла.
- А это уже совсем ни к чему, - заметила Ася. - Ты злишься на Алексея, а больные тут ни при чем.
- Знаю, - сказал Бритван. И ушел к себе.
В город Бритван приехал ночью. Остановился в гостинице и, хотя очень устал, спать не мог.
"Надо успокоиться, - думал он. - Да, успокоишься тут, как бы не так!.. Как только комиссия из министерства - в Мирополье. Корреспондент из центральной газеты - в Мирополье. Кинооператор - к Бритвану!.. Лучшая районная больница в области. Когда надо товар лицом показать, в Бритвана тычут. А теперь… Впрочем, так мне, дураку, и надо! Черт меня понес приходовать эту аппаратуру. Надо бы еще и библиотеку свою оприходовать. Пускай по больничному инвентарю числится… Высокую сознательность хотел показать. Вот и показал".
Он решил идти к Мильченко. Надо только все на бумаге изложить, коротко и ясно. И если уж Олесь Петрович не поможет…
Мильченко внимательно прочитал заявление, потом долго слушал. Наконец сказал:
- Кури!
Бритван взял папиросу. Мильченко тоже закурил.
- Не узнаю тебя, Леонид Карпович, - сказал он. - Ты всегда такой спокойный и вдруг…
Бритван хотел что-то возразить, но Мильченко жестом остановил его.
- Ты кури, кури… Мне ведь все ясно… Кури и не волнуйся. - Он глядел на Бритвана с улыбкой. - У Малюгина был?
- Нет, раньше решил с вами побеседовать.
- Вот это умно… Я сейчас, только…
Он снял трубку телефона, но тут же положил ее на место и, захватив бумаги, пошел к выходу.
- Ты меня подожди. Я сейчас.
Он зашел в соседнюю комнату и оттуда позвонил Малюгину. Малюгин рассказал, что заставило его отдать приказ.
- Нажаловался уже? - спросил.
- Нет, зачем же. Я случайно узнал. Ну, и поинтересовался, конечно… Вы уверены, что на работе это не скажется?.. Да нет же, я одобряю… Ну, конечно же, правильное решение. Областной больнице помочь надо.
Он возвратился к себе в кабинет. Пошелестел бумагами, спрятал их в папку, аккуратно завязал тесемки и обратился к Бритвану:
- Ну, как? Успокоился уже, Леонид Карпович?
- Злит меня это.
- Почему злит?
Бритван с удивлением посмотрел на Мильченко.
- Не понимаю, почему злит, - тем же спокойным тоном повторил Олесь Петрович.
- Ну, знаете… - сказал Бритван и поднялся. - Я к вам как к другу приехал, а вы…
- Садись! - приказал Мильченко. - Садись, садись! Как ты полагаешь, Леонид Карпович, если друг, так он с любой глупостью соглашаться должен?
- С глупостью? - возмущенно переспросил Бритван.
- А ты не кипятись. Ты выслушай. - Мильченко глянул в упор на Бритвана, строго спросил - Кто тебе рекомендацию в партию давал?
- Причем тут рекомендация?
- Я тебе давал. И ваш секретарь райкома старый коммунист-подпольщик, и Рыбаков… Кстати, сейчас он заведующим облоно назначен.
- Не понимаю, к чему вы это? - уже тише спросил Бритван.
- А к тому, - поднялся и веско положил руку на стол Мильченко, - что напрасно давали. Подвести можешь. Ведь это, скажу я тебе, счастье, что ты ко мне пришел, а не ткнулся со своим заявлением к Малюгину или, чего еще хуже, в исполком, к Балашову. Я ведь тебя знаю. Ты сгоряча и к первому секретарю полезть мог бы.
Мильченко все время ходил по комнате. Бритван следил за ним, не спуская глаз.
- Корепанов, видите ли, его обидел, - продолжал Мильченко язвительно, не глядя на Бритвана. - Да он что, себе этот рентген берет? На квартиру поставит? Или аппараты… Он же у тебя не все забирает. И ты хорошо знаешь: того, что оставляют, для твоей больницы предостаточно.
Он возвратился на свое место.
- Як вам, Олесь Петрович, не за нотациями приехал, а за помощью. Меня за Советскую власть агитировать не надо.
- А я тебе и помогаю. Ты думаешь, я не знаю, отчего у тебя злость? Это в тебе собственник говорит, кулак.
Он в каждом сидит, дремлет. Его растормоши только. А на этом враги твои, ох, как сыграть могут. Бритван живоглот, скажут. Больницу в свою вотчину превратил. А еще коммунист, скажут. И кто только мог такого в партию рекомендовать? Вот что скажут. Сегодня ты миропольевской больницей заведуешь. А если завтра тебя в другую переведут? Или сюда, в областной центр? Так что же ты будешь с собой аппаратуру таскать?
- Меня пока еще никуда не переводят, - хмуро сказал Бритван. - У меня пока отбирают хороший рентгеновский аппарат, а взамен дают черт знает что, дрянь какую-то. А я должен еще радоваться… Нет, при такой постановке вопроса всякий интерес к работе пропадает. Я специально в Киев ехал, чтобы кровати своей больнице достать - на панцирных сетках, никелированные. Ну, так давайте приказ, пусть и эти кровати Корепанову. Вы думаете, я после этого опять в Киев поеду? Нет, не поеду.
- Вот, вот. Превыше всего свой интерес, своя выгода. В общем, делай как знаешь. Но если хочешь добрый совет послушать - придуши ты в себе эту обиду. Надо выше мелочей стоять.
- Неужели вы не понимаете, Олесь Петрович…
- Понимаю. Все понимаю. А вот ты простых вещей понять не хочешь. Мы в тебе крупного работника видим, а ты в мелочах грязнешь. Пойми, не к лицу тебе. Обидно? Согласен. А того, что ты этой обиды спрятать не можешь, выложил на тарелочку и всем под нос тычешь, этого простить не могу. Да неужели я в тебе ошибся? Нет, черт подери, не ошибся я в тебе!.. - Он посмотрел на Бритвана, снова протянул ему портсигар и сказал уже совсем миролюбиво: - Давай закурим. И на этом разговору нашему - конец!.. А заявление свое забери.
Бритван поднялся, взял со стола бумагу, какую-то секунду нерешительно разглядывал ее, потом резким движением скомкал и сунул в карман. Взял папиросу, прикурил и сказал уже совсем спокойно:
- Вы, как всегда, правы, Олесь Петрович. А я погорячился. До свиданья. - И он протянул Мильченко руку.
Возвратившись в Мирополье, Бритван застал письмо Корепанова. Алексей спрашивал, почему до сих пор не отправлены Леонов и Сенечкин.
- Завтра же отправить! - распорядился Бритван, обращаясь к старшей сестре.
Но Леонов отказался. Отправили только Сенечкина.
3
Корепанов ушел из приемного покоя к себе в кабинет раздосадованный и злой. Марфа Полоненкова отказалась от операции с тем, чтобы оперироваться у другого, у лучшего специалиста. А Леонов обрекает себя на смерть: Бритван его оперировать не станет.
Алексей снял трубку и попросил Мирополье… Ждать ему пришлось долго.
Бритван ответил на приветствие сухо и сказал, что Леонов отказывается от операции наотрез. Поговорить еще раз?.. Нет, операция все равно пользы не принесет.
Алексей бросил трубку и пошел искать Цыбулю. Он решил ехать в Мирополье сейчас же.
Гервасий Саввич посмотрел на него с удивлением:
- Автомашиной? До самого Мирополья и обратно? Это же триста километров с гаком. А бензина у нас, можно сказать, на самом донышке осталось. И лимиты все выбраны. Так что до первого числа не хватит и на то, чтобы продукты возить.
Алексей сказал, чтобы машину заправили полностью. Даже если придется для этого забрать весь бензин, до последней капли.
- Мое дело маленькое, - проворчал Цыбуля. - Заправлять, так заправлять.
В Мирополье Корепанов приехал уже перед вечером, усталый от жары и бензиновой гари.
Бритван посоветовал разговор с Леоновым отложить до завтра.
- Ты извини, но я хотел бы поговорить с ним сейчас же, и с глазу на глаз, - настаивал Корепанов.