Всего за 33.99 руб. Купить полную версию
– Нет, этого мало! Всегда нужен шарм, особенность, оригинальность. Но ты извини: чего это я в критику ударилась? Сама не пойму… Тут у тебя однозначно хорошо! – она шагнула босыми ногами на ковер и обвела взглядом комнату. – Такое ощущение, что вчера здесь была, и позавчера тоже, и поза-позавчера. Здесь уютно и что-то еще сквозит очень и преочень знакомое. Что же?.. У тебя столько книг! Неужели все прочел?
– Читаю ежедневно.
– Зачем? Где-то учишься?
– Учусь… Университеты жизни прохожу.
– По книгам, что ли… или по жизни учишься?
– Стараюсь то и это совмещать – в симбиозе свой учебник для себя состряпать.
– Забавно! У меня у папы книжный шкаф намного меньше, и книги в основном технические, а на особом месте гравюра профилей трех деятелей с глазами, устремленными в одну точку. Один такой бородатый, усатый, нечесаный, другой – с выпуклым лысым черепом, со стилизованной бородкой, третий – с усищами и волосищами. И тут же на двух полках их книги.
– Представляю, о ком ты говоришь. Это вожди. Было такое революционное учение о преобразовании мира угнетенных и угнетателей в справедливый мир равных возможностей для всех.
– Получилось, как считаешь?
– Одно время получалось… Создали на одной шестой части Земли огромную страну, не имеющую себе равных… Потом обо что-то споткнулись и что-то, видимо, учтено не было.
– Наверное, меня, мою яркую индивидуальность!
– Не слишком ли ты самоуверенная?.. Хотя, возможно, ты права.
– Это не подлежит никакому сомнению… Еще – сама цифра шесть таит в себе опасность… Надежнее стремиться к нечетным числам: занимала бы эта страна одну седьмую или одну пятую часть суши – бед было бы меньше… Ого! Я вижу у тебя книгу, которую и я читаю в качестве своего учебника. Практическая магия! Ты что же, увлекаешься? Ведь эту книгу нельзя, невозможно читать просто так. Любой прочитавший семь страниц становится причастным к таинствам и ритуалам.
– Я любопытствую. Здесь есть интересные наблюдения.
– Да и не только! – оживилась Лера. – Вот теперь мне еще яснее, для чего мы встретились!.. Ты знаешь, что в этой книге описано, как вызвать духа и внушить ему свою волю? И дух этот – конкретный! У него есть имя. По движениям планет и по порядку знаков зодиака, с помощью специально построенных таблиц извлекаются буквы. Которые затем выстраиваешь в определенном порядке, и получается искомое слово – имя доброго или злого гения каждого человека. Я своего вычислила. Это, скажу я тебе, кропотливый труд – собрать из магических знаков имя духа, который может тебе помочь. После этого специальными заклинаниями можно приблизить твоего духа и постепенно ощущать его краткое внимания. Готовить себя к его встрече и, наконец, в особый час вызвать, чтобы твоя воля трансформировалась в часть высшей силы.
– Зачем тебе это?
– Понимаешь, с его помощью я хочу переписать свою судьбу. Все мы рождаемся с готовой судьбой, что исходит из судьбы родителей, родителей моих родителей… короче, есть наследственная судьба – это канва, в границах которой формируются варианты родовых судеб с легкими отличиями. Так вот, я не хочу судьбы своих родителей. Хотя я их также очень люблю, но повторять их судьбу не хочу. Я хочу вырваться из родовой судьбы, и для этого нужен тот самый конкретный дух, что заложил основание нашей родовой судьбы, – только он может внести коррективу в существующие помимо нас предначертания, перенести с одного уровня на другой, поменять само качество реальной жизни, чтобы та частица, что остается после смерти или, точнее, является результатом жизни, увеличила силу этого Духа, а, может быть, и встала вровень с ним. И что интересно – шанс встречи с ним только один. Все надо делать последовательно и аккуратно, шаг за шагом приближаться, проверять и пробовать: могу ли воззвать и лицо в лицо сказать, что хочу?.. И что он не может не сделать… Мы сейчас попробуем это сделать, пусть в первом приближении… Не сдрейфишь, а? Иногда, чтобы вызвать могучего духа, нужен добрый дух, который поможет и даже приведет его. Я вижу знаки частого присутствия твоего доброго духа здесь, его незримые следы и веяния. С твоей помощью и с помощью твоего доброго ангела я приближусь к своему князю тьмы.
– Ты думаешь, это реально? У тебя получится? Для большинства людей это представляется бредом.
– Ты еще спрашиваешь! Тебе недостаточно, как я заговорила ранку? Посмотри-ка – и следа нет.
– Маленький шрамик остался… – Вася потрогал пальцем кожу над верхней губой, из которой не далее как час назад выкатились капли крови.
– Это тебе моя метка на долгую память! – она рассмеялась. – Но не беспокойся: захочу, и шрамик рассосется. Мир духов существует, – сказала она строго и сурово. – Он наполняет смыслом любую жизнь. Многие люди настолько увязли в глупейших проблемах, бытовухе, что им даже не хватает времени осенить тебя крестным знамением и восславить своего Бога, который им что-то щедро преподнес (они думают, что сами!), и потому кругами и спиралью они варятся в безумной каше якобы личных достижений. Это и есть бред! Какой-то фарс, подобие настоящего. А надо хоть на мгновение остановиться и суметь различить дыхание вечности в смрадном воздухе настоящего.
– Ты веришь в Бога?
– Я верю, что он есть. Но в церковь, любую: православную, католическую, протестантскую – не могу зайти. У меня сразу поднимается температура, я как будто теряю свое тело… Наверное, еще не построили ту церковь, с той самой религией, где я упаду на колени… Когда мне было четырнадцать лет, я вдруг ни с того ни с сего заболела воспалением легких. Проснулась в непонятном ощущении легкости. Было странно, приятно и необычно. Насторожил легкий озноб. Мама померяла температуру – сорок градусов! До сих пор помню это ощущение. Это, наверное, и был тот самый сладкий кайф смерти, которого духи мне дали всего один глоток… я и в самом деле чуть не умерла тогда! А, может быть, и умерла та обычная девчонка – ходячий выдрессированный манекен, из которых делаются обычные жены и составляются обычные семьи… Дальше и говорить не хочется, тем более – так жить.
– Это относятся к твоим родителям? Они поносят свою жизнь?
– Нет. Они выросли и жили в государстве, которого теперь нет. Они, конечно, хорошие… Очень хорошие. Они пропитали меня своей любовью. Они втиснули в меня столько внимания и нежности, что больше мне и не надо. Я бы хотела навсегда остаться той четырнадцатилетней девчонкой в море родительской любви. А вот здесь, во взрослой жизни, здесь любят за что-то. За твои красивые ноги и все остальное, чтобы и самому сладенького откушать. Работа, где надо напрягаться, чтобы не уволили. Коллэктив (чтоб им всем подавиться!), где обсосут тебя и обмоют до косточек. Мужчины и их жены говорят о любви, а на самом деле от трения их тел только тление – нет искры, нет огня, нет света настоящего чувства…
Она поморщилась и заговорила жестко:
– Вот я и предъявляю свой счет. Но – уже с повышающими коэффициентами: за дурость, за пошлость… и так далее. А они зовут меня стервой?! Ха! Если бывают инженеры человеческих душ, то я – хирург, точнее – патологоанатом. Вариться всю жизнь в безобразном котле недоделанных людей как-то не климатит. Я боюсь унизить себя злостью, тупостью… Вот ты – конструктор. Тебе понятно творчество. Когда перед тобой встает проблема, ну, конкретное техническое задание сделать что-то, чего в природе нет. Ты включаешь мозги, напрягаешь их – думаешь! Раз – и это несуществующее твоя рука разрисовывает линиями, использует существующую элементную базу. Эскиз, чертеж, проработка техпроцесса на его изготовление – и то, что не существовало, готово. Готово!.. Правильно я обрисовала существо твоей работы?.. Правильно!..
Лера чуть призадумалась и продолжила:
– Вот то мгновение, когда тебе вдруг стало ясно, как должно быть, можешь уловить и расписать, как своеобразный техпроцесс? Я – хочу. Хочу влиять на это мгновение. Отчасти и для этого нужно вызвать своего, только своего Духа… Ты можешь помочь мне тем, что рядом со мной будешь вспоминать свое лучшее, что было с тобой, что является фактом поддержки свыше…
Сходи, пожалуйста, в прихожую и принеси мою сумочку. Я тебе что-то покажу. И еще принеси пять свечей, можно обычные стеариновые. Я знаю, у тебя они есть.
Вася немедленно сходил за сумкой, сделанной из кожи страуса: Лера обожала все необычное. Из кухонного шкафа извлек свечи, оставшихся от родителей, от их неприкосновенного запаса, где были упаковки спичек и несколько пачек поваренной соли.