Собачью? Я удивилась, вернее, испытала облегчение, учитывая, что чуть было не подумала о зяте плохо.
- У вас есть собака?
Кора только вздохнула.
- Запомнить, как пользоваться дверцей, не так-то просто, - сказал Джеми, взяв с ближайшего шкафчика рулон бумажных полотенец и направляясь к нам. Кора шагнула в сторону, а он присел, оторвал несколько салфеток и бросил на растекшуюся лужу. - Ты же знаешь поговорку: старого пса новым штукам не выучишь.
Сестра покачала головой и, не проронив ни слова, вернулась на кухню. Джеми, не вставая с пола, отмотал еще бумаги, аккуратно вытер мою туфлю и посмотрел на меня.
- Извини, - произнес он. - У нас это больная тема.
Я кивнула, не зная, что ответить. Просто сложила кухонное полотенце и последовала за Джеми на кухню, где он выбросил использованные салфетки в мусорное ведро из нержавеющей стали. У окон, выходящих на террасу, Кора накрывала большой белый стол. Я молча смотрела, как она сворачивает полотняные салфетки и кладет рядом с каждой из трех тарелок, потом раскладывает столовое серебро: вилки, ножи, ложки. Еще там лежали тканевые подстилки под тарелки, стояли бокалы для воды и большой стеклянный кувшин, в котором плавали ломтики лимона. Подобно всему остальному в доме Коры, стол выглядел словно картинка из глянцевого журнала - слишком прекрасно для реальной жизни.
Едва я подумала об этом, как раздался громкий рокочущий звук. Будто бы дедушка заснул после обеда в мягком кресле и теперь сладко похрапывает, вот только шум доносился сзади, из прачечной комнаты. Я оглянулась и увидела собаку.
Вернее, сперва в глаза бросилась большая лежанка, покрытая чем-то вроде овечьей шкуры, гора игрушек - пластиковые кольца, бутафорские газеты, веревочные косточки - и сидящий прямо оранжевый цыпленок, самый яркий из всех. Только потом я разглядела маленького черно-белого пса, который лежал на спине лапами кверху и храпел. Довольно громко.
- Это Роско, - пояснил Джеми, открывая холодильник. - Будь все как обычно, он бы тебя поприветствовал, но сегодня его выгуливали в первый раз и, похоже, он здорово устал. Думаю, инцидент в коридоре приключился именно из-за этого. Пес совсем обессилел.
- Вот если бы он сделал свои дела на улице, - заметила Кора, - это было бы необычно.
Из прачечной донесся очередной мощный всхрап. Казалось, носоглотка Роско вот-вот взорвется.
- Давайте наконец ужинать, - сказала Кора, отодвинула стул и села.
Я подождала, пока Джеми не займет место во главе стола, и тоже опустилась на стул. Слева от меня стоял соусник с подливкой для спагетти, и, уловив исходящий от него аромат, я поняла, что умираю от голода. Джеми взял тарелку Коры, положил на свою, достал немного макарон, плеснул соуса, добавил салат и передал обратно. Жестом попросил мою тарелку, затем наполнил свою. Все было так церемонно и нормально, что мне вдруг стало не по себе, я бросила взгляд на Кору и потянулась за вилкой только после того, как сестра начала есть. Странно, ведь она давным-давно перестала быть для меня примером. Впрочем, когда-то я всему училась у нее, видимо, привычка - вторая натура.
- Завтра мы решим вопрос с твоей учебой, - радостно сообщил Джеми. - У Коры назначена встреча, а я отвезу тебя в свою альма-матер.
Я подняла голову.
- Разве я не вернусь в старую школу?
- Она не в нашем районе, - ответила Кора, цепляя вилкой кусочек огурца. - И туда слишком тяжело добираться, даже если для нас сделают исключение.
- Но ведь учебный год давно начался! - воскликнула я, внезапно вспомнив и свой шкафчик в раздевалке, и проект по биологии, который сдала на прошлой неделе, в общем, все, что осталось в прежней жизни, совсем как мои вещи в желтом коттедже. Сглотнув, я перевела дыхание и продолжила: - Я не могу просто так уйти из школы!
- Ничего страшного, - успокоил Джеми. - Завтра все уладим.
- Буду ездить на автобусе, подумаешь, - произнесла я сдавленным голосом, и мне вдруг стало стыдно. Надо же, столько всего произошло, а я плачу из-за школы! - Я привыкла рано вставать.
- Руби, это для твоего же блага. - Кора посмотрела мне в глаза. - "Перкинс-Дей" - отличная школа.
- "Перкинс-Дей"? Ты что, серьезно?
- Чем она тебе не нравится? - спросил Джеми.
- Да всем! - выпалила я.
Удивленное выражение на лице Джеми сменилось обиженным. Замечательно, теперь я оттолкнула единственного в этом доме человека, который меня поддерживал.
- Школа-то хорошая, - торопливо произнесла я. - Просто… я туда не впишусь.
Это было еще мягко сказано. Последние два года я училась в "Джексон-Хай", самой большой в округе. В переполненной, плохо финансируемой школе половина занятий проводилась в щитовых времянках, и даже год в ней мог бы считаться подвигом, особенно для таких как я, не самых прилежных учеников. После всех наших с мамой переездов школа Джексона стала первым учебным заведением, где я задержалась надолго, и даже если оно вполне соответствовало определению "грязная дыра", по крайней мере, я все там знала. В отличие от "Перкинс-Дей", элитной частной школы, знаменитой своей командой по лакроссу, заоблачным уровнем успеваемости и тем, что на парковке для учеников всегда стояло больше шикарных тачек, чем в автосалоне, торгующем европейскими машинами. С тамошними ребятами мы пересекались, только когда они заглядывали к нам на вечеринки. Их подруги даже не снисходили до того, чтобы войти внутрь, ждали в машине - мотор включен, радио орет на всю громкость, из окна высовывается рука с сигаретой.
Не успела я додумать, как Джеми с грохотом отодвинул стул и вскочил на ноги.
- Роско, нет! - закричал он. - Марш на улицу!
Поздно, проснувшийся пес уже задрал лапу у посудомоечной машины. Я попыталась его рассмотреть, но не успела - Джеми ринулся к нему через всю комнату, схватил и выставил так и не прервавшего процесса Роско во двор через небольшую собачью дверцу. Бросил взгляд на Кору, которая сидела с каменным выражением лица, и выскочил вслед за псом, громко хлопнув дверью.
Сестра прижала руку ко лбу и закрыла глаза. Интересно, что говорят в таких случаях? Однако прежде чем я успела что-либо сказать, она встала, сходила за рулоном бумажных полотенец и скрылась за кухонным столом, где, судя по звукам, начала убирать за Роско.
Наверное, нужно было предложить ей свою помощь, но я все еще кипела от злости, представляя себя в "Перкинс-Дей". Неужели Кора думает, что достаточно притащить меня в роскошный дом и засунуть в престижную школу, чтобы в моей жизни все наладилось, как, похоже, наладилось у самой Коры, когда она бросила нас с мамой? Ну уж нет, мы с ней всегда были разными, а теперь - особенно.
У меня екнуло сердце, рука невольно потянулась к висевшему на шее ключу. Блеснул в электрическом свете циферблат часов, я взглянула на время, и на душе стало легче. "Пять часов с четвертью", - подумала я. Затем взяла вилку и доела ужин.