"Он же на больничном?" – наверняка подумалось моему руководителю – "Или это не он?", и пока на его лице сомнения менялись на уверенность и обратно, я принял единственное правильное решение. Это решение в будущем не раз меня выручало, выручило и сейчас. "Да не я это, Евгений Михайлович! Проходите или, может быть, тюльпанчиков?" – это я ему мысленный посыл делаю. И прекрасный человек, огромная умница, тут же поверил, что это не я. И купил у меня с белой прожилочкой целых три тюльпана, дорого! Для убедительности что это не я, я продал их ему по два с половиной рубля штука, преподнеся заодно урок своему партнёру-обормоту! Я даже знаю, кому они предназначены были эти синие тюльпаны. Но не скажу. Вот так, дорогой Евгений Михайлович, не поймать вам Костю – Кирпича! (Садальский, "Место встречи изменить нельзя"). Ну, не мог, никак не мог его ученик и ответственный работник сейчас стоять перед ним и, нагло улыбаясь, втюхивать ему эти синие тюльпаньчики, находясь на больничном. "Зря вчера с Авдеем третью открыли…" – подумалось Евгению Михайловичу. И он, расстроенный, ушёл.
А нам пришлось из-за этого Евгения Михайловича Сытный рынок поменять на Сенной. Наверняка он на следующий день с Лёвой и ещё с кем-нибудь из "учёных" моей группы, чтобы больше свидетелей было, поехал на рынок убедиться, что это не я! А потом наступил день 8-го марта! Мы с утра на рынке, желающих продать цветы, неважно какие – нарциссы, тюльпаны, ещё какие-то – оказалось больше, чем желающих купить. Причём, на столько, что… на моего партнёра было жалко смотреть, перед ним открывалась грустная перспектива быть очень сильно побитым в этот праздник весны и цветов, когда все женщины мира, вдохновлённые Кларой Цеткин и взявшись за руки… Я же чувствовал себя значительно лучше – мои расходы на всю эту цветочно-тюльпановую канитель мне вчера, 7-го марта, удалось "отбить" и даже выйти немножечко вперёд. Про Шестёрку я уже не мечтал, больше про то, как я задам отличный ремонт своей Антилопе – старенькому 408–му Москвичу. За 15 минут до закрытия рынка ко мне подошли местные цыгане и предложили наивыгоднейшую сделку – они предлагали забрать всё оптом по 25 копеек штука. Я был не против, а обормот Билл к этому времени уже сидел в электричке на Приозерск. Ему надо было где-то отсидеться пока бандпролетарии остынут. И он решил припасть к коленям супруги, ещё не успевшей оформить развод. Так и закончилась эта веселейшая история. Читайте, господа, читайте больше и обязательно прочтите "Тысяча дюжин" Джека Лондона!
Коста-Рика. 21.11.14
Морской волк
Мы с другом поехали к нему на дачу в посёлок Горы, что на Вуоксе. От Приозерска два часа плыть на пассажирском катере типа "трамвайчик". Какие там места!.. Рыбалка, грибы, а купаться… когда жарко! Неповторимо и незабываемо! Правда, добираться в общей сложности часов пять. Когда-то в компании за столом я рассказал об этих местах. Они не поверили, решили сами посмотреть и… больше не искали места, где построить загородный дом. Построили не дом, но Домище! Навсегда! С баней на полуроту, садом и огородом, чтобы не только самим, но и потомков приобщить к этой Шишкинско-Левитановской красоте. До сих пор меня при встрече благодарят, грибочками "оттуда" угощают, наливочкой из "тех" ягодок. И счастливые. Это те, кто в Пупышево – те несчастные, а эти счастливые!!! Мы же тогда и наловились, и насобирались, тёща друга яблок два рюкзачка… Пришло время расставания с Левитаном, народу на автобусной остановке – не протолкнуться, перспектива ехать два часа, зажатым с четырёх сторон могучими Горскими тётками и вкусно пахнущими портянками, резиной, дешёвой водкой, чесноком и луком одновременно, не прельщала ни меня, ни друга и мы совершили непростительную ошибку, решив плыть! В воскресенье вечером! В Приозерск.
Ну и стоим на маленькой пристани, ждём катера, народу немного, в основном не местные. Дачники. Видим издалека, как из-за изгиба реки (в этом месте Вуокса ненадолго превращается в реку, чтобы потом опять превратиться в озеро) выруливает, вихляя от берега к берегу, наш трамвайчик. На повороте его занесло и он, приложившись бортом об нависающую над водой полуповаленную иву и набирая ход, пошёл на нас, на причал! Уже не трамвайчик, а легендарный торпедный катер ладожской флотилии "Беспощадный"! Мы стояли где-то в середине очереди на посадку и времени отскочить у нас хватило. Тем же, кто были впереди, повезло меньше – от лобового удара форштевнем прямо в центр причал расщепился надвое и народ попадал кто на доски причала, кто в воду. Там было неглубоко. Обошлось без трагедии, только очень сильно хотелось отпиз. ть шкипера, всем хотелось, даже двум девочкам – первоклашкам с бантиками! Но сработала логика: "Если этого отпиз. ть, то, кто за штурвал тогда? Нам же в Приозерск надо!..". "Завтра на работу, на работу надо, надо на работу…" – гудели выжившие. Правильно! Что такое жизнь, если завтра на работу! Не имеет никакой ценности! Работа имеет, жизнь нет! А надо было этого Магеллана хотя бы отбуцкать, вымочить в Вуоксе и ещё раз отбуцкать и никуда сегодня уже не плыть и не ехать! Тогда бы не было этого трагикомического продолжения, едва не закончившегося настоящей трагедией! (И, кстати, а что это за слово такое – отбуцкать!?)
Магеллана бить не стали, но в речке вымочили хорошо – настояли те, кто в воду попадал и еще не высох. Казалось, что ещё чуть-чуть и он протрезвеет, и мы поплывём, а он всё не трезвел, падла, и не трезвел. Я вызвался произвести досмотр в шкиперской рубке и там, ну конечно же, "у него с собой было"! А как же – ведь воскресенье! Трезвый шкипер в воскресенье – нонсенс! Особенно в Краснознамённой ордена Октябрьской и т. д. Ладожской флотилии. Абсолютный нонсенс! Те, кто сейчас в автобусе на кочках подпрыгивал, вдыхая специфические ароматы родины, те знали про шкипера и его пагубное воскресное пристрастие (говорили, что он по будням ни-ни!). Но никому об этом не сказали, иначе сами в автобус могли не попасть. А мы не знали и вот! Шкипер, сука – курица мокрая, морда пропитая. "Что делать-то будем?" – вопрошал народ. Протестировали, вроде качается не сильно, куда плыть, знает – закалённый морской волчара! Лоция на месте. Помните Кин-дза-дза!?.. "Да, можно!" – сказало большинство, которому завтра на работу, и мы пустили этого морехода к штурвалу. Комедия ошибок!
В этот раз, миновав и не задев иву, с трудом вписываясь в фарватер, мы уже были почти что на "большой воде", когда "сработала хреновина!" из Кин-дза-дза! Наш Титаник протаранил подводный камень! Не сильно, и многим показалось, что безнаказанно, но уже буквально через десять минут лайнер начал зарываться носом в воду. Дверь в рубку была заперта изнутри, шкипер спал, мы шли на автопилоте…
Немного о себе. Я потомственный моряк, мой отец в молодости командовал крейсером и в звании капраз вышел на пенсию совсем молодым. В описываемый момент он "таскал" по Финскому заливу речные танкера в Финляндию, чем и прирабатывал к пенсии. Я, его сын, окончил институт с военно-морской кафедрой и с гордостью носил звание старшего морского лейтенанта в запасе. Как истинный потомственный моряк я был решителен, беспощаден к врагам, бесстрашен и умел брать ответственность на себя. Впервые взглянув на плывущую и, пока ещё ни о чём не подозревающую, разношерстную публику, я пришёл к выводу, что управлять кораблём они не умеют, никто! Но, на всякий случай, громко спросил. Поднялась паника… и я, при поддержке друга и двух симпатичных девчонок-студенток, был вынужден взять командование эсминцем на себя! Старший механик нашелся сразу, он работал кочегаром в бане в Приозерске и понимал, чем отличается манометр от бензонасоса, а местный ветеринар был владельцем своего собственного корабля с навесным мотором "Нептун", и тоже мог чем-то помочь. Первый мой приказ – всем на корму! Выполняли неохотно, до сих пор не до конца осознав, что ещё немного и мы превратимся в крейсер "Варяг" и пойдём ко дну! Механик высадил дверь в рубку и теперь вместе с ветеринаром пытался выполнить мой приказ-просьбу разобраться как остановить движок и включить задний ход. Как спасти себя, людей и трамвайчик я уже придумал! Не даром посещал военно-морскую кафедру! Про подобную ситуацию там рассказывали. Нос корабля приподнялся, ребята разобрались с задним ходом, я всматривался в горизонт. Народ притих, панику удалось в корне пресечь. Вдалеке был виден островок и только одна мысль тревожила: "Доплывём ли?". Нос опять начал "клевать" и зарываться в Вуоксу. Нужно было разворачиваться, до острова оставалось 200 метров! Кочегар с ветеринаром справились с разворотом, я пытался справиться с пассажирами, плотно "упаковывая" их на самом краю кормы в противовес балласту, скопившемуся в носовой части маленького трюма трамвайчика. И "Полный назад!" пока винт из воды не вылез наружу! Через десять минут наша каравелла потерпела кораблекрушение, ударившись о прибрежные камни необитаемого острова.
Шкипер проснулся, но на берег с собой мы его не взяли, а первая же его попытка сойти самостоятельно для него закончилась плачевно. Жертвы кораблекрушения женского пола столкнули его обратно в воду: "Ты капитан, тебе положено с корабля последним, вот и сиди там, придурок!". Недалеко проплывала лодочка с двумя рыбаками, они нас заметили, всё поняли, и, молодцы, развернулись в сторону Приозерска! Через полтора часа нас эвакуировали на большую землю.