Всего за 119 руб. Купить полную версию
Они шли по центральной улице города, в эти часы особенно людной. Рита замечала, что на неё и Бориса обращают внимание. Женщинам бросался в глаза рослый, с энергичными чертами лица Борис, а мужчинам – она, статная полноватая блондинка. Риту охватило чувство, какое давно, а точнее, со времени начала её замужества, не посещало. Она шла, беспричинно улыбаясь, и вдруг в мелькании встречных лиц увидела круглые от удивления глаза Константина.
Она остановилась, как вкопанная.
– Что с вами? – спросил, останавливаясь, Борис.
– Ничего… – Рита произнесла это слово, лихорадочно придумывая выход из ситуации, отыскивая взглядом Костю. Тот словно растворился. – Мне надо… сюда, – и Рита вошла в открытую дверь ближайшего магазина. Борис Фёдорович недоуменно пожал плечами и пошёл дальше, ведя Владика.
Это бы магазинчик канцтоваров. Она, конечно, пошла купить себе новую авторучку. А отец малыша из садика, конечно, случайно шёл в том же направлении…
Константин ходил кругами по комнате и, увидев входящую Риту, остановился, исподлобья свирепо глядя на неё. Он был без туфель, но в пиджаке, волосы его взлохмачены, галстук съехал набок… – С кем это ты прогуливалась? – не спуская глаз, он подскочил к Рите вплотную. Низко опущенная голова и раздутые ноздри носа напомнили Рите быка на арене корриды, и она улыбнулась: "Только не роет землю копытом…"
– Смеёшься? А мне не смешно от вида твоего красавца!
– Какого это моего? Ребёнка вёл человек из нашего садика, папа.
В глазах Константина заскакали молнии.
– Папа? Чей папа? Ты уже чужих пап присваиваешь, да? Ну конечно, я не папа, я не муж. я вообще не мужчина!
– Опомнись, Костя! Чего ты несёшь? Твоя ревность за все границы зашла. Каждый день такие сцены… Я не выдержу. Я перееду к маме…
– К маме? Может, к папе?
Константина понесло. Истерика перехватила ему дыхание. Зрачки глаз расширились. Он стал валиться… Рита успела его подхватить, не дала упасть на пол.
– Костя, Костя!
Рита подвела его к креслу, усадила, притиснулась рядом, прижала дёргающуюся голову мужа к груди.
Наконец Костя утих, бледный, беспомощный, обнимая Риту. Рита помогла ему добраться до дивана, уложив, забросила ноги на диван.
Рита уже раскаивалась в своей прогулке с Борисом. Костю надо определить на лечение. Переехать к матери? Но какая там будет жизнь! Отец опять сорвался и пьёт по-чёрному – кодирование не вылечило. Ленка и Катька то и дело прибегают от своих алкашей к матери… Насмотрелась Рита на семейную жизнь матери с отцом… Туда только в самом крайнем случае. И не нужен ей такой муж, как мужья сестёр. Костя как раз такой, какой ей подходит. Аккуратный, чистоплотный, пусть не хозяйственный, но любящий!
Когда Костя проснулся, в квартире было совсем темно. Тишина нарушалась тиканьем будильника, да холодильник вдруг начинал глухо рокотать. Он с трудом вспомнил и Риту на улице рядом с пучеглазым басмачом, и сцену своего бурного объяснения с Ритой. А где она, где Рита?
Подскочив с дивана, он увидел в зеркале себя – в мятом пиджаке, с всклокоченными волосами, с расстёгнутым воротом рубахи… Может быть, Рита уже ушла к матери, забрала вещи?
На цыпочках подойдя к двери спальни, со страхом заглянул. Рита лежала в постели, укрытая простыней, снятые вещи аккуратно развешаны на спинке стула. Ночник тускло освещал мирную картину сна его любимой женщины.
Подойдя вплотную и полюбовавшись дорогими ему чертами, он бесшумно отступил… Тревожить он её не будет… Но завтра… Что он ей скажет в своё оправдание?
Он опять лёг на диван, и так ему стало одиноко без Риты! Один он не выдержит и недели. Да что там недели – эту ночь как ему выдержать?
Но он всё же быстро уснул и проспал до утра без сновидений. Проснулся от знакомого призыва: "Костик, иди завтракать!" Всё было, как всегда.
"Зря, конечно, я Костика подразнила Борисом. Хорошо хоть никто меня из садика не видел на улице…" думала, идя на работу, Рита, и ошиблась. Анна Семёновна выследила необычный маршрут Риты, заподозрив связь с отцом Владика, и успела кое-кому своё мнение сообщить. Пришедший за сыном Борис Фёдорович попытался побеседовать с Ритой, но, встретив её холодный взгляд, сразу понял, что развить отношения не удастся и, уводя Владика, только кивнул всем на прощанье.
Рита вышла из группы вместе с Ниной. Говорили о Константине, не упоминая о Борисе Фёдоровиче.
Дома Рита собиралась после ванны спокойно дочитать роман – Костя предупредил, что придёт позже, задержится на собрании, но планы рухнули: потекла ванна. Сосед, пенсионер Егорыч, посоветовал обратиться к Василию, мастеру с первого этажа.
– Починит быстро и качественно. Приготовь только грамм сто пятьдесят водочки.
– Нет у меня водки. Костя не пьёт…
– Тогда пятерика ему хватит…
Василий сразу согласился, не выставляя предварительных условий. Он пришёл в замасленной робе, ковриком и сумкой с инструментом.
– А где твой мужик? – спросил он, щуря рыжие глаза. – Не в командировке?
– Нет. На собрании задерживается. А что?
– А то… Можно было бы до утра поремонтировать. Для надёжности и качества. – Василий щурил глаза в хитрой улыбке.
– Как для надёжности? – Рита, огорчённая неисправностью ванны, не поняла подтекста в словах Василия.
– Я если какой хозяйке до утра ремонтирую, на всю оставшуюся жизнь память будет. Такой у меня инструмент… – Всё это Василий говорил, подключая переносную лампу, расстилая коврик и укладываясь на него навзничь – Но если не до утра, то часок придётся повозиться с твоей ванной, соседка… Плесни-ка полкружки воды в ванну, посмотрю, что и как…
Рита плеснула.
– Ну вот, теперь ясно…
Василий замурлыкал себе под нос, лёжа, обеими руками что-то подкручивая или откручивая, а Рита в халатике стояла над его толстыми в брезентовых штанах ногами, обутыми в тяжёлые рабочие ботинки. "Какой он грубый, этот Василий!" – думала она, сравнивая его с изящным ухоженным Константином.
Она не услышала, как зашёл Константин. Он стал позади Риты, и через её плечо оценивал ситуацию в ванной, и сразу заметил, что трудится не штатный сантехник, а ненавистный Василий.
Мысли у Кости заскакали во все стороны. "Ремонт ванны мог быть предлогом для приглашения Василия… Он, конечно, в робе, но снять недолго, а она-то в халатике! Подлая баба!" В голове его проносились картины из прочитанного ещё в школе "Декамерона" и современные сцены из фильмов.
Рита, почувствовав присутствие Кости, озабоченно оглянулась.
– Костя! Ванна так сильно начала течь, что пришлось…
– Василия позвать, да?
– Да… А что? Он мастер, и у него инструмент…
– О его инструменте известно каждому в нашем дворе. – Костя говорил тихо, отводя Риту от двери ванной. – Ты ведь в курсе этого инструмента? Почему Михаила из ЖЭКа не пригласила?
– О чём ты, Костя? Ванна льёт, Миша на больничном… Вот я…
– Так срочно помыться захотелось? Меня ждать не стала?
– Ну и что? Сейчас Вася… Василий всё сделает и помоюсь. И ты тоже помойся… Что ты завёлся-то?
– Он уже Вася, значит? Познакомились с брудершафтом?
– Какой там брудер? Приготовь лучше пятёрку за работу, – на Риту накатила злость. – Когда твои выдумки кончатся?
– Пятёрку? Не приди я ещё час, он сам тебе приплатил бы за… обслуживание.
– Ты что, Костя…? Я уже не могу! – слезы выступили на глазах Риты от обиды… – Я сегодня же. Сейчас же к маме уеду. Всё!
Василий бочком, прихватив коврик и сумку, не говоря ни слова, вышел, прикрыв за собой дверь. Ни Костя, ни Рита даже не глянули в его сторону. Рита уже набирала номер телефона матери, всхлипывая и утираясь полой халата.
– Мама? Мама, я сейчас к тебе приеду… Объясню потом… Отдохну у вас… немного… Там видно будет, оставаться не могу…
Она повернулась к Косте, который, сжав кулаки. стоял рядом.
– Ну что, добился своего?
Она сказала эту фразу с вызовом, и замолчала, ожидая реакцию мужа. Она ожидала, что он кинется с криком, обвиняя её во всех грехах и готовилась ко всему, вплоть до рукоприкладства…
Костя разжал кулаки, руки его обвисли, и он вдруг рухнул перед ней на колени.
– Рита, прости меня, не уходи! Прости!
Лицо его страдальчески сморщилось, перекосилось, из глаз заструились слёзы.
У Риты дрогнуло от жалости сердце, но в то же время мелькнула мысль: "Надо устоять!"
– Не проси, Константин! Всё!
Достав из шкафа чемодан, пустовавший со дня их совместной жизни, стала забрасывать в него вещи.
– Ты лучше не стой, а помоги мне, будь мужчиной!
– Рита! – Костя уже выл. – Ты меня убиваешь! Я с собой покончу, если шаг из квартиры сделаешь. Да, я не мужчина! Это Василий мужчина, это папа детсадовский мужчина… Но я не могу без тебя!
Рита молча укладывала бельё, платья. Положила и недочитанную книгу. Она зашла в спальню и вышла из неё переодетая, вынесла чемодан в переднюю.
Костя стоял молча, встряхивая опущенной головой, словно отгоняя набегающие мысли…
Рита задержалась перед входной дверью, глядя на Костю. "Покончить с собой! Блеф… Каким способом? Пугает. Надеется, что я передумаю…"
Она открыла входную дверь и шагнула за порог.
Костя вдруг сорвался с места, подбежал к окну, распахнул незакрытые по летнему створки и молча ринулся вниз. "Третий этаж!" – почему-то чётко мелькнуло в мыслях Риты. Бежать туда, где лежит теперь Костя, ей было страшно. Страшно увидеть изломанное, покалеченное, безжизненное тело любимого человека. Да, любимого! Именно сейчас она ощутила всю силу любви к Косте, всю необходимость его близости. Она уже в мыслях прощала все его ревнивые выходки и раскаивалась в своём желании досадить ему.