Миссис Коуп застыла, а девочка в окне подумала: сейчас она взлетит со скамейки и врежется в дерево.
- Боюсь, это невозможно, - сказала она, резко поднимаясь с места. - В сараях полно соломы, и я боюсь, как бы вы там пожар не устроили своими сигаретами.
- Мы не будем курить, - сказал он.
- Боюсь, что вы все равно не сможете провести здесь ночь, - повторила она, словно пыталась вежливо объясниться с бандитом.
- Ладно, мы устроимся в лесу, - сказал меньшой мальчик. - Мы взяли с собой одеяла. Это вот они в чемодане. Пошли.
- В лесу! - сказала она. - Ну нет! В лесу сейчас очень сухо, я не могу позволить, чтоб курили в моем лесу. Вы можете устроиться в поле, вот здесь, у дома, где нет деревьев.
- Где она сможет за вами приглядывать, - чуть слышно подхватила девочка.
- В ее лесу! - пробормотал старший мальчик, вылезая из гамака.
- Мы в поле ляжем, - сказал Поуэлл, так, словно и не к ней обращался. Его спутники уже двинулись, он поспешил за ними. Женщины остались сидеть рядом с черным чемоданом.
- Ни тебе спасибо, ни чего, - заметила миссис Причард.
- Они только поигрались тем, что мы им дали, - с горечью сказала миссис Коуп.
Миссис Причард заметила, что, может быть, им не понравилось, что это не крепкие напитки.
- Но они действительно казались голодными, - сказала миссис Коуп.
К вечеру мальчики появились из леса, грязные и потные, подошли к заднему крыльцу и попросили воды. Есть они не просили, но миссис Коуп была уверена, что они хотят.
- У меня только холодная цесарка, - сказала она. - Как, мальчики, хотите, я дам вам мяса и бутербродов?
- Не стану я есть лысую птицу, - сказал малыш. - Курицу или индейку еще бы съел, но цесарку - не, не буду.
- Ее даже собаки не жрут, - сказал старший. Он снял рубашку и заткнул ее сзади за пояс хвостом. Миссис Коуп избегала смотреть на него. У малыша была царапина на руке.
- Вы ведь не стали кататься на лошадях, верно, раз я вам не разрешила? - произнесла миссис Коуп с подозрением, и они в один голос ответили "Нет, мэм" - так в сельских церквах хором повторяют "Аминь".
Она вошла в дом приготовить бутерброды и, стоя на кухне, вела с ними беседу: расспрашивала, чем занимаются их родители, сколько у них братьев и сестер и в какую школу они ходят. Мальчишки отвечали коротко и односложно, пихая друг друга и посмеиваясь, словно в ее вопросах был какой-то скрытый смысл.
- А кто у вас учителя в школе - мужчины или женщины? - спрашивала она.
- И те, и другие, а иной раз и не разберешь, - прыснул старший мальчик.
- А твоя мать работает, Поуэлл? - спросила она поспешно.
- Она спрашивает, работает ли твоя мать! - взвизгнул маленький. - Он прямо-таки ошалел от этих лошадей. Его мать, она на фабрике работает и оставляет его следить за малышами, но ему они по барабану. Скажу вам, леди, он как-то раз засунул своего братишку в ящик, да и поджег его.
- Уверена, что Поуэлл не способен на такое, - она вынесла тарелку с бутербродами и поставила на крыльцо. Они мгновенно опустошили тарелку, миссис Коуп подняла ее и застыла, глядя на закатное солнце прямо перед ними, точно над верхушками деревьев. Солнце, разбухшее и огненное, повисло в сети драных облаков, словно готовясь прожечь ее и свалиться в чащу. Из верхнего окна девочка видела, как мать поежилась и прижала руки к бокам.
- Нам есть за что благодарить Господа, - внезапно сказала миссис Коуп скорбно-изумленным тоном. - А вы, мальчики, благодарите перед сном Господа за то, что Он сделал для вас? Благодарите Его за все?
Ее слова привели их в замешательство. Они кусали бутерброды так, словно те стали безвкусными.
- Так как же? - настаивала она.
Они застыли, точно воры. И жевали беззвучно.
- По крайней мере, я это делаю, - подытожила она, повернулась и вошла в дом, и девочка сверху видела, как мальчишки вздохнули облегченно. Старший разминал ноги, точно выбираясь из капкана. Солнце пылало так пронзительно, что казалось, готово поджечь все вокруг. Белая водонапорная башня отсвечивала розовым, а трава неестественно позеленела, словно стала стеклянной. Девочка внезапно высунулась из окна, скосила глаза, резко высунула язык и захрипела так, будто сейчас ее вытошнит.
Большой мальчик поднял глаза и уставился на нее.
- Боже мой, - пробормотал он, - еще одна баба.
Девочка отпрянула от окна и застыла, прижавшись к стене, яростно щурясь - точно ее ударили по лицу, и она не может понять, кто это сделал. Как только они ушли с крыльца, она пошла на кухню, где миссис Коуп мыла посуду.
- Если мне попадется этот высокий мальчишка, я из него дух выбью, - сказала она.
- Держись подальше от этих ребят, - миссис Коуп резко обернулась. - Приличные дамы ни с кем не дерутся. Держись от них подальше. Утром они уедут.
Но утром они не уехали.
Когда после завтрака миссис Коуп вышла на крыльцо, она увидела их: они стояли, пиная ступеньки. Почуяли запах бекона, который она ела на завтрак.
- Ну и ну, мальчики! - сказала она. - Я думала, вы пойдете дядю встречать.
На их лицах было такое же выражение острого голода, огорчившее ее вчера, но сегодня оно ее не взволновало.
Старший мальчик мгновенно отвернулся, а малыш присел на корточки и начал возиться в песке.
- Нет, мы не пошли, - сказал Поуэлл.
Старший мальчик искоса глянул на нее и изрек:
- Нам от вас ничего не надо.
Он не видел, как расширились ее глаза, но не мог не заметить значительную паузу. Помолчав, она сказала изменившимся голосом:
- Не хотите ли, мальчики, позавтракать?
- У нас с собой много своей еды, - сказал старший мальчик. - Нам вашей не надо.
Она не сводила глаз с Поуэлла. Его худое бледное лицо было обращено к ней, но, казалось, он смотрит сквозь нее.
- Вы ведь знаете, мальчики, что я вам рада, - сказала она. - Но я надеюсь, вы будете вести себя как следует. Вести себя как приличные люди.
Они стояли, глядя в разные стороны, словно ожидая, когда она уйдет.
- В конце концов, - тут голос ее сорвался, - я тут хозяйка.
Старший мальчик насмешливо хмыкнул, все трое повернулись и пошли к амбару, оставив ее, ошеломленную, точно среди ночи ее выхватил луч прожектора.
К дверям подошла миссис Причард и застыла в проеме, прислонившись к косяку.
- Полагаю, вы знаете, что они вчера весь день катались на лошадях? - сказала она. - Украли из конюшни уздечку и катались. Холлис их видел. Вчера он выгнал их из амбара в девять часов, а сегодня утром из молочной - они были все в молоке перемазаны, будто прямо из бидонов пили.
- Какой ужас! - опустив руки, миссис Коуп застыла у раковины. - Какой ужас. - С тем же выражением лица она давеча выпалывала сорняки.
- С ними теперь не справишься, - сказала миссис Причард. - Наверняка на неделю тут застрянут, покуда уроки в школе не начнутся. Раз уж решили устроить себе каникулы в деревне, остается только смириться.
- Нет, я не смирюсь, - сказала миссис Коуп. - Скажите мистеру Причарду, чтобы загнал лошадей обратно.
- Да он уж загнал. Только вы не ровняйте тринадцатилетнего мальчишку и мужчину вдвое его старше. Кто разберет, что мальчишке взбрендит. Никогда не знаешь, что он затеет. Утром Холлис видел их за бычьим загоном, и старший спросил его, можно ли тут где помыться, а Холлис сказал, что негде, и что вы не хотите, чтобы в вашем лесу бросали окурки, а тот сказал: "Это не ее лес", а Холлис сказал, что ваш, а младший сказал: "Слушай, эти леса Божьи, и сама она тоже", а тот, что в очках, сказал: "Навроде как она и небом над этим местом владеет", а меньшой сказал: "Есть у нее небеса, да нету аэроплана, чтобы туда взлететь", а старший сказал: "В жизни не видел места, где столько чокнутых баб сразу, и как ты их только выносишь", а Холлис сказал, что достаточно с него разговоров, не стал им отвечать и пошел восвояси.
- Пойду скажу им, что они могут уехать на молочном фургоне, - миссис Коуп вышла, оставив на кухне миссис Причард и девочку.
- Послушайте, - сказала девочка, - я могу вышвырнуть их отсюда куда проще.
- Да ну? - пробормотала миссис Причард, насмешливо на нее глядя. - Это как же?
Девочка стиснула руки и оскалилась, изображая, что кого-то душит.
- Они с тобой справятся, - сказала миссис Причард довольным тоном.
Девочка поднялась наверх к окну, чтобы от нее избавиться, и увидела, что ее мать отходит от мальчишек, которые, сидя на корточках у водопроводной башни, едят что-то из коробки для печенья. Она услышала, как ее мать заходит на кухню и говорит: "Они сказали, что уедут на молочном фургоне, и ничего удивительного, что они есть не хотят - у них еды полчемодана".
- Тоже, небось, сперли, - сказала миссис Причард.
Когда появился фургон молочника, мальчишки куда-то исчезли, но, стоило ему уехать, они высунулись из прорехи в крыше телятника.
- Ну, как вам это нравится? - миссис Коуп застыла у одного из окон второго этажа, руки на бедрах. - И это не потому, что я им чем-то навредила - это их собственное отношение.
- Да тебе никто не угодит, - сказала девочка. - Я пойду и скажу им, чтобы сматывались немедленно.
- Ты к ним и близко не подойдешь, ясно? - сказала миссис Коуп.
- Почему? - спросила девочка.
- Я сама пойду и научу их уму-разуму.