Он взял в гардеробе свою шляпу и вышел на улицу. Перейдя железнодорожный путь, он остановился невдалеке и долго стоял в ночной темноте, погруженный в глубокое раздумье обо всем случившемся.
Глава 8
Канзас-Сити. Суд Роберты Уэйерхаузер. Наследство Херба
После того как Браш выписался из госпиталя в Канзас-Сити, он часто думал о том, что должен отыскать Роберту. Однажды на глаза ему попалась реклама частного сыскного агентства. Он позвонил управляющему и рассказал все, что знал о Роберте. И вот после длительных поисков агентство прислало ему письмо. В письме был указан подробный адрес той самой фермы и добавлено, что одна из дочерей хозяина фермы, мисс Роберта Уэйерхаузер, оставила родной дом больше года назад, приехала в Канзас-Сити и в настоящее время работает официанткой в китайском ресторане при отеле "Восходящее солнце".
Вернувшись в город, Браш после полудня отправился в этот ресторан. Он поднялся по узкой лестнице и на втором этаже попал в просторный зал, увешанный китайскими фонариками. Пол в зале поднимался ярусами к центральной площадке для танцев. На каждом ярусе стояли кольцом столики для посетителей. Браш выбрал место на самом верхнем ярусе, сел за стол и огляделся. В зале работали пять официанток. Браш принялся тщательно их разглядывать, со страхом думая, что, пожалуй, любая из них может оказаться его Робертой. Они были одеты в платья, отдаленно напоминающие китайскую одежду, и красные атласные брючки. На щеках у них помадой были накрашены круги, а дорисованные тушью брови круто загибались к вискам. Официантка, подошедшая к Брашу принять заказ, была высокой и сухопарой девушкой с копной желтых взъерошенных волос и угрюмым выражением лица.
- Что заказываете? - спросила она.
Браш пробежал глазами меню.
- А что у вас есть особенно вкусное? - спросил он, не торопясь с выбором.
- У нас все вкусное.
- Ну, может быть, тогда что-нибудь, что вы сами любите?
- Я все люблю. Я просто без ума от всего! - с холодной яростью ответила девушка и почесала карандашом голову. - Любое из блюд оставит у вас такое впечатление, что до конца жизни не забудете.
Браш поднял на нее глаза.
- Могу ли я узнать, как вас зовут? - спросил он.
- Разумеется. Можете спрашивать обо всем, что вам угодно, - ответила она. - Меня зовут Какваса. Я живу с матерью; телефона у нас нет. Я кончаю работу в четыре, но общаюсь с приятелями только дома. Я не люблю танцы, от кино у меня болят глаза. Что еще вы хотите узнать про меня?
Браш покраснел.
- Я вовсе не имел в виду что-то "такое", - произнес он тихим голосом. - Я только хотел узнать, нет ли среди ваших официанток девушки по имени Роберта Уэйерхаузер.
- И что же дальше? - спросила она с неожиданной яростью. - Зачем вам это знать! Кто вы такой?
- Я… я приятель мисс Уэйерхаузер.
- Отвечайте, кто вы такой! Кто-то ведь вас послал сюда?
- Так это вы - Роберта Уэйерхаузер?
- Нет. Это не я! - отрезала она. - Меня зовут Лили Уилсон, если уж вам приспичило. И знаете что, давайте-ка лучше займитесь своим делом и говорите ваш заказ, а я займусь своим. Так будет лучше!
Браш серьезно посмотрел на нее.
- Я задал вам вопрос, только и всего, - сказал он.
- Побыстрее. Что вы заказываете?
Она записала заказ и ушла, оглядев презрительно Браша. Но не сделала и десяти шагов, как наконец вспомнила его. Она испустила громкий стон и, обернувшись, посмотрела на него с ненавистью. Он, следивший за нею, встретил ее гневный взгляд. Тогда она быстро пошла, почти побежала, прочь. Еду ему принесла другая девушка.
Вечером он снова пришел в этот ресторанчик. Звучала музыка, танцевали. Большинство столиков было занято, и ему не удалось найти место на участке, где обслуживала Роберта.
На следующее утро он явился туда завтракать и сел за тот же столик, что и вчера. Он долго ждал появления Роберты и вдруг услышал над ухом гневный голос:
- Если вы еще раз придете ко мне, я скажу управляющему, и он вызовет полицию. Это я вам точно говорю.
- Роберта!..
- Не называйте меня так!
- Можешь ты уделить мне минут десять? Я хотел поговорить с тобой.
- Видеть тебя не хочу! Не хочу, и все!
- Роберта, мне кажется, у меня есть право на разговор с тобой.
- Никакого права!
- Послушай, многие месяцы я искал дом твоего отца. Я исходил всю округу. Я не знал, как тебя найти!
- И очень рада, что не нашел. Заказывайте побыстрее и больше не приходите.
Браш попросил что-то принести - он сам не запомнил, что именно.
Когда она принесла тарелки и принялась расставлять перед ним, он сказал:
- Я буду приходить сюда до тех пор, пока ты не согласишься поговорить со мной. Назови место, я буду ждать.
- А я не хочу. Я уволюсь отсюда, я сменю квартиру, я уеду туда, где ты не найдешь меня. Ты самый ненавистный мне человек во всем мире! Я не хочу видеть тебя и разговаривать с тобой не буду. Из-за тебя мне пришлось пережить такой ужас, что я больше не хочу и думать о тебе! Это все.
Управляющий-китаец, очевидно, понял, что у них происходит необычный разговор. Он прошел мимо как бы невзначай, с видом полного равнодушия. Роберта, заметив его, поспешила прочь. Управляющий задержался у столика, где сидел Браш, и спросил:
- Все в порядке, сэр?
- О да! - поспешно ответил Браш. - Вкусно. Очень вкусно.
Когда Роберта принесла заказанный десерт, Браш прошептал:
- Я хочу жениться на тебе, Роберта.
- Идиот!
- Все равно мы уже женаты, ведь так?
- Ты сумасшедший и к тому же дурак! - закричала Роберта и ударила его по щеке.
Она убежала. Браш достал конверт, положил в него тридцать долларов, лизнул намазанный клеем край, хорошенько прижал и написал свое имя, адрес и номер телефона.
Приблизительно в четыре часа хозяйка позвала его к телефону.
- Мне ваши деньги не нужны, - сказала Роберта. - Я их не возьму.
- Где я могу встретиться с тобой?
Последовала долгая пауза.
- Если вы обещаете не приходить больше в наш ресторан, я могу уделить вам несколько минут.
- Прямо сейчас? Можно, мы увидимся прямо сейчас?
- В шесть я должна быть на работе.
- Где ты сейчас?
- Я в закусочной, в Центре.
- Ты можешь через двадцать минут подойти к Публичной библиотеке?
- Думаю, да. Где это?
- Это, - сказал Браш, - угол Девятой и Локусты.
- Если я приду, - сказала Роберта, - вы обещаете, что это в последний раз? Обещайте, что вы оставите меня в покое.
- Роберта, этого я обещать не могу. Но я обещаю сделать все, чтобы не мучить тебя.
Последовало молчание, затем оба осторожно повесили трубки.
Роберта ждала его на углу. Холодный ветер становился все сильнее. Она держала в руке свою шляпку; другая рука сжимала конверт с деньгами Браша. Она смотрела в сторону.
- Привет, Роберта, - сказал он.
Она протянула конверт.
- Здесь все, что вы положили. Я ничего не тронула, - сказала она.
- Я не возьму, - ответил он. - Я буду должен тебе всю мою жизнь. Я до самого конца буду поддерживать тебя деньгами.
Она бросила конверт под ноги. Браш поднял.
По-прежнему глядя в сторону, она заговорила тихим гневным голосом:
- Я понимаю, вам хочется затащить меня куда-нибудь в уголок и… Не выйдет!
- Роберта! Ты не так меня поняла!
- Тогда чего же? Чего вы хотите от меня?
- Разве ты не понимаешь? Ты считаешь меня своим врагом! Это невыносимо! Мне невыносима эта жизнь, в которой не должны происходить такие вещи, и все-таки они произошли! Мы должны стать друзьями, Роберта, разве ты не понимаешь? Если ты позволишь мне хотя бы звонить тебе, я думаю, ты лучше узнаешь мой характер и, может быть, потом полюбишь меня. Потому что дружба с тобой для меня важнее всего на свете.
- Ну хорошо, хорошо. Я ничего против не имею. Называйте это дружбой, если хотите. Только не приходите больше в наш ресторан. И перестаньте за мною охотиться.
Браш умолк на мгновение. Затем сказал серьезным тоном:
- Мы с тобой уже муж и жена, и этого не переменить.
- Вы опять за свое. Мне даже вспоминать страшно о том, что было. Вы ненормальный.
- Роберта, я хочу поговорить с твоим отцом.
От этих его слов она пришла в смятение.
- Все! Хватит! - крикнула она. - Если вы это сделаете, я убью себя. Я не шучу. Я вам точно говорю: я убью себя!
- Тс-с! Тише! Не кричи. Роберта, я бы не хотел что-то предпринимать без твоего согласия.
- Ах, ты бы не хотел!
- Конечно нет. Послушай меня и не делай сумасшедшие глаза, когда услышишь, что я тебе скажу. Ближайшую неделю или полторы я буду в Канзас-Сити. Можно, я приду навестить тебя? Мы поговорим, пообедаем вместе, погуляем, а?
- Что толку в твоих разговорах, если ты все клонишь к одному и тому же - к тому, чтобы… Ты маньяк?
Браш молчал. Роберте было холодно, она дрожала.
- Я простыну из-за тебя, - сказала она, стуча зубами. - У меня нет охоты торчать тут в такую холодину. Ладно, я скажу тебе, что можно сделать в твоем положении. Моя сестра Лотти приедет навестить меня в Канзас-Сити в следующее воскресенье. Ты можешь сказать ей все, что захочешь. Она мне передаст.
- А ты сама там тоже будешь?
- Да.
- Где?
- Мы с сестрой встретим тебя здесь же, на углу, в четыре часа.
- Сегодня только вторник.
- Ничего. Я не хочу видеться с тобой до воскресенья. А то я тоже стану сумасшедшей.
- Можно, я напишу тебе?