Всего за 5.99 руб. Купить полную версию
Девочка
сияла. На лице ее появилось благоговейное выражение, руки слегка дрожалиот
радости. Элен качала ее очень тихо.
- Сильней, сильней, - прошептала она. Но Элен уже не слушала ее. Она не
отрывалась от веревки, сама проникаясь оживлением; щеки еепорозовели,она
всятрепеталаотдвижений,которымираскачиваладоску.Ееобычная
серьезность растворилась в каком-то товарищеском чувстве, объединявшем еес
дочерью.
- Довольно! - объявила она, снимая Жанну с качелей.
- А теперь покачайся ты, пожалуйста, покачайся,-пролепеталаЖанна,
повиснув у нее на шее.
Она страстно любила смотреть, как мать ее "улетает", - так называла это
девочка. Жанне даже больше нравилось смотреть,каккачаетсямать,нежели
качаться самой. Но Элен, смеясь, спросила у дочери,ктожееераскачает:
ведь когда она садилась на качели, то уж качалась не нашутку,авзлетала
вышедеревьев.КакразвэтотмоментпоказалсягосподинРамбов
сопровождении привратницы. Он познакомился с госпожой Деберль у Элени,не
застав последнюю дома, счел себявправеприйтивсад.ГоспожаДеберль,
тронутаядобродушиемпочтенногодругаЭлен,встретилаегочрезвычайно
любезно. Затем она снова углубилась в оживленную беседу с Малиньоном.
- Наш друг раскачает тебя! Наш друг раскачает тебя! - восклицала Жанна,
прыгая вокруг матери.
- Да замолчи же! Мы не дома, - сказала Элен с напускной строгостью.
- Боже мой, - проговорил господин Рамбо, - если это вас позабавит, як
вашим услугам. Уж раз мы в саду...
Эленначиналасдаваться.Вдевичьигодыонакачаласьчасами,и
воспоминание обэтихдалекихрадостяхнаполнялоеесмутнымтомлением.
Полина, сидевшаясЛюсьеномнакраюлужайки,вмешаласьвразговорс
непринужденной манерой взрослой, независимой девушки.
- Ну да, господин Рамбо раскачает вас... Апотомонраскачаетменя.
Ведь вы раскачаете меня, сударь, не правда ли?
Это победило последние колебания Элен. Молодость, таившаяся внейпод
внешнимбесстрастиемеередкойкрасоты,раскрыласьспленительной
непосредственностью. В ней проглянула простота ивеселостьшкольницы,без
малейшего следа чопорности. Смеясь, она сказала,чтонехочетвыставлять
напоказ свои ноги, и, попросивбечевку,перевязалаюбкиповышелодыжек.
Потом, стоя на доске качелей, держась раскинутымирукамизаверевки,она
весело крикнула.
- Качайте, господин Рамбо... Сначала потише!
ГосподинРамбоповесилшляпунаветку.Егоширокоедоброелицо
осветилось отеческой улыбкой. Он проверил, прочны ливеревки,погляделна
деревья, наконец, решившись, слегкаподтолкнулдоску.ВэтотденьЭлен
впервые сняла траур.