Всего за 169 руб. Купить полную версию
- Кстати, мужа ее призвали, - не стал вдаваться в излишние объяснения и сам "юродивый". - В звании старшего лейтенанта он теперь возглавляет ветеринарную службу при штабе кавалерийской дивизии и находится далеко от Степногорска. Так что позаботиться о ней больше некому, а оставлять ее в тылу - нельзя.
- План принимается.
- Я тем временем подготовлю к уходу нашу дражайшую Бонапартшу. Мой походный чемоданчик уже у нее. Уверен, что вы подъедете к ее дому. Под ваше "слово офицера".
- Считайте, что оно сказано.
- Поскольку ночью здесь уже будет вражеский десант, до темноты мы должны оказаться в районе Ингульца. Только тогда сумеем вырваться из смыкающегося кольца окружения. Наша основная задача - как можно скорее переправиться на левый берег Днепра, где сейчас готовится очередной рубеж обороны. Дальше - исходя из обстановки. Скорее всего, мы с госпожой де Жерми направимся в сторону Дона.
- То есть опять на Дон… - понимающе кивнул Гайдук, имея в виду, что именно туда уходили тысячи бывших царских офицеров, готовясь к формированию Белой гвардии. Он произнес это, уже стоя на подножке грузовика.
- Надеюсь, мой "белый" военный билет и справка из психбольницы, полученная не без вашей помощи, все еще не утратили своей силы, - вполголоса молвил Гурий. - Даже в военное время.
- Однако оставляю за собой право задать вам еще несколько вопросов, господин Смолевский. Уже сугубо из любопытства.
- Во имя укрепления доверия, - деликатно уточнил штабс-капитан.
31
Помогая Евдокимке переоблачаться, сестра-хозяйка, выступавшая здесь и в роли каптенармуса, не могла нарадоваться: "Вот что значит настоящая казачка! Вот что значит "девка в теле". Еще "теластее" будешь, нежели Корнева. Ну вот, и юбка, будто на тебя шита. И гимнастерка… Ничего-ничего, чуточку приталим, на два пальца укоротим. Главное, сапоги на ходу терять не будешь. Всех прочих женщин обмундировывать - одно сплошное наказание. Но ты-то… ты - настоящая фронтовичка".
- А, по-моему, все какое-то мешковатое.
- Ну, тоже мне претензии! Это ж не на заказ у модного модельера шито. Поносишь, привыкнешь…
Когда минут через двадцать они снова появились на крыльце, эскулап-капитан, дежурный врач Онищенко и Корнева как раз провожали четыре выделенных командиром дивизии крытых грузовика, на которых раненых увозили в тыловой госпиталь за Ингулец. Это было началом эвакуации всей медсанчасти.
- Если я верно понял, о твоей "солдатчине" мать еще не знает? - обратился капитан к Евдокимке, как только госпитальная колонна покинула территорию госпиталя.
- Ничего, я напишу ей об этом в письме, - легкомысленно заверила его курсистка.
- Интересно, куда ты собираешься ей писать, если дня через два здесь уже будут фрицы?
- Тоже правда, - с тем же легкомыслием признала его правоту Евдокимка. В эти минуты ее больше волновало мнение Корневой и мужчин о ее фронтовом одеянии, нежели переживания матери.
- Тебе хватит ночи для марш-броска домой, а также на солдатские сборы и прощание?
- Вполне. Недалеко отсюда, у знакомых, я оставила свой велосипед.
- В таком случае, не будем разводить бузу, - вскинул капитан руку с часами. - Кстати, смотайся в училище, постарайся взять справку о том, что ты училась в нем и проходила медподготовку. Пригодится. Не позже восьми ноль-ноль утра явиться в госпиталь и доложить!
- Хорошо, ровно в восемь утра, как сказано…
- Не "хорошо", а "есть!", - с упреком прервал ее начальник госпиталя. - И не "как сказано", а "как приказано".
- Учту. Скажите, оружие мне положено?
Капитан и Корнева заинтригованно как-то переглянулись.
- Может, тебе еще и пушку-сорокапятку вручить? - на ходу бросил невропатолог Онищенко.
- Лучше бы пистолет или карабин, - вполне серьезно уточнила курсистка.
- Так ты что, и стрелять умеешь?! - удивленно вскинула брови Корнева.
- Если товарищ капитан рискнет доверить мне свое оружие - продемонстрирую на стволе ближайшего дерева.
- Не рискну, - мгновенно отреагировал капитан. - Меня же первого и застрелишь.
- Не-е-ет. Это случится, только когда в руки оружие возьму я, - пообещала медсестра. - Вот тогда уж можете не сомневаться.
- Не разводи бузу, Корнева, - решительно покачал головой капитан. - Не доводи до уставного греха.
- До "уставного греха" - это как? Неужели существует еще и такой грех?
- Кстати, - проигнорировал ее начальник госпиталя, обращаясь к Евдокимке, - подполковник Гребенин только что звонил, судьбой твоей интересовался. Причем так придирчиво интересовался… Ты что, давно знакома с ним?
Степная Воительница замялась лишь на несколько мгновений, ровно настолько, чтобы скрыть свое удивление. Вот уж чего она не ожидала, так это звонка начальника штаба.
- Кажется, я вам уже говорила, что мой отец - старший лейтенант и служит при штабе дивизии?
- Кажется.
- Так вот, майор Гребенин - его двоюродный брат, а значит, мой дядя.
- Что ж ты молчала об этом? - стушевался капитан.
- Разве сам Гребенин не сообщил?
- Значит, еще сообщит, - подыграла ей Корнева. - Так что лучше сразу же наделите ее пистолетом, а то влетит вам, товарищ капитан. Может, даже в звании понизят.
- Опять ты свою бузу мерзопакостную затеваешь, Корнева?
- Кроме того, что подполковник интересовался, как я устроилась, - перебила их курсистка, - он еще что-нибудь сказал?
- Вызова в штаб не было, это точно.
"А жаль, мог бы и вызвать", - про себя отметила Евдокимка. Знал бы этот эскулап-капитан, как ей хотелось сейчас увидеть Гребенина! Просто взглянуть на него, хотя бы издали. Но девушка понимала, что задавать какие-либо наводящие вопросы по поводу начальника штаба было бы нетактично.
- Извините, уходит мое время, - поспешила она к воротам.
- Эй, товарищ капитан! У нас там, в кладовке, в углу карабин кавалерийский пылится, - всерьез восприняла ее просьбу сестра-хозяйка, заставив Евдокимку тут же остановиться. - От конника с оторванной ногой, что на операционном столе умер, остался. Короткий такой. Думаю, в самый раз будет; не то, что винтовка.
- Из такого, кавалерийского, я уже стреляла, - оживилась курсистка. - Неси его. Лучше пойдем вместе.
- Правильно. Теперь, когда все мужское сословие на пальбе помешалось, - поддержала ее Игнатьевна, пока они приближались к кладовке, - нам, бабам, тоже не грех вооружиться.
- Ну и зачем тебе оружие? - сурово поинтересовался капитан, когда, вернувшись во двор вместе с карабином, точно таким же, на каком обучал Евдокимку военному делу старшина Разлётов, сестра-хозяйка протерла его тряпочкой и торжественно передала девушке.
Евдокимка быстро проверила затвор, заглянула в ствол, определив, что его нужно бы почистить и смазать; убедилась в том, что магазин наполнен патронами. И лишь после этого, дав понять удивленным эскулапам, что оружие для нее - не в диковинку, ответила:
- Вдруг немцы прорвутся.
- Ну, теперь-то они вряд ли прорвутся, - заметила Корнева.
- Или десант выбросят, - курсистка демонстративно перебросила перед собой карабин из руки в руку, точно так же, как это делал эскадронный старшина. В руках этой рослой, крепкой девушки оружие вовсе не выглядело таким тяжелым и бесполезным, каким оно обычно предстает в руках многих других женщин. - А то еще на диверсанта немецкого наткнусь, к его несчастью.
- Какой десант, какие диверсанты в этом городке? - опять возник на крыльце лейтенант Онищенко, и только сейчас Евдокимка обратила внимание, что он без портупеи, а значит, и без оружия.
- Считайте, что с этой минуты, товарищ лейтенант, на одного стрелка в стране стало больше. К слову, позавчера летчика сбитого немецкого самолета в плен взяла я. Правда, увидев меня, пилот расщедрился на комплимент и тут же застрелился, - приврала курсистка.
- А что еще ему оставалось делать? - попытался изобразить ухмылку на лице невропатолог. - Завидев тебя в бою, многие тут же будут кончать жизнь самоубийством.
- Угу, причем не только немцы, - тут же согласился с ним эскулап-капитан.
- Вот вы язвите, товарищ капитан, а за немецкого пилота мне уже наверняка медаль положена. Сам командир морских пехотинцев назвал меня Степной Воительницей. Так что взяли бы да походатайствовали о награждении, - и воинственно держа карабин в опущенной руке, словно уставший, только что вышедший из боя солдат, Евдокимка направилась к воротам госпиталя.
- Хотелось бы видеть тебя в бою, - бросил вслед ей невропатолог. - Интересно, под пулями ты будешь такой же бедовой?
- Эта - да, будет, - вступилась за нее Корнева. - Она у нас и в самом деле… Степная Воительница.