Вот, значит, познакомились мы в сорок первом. Она нашу роту из окружения выводила. А после лесами вела... Короче, стали мы вроде как муж и жена. Потом она вернулась, мы дальше пошли. Как счас помню, говорю ей: "Прощай, Глафира Иванна!" А она мне: "Не говори так, Сема. До свидания..." Я опять свое, она в слезы...
- Семен! - Стрекалов поднял руку. - Давай попробуем. Вроде нет никого.
Драганов не ответил. Он молча раскладывал возле себя трофейные гранаты.
- Семен! - сказал Стрекалов. - Мы должны уйти, понимаешь?
Драганов молчал.
- Ты что? - Стрекалов толкнул друга в плечо. - Не слышишь?
- Слышу, - Семен впервые поднял глаза. - Я ведь все понимаю, Саня. Ты свое дело сделал, тебе можно и за медалью рвать, а для меня одно осталось... Ну, чего уставился? Не узнаешь?
- Товарищ старший сержант Драганов!
- Брось, Саня. Был Драганов, да весь вышел. Поминай меня теперь как убиенного на войне Семку Драгана. Мать говорила, будто это и есть моя настоящая фамилия: отец-то хохол был... А тебе я пособлю. Пособлю, Сань, не сомневайся.
- На чужом хребте в рай собрался? Хорош! Драганов выпучил глаза от изумления.
- Ты что, офонарел?
- Легкой смерти ищешь, да? Вы, дескать, тут деритесь с фрицами, освобождайте, спасайте, а я по-быстрому! Чтоб без мучений! Эх ты! Ребята небось думали: Семен отомстит... Черта лысого! Он в рай собрался. Дурак! На, бери свои гранаты, подорвись на них, я знаю, это легко, только кто потом из твоего автомата стрелять будет, знаешь? Фрицы! Возьмут и выстрелят в меня, в твою Глафиру, в любого из твоих друзей!
Сашка перевел дыхание. Семен слушал, по-бычьи опустив голову.
- Все?
- Все.
- Агитатор... Думаешь, сейчас Семен Драганов слезу пустит? Нет, Саня, далеко тебе до нашего замполита. Тот, если начнет мораль читать, - до кишок продирает... А в одном ты прав, кореш: рано я в рай собрался. Так и быть, ради тебя еще немного погуляю.
Он стал рассовывать по карманам "лимонки".
- Давно бы так.
Стрекалов первым пошел к выходу и осторожно высунул голову из землянки. Снаружи отчетливо прозвучала команда:
- Русс, сдавайся! Стрекалов сделал шаг назад.
- Много их? - спросил Драганов.
Сашка не ответил. Так вот почему немцы не забросали землянку гранатами? Им нужны живые!
- Много их? - повторил Семен и тоже высунулся до плеч. Тот же голос прокричал снова:
- Сдавайтесь! Вы окружены!
- А это видел? - прокричал Драганов и выстрелил на голос. И тотчас пулеметная очередь ударила в бревна землянки.
- Санька, у них пулемет.
- Сам слышу, не глухой. Где он?
- Не знаю.
- А ну, еще раз!
Семен поднялся и, далеко выставив автомат, выстрелил одиночным. И снова пулеметная очередь - в верхний край дверного проема. Стрекалов - он прятался в это время за косяком - определил:
- Он справа, за грудой камней.
- Это ж совсем рядом! - обрадовался Семен.
- Да, близко, - подтвердил Стрекалов. Они посмотрели друг другу в глаза. - Повеселим фрицев, Сема?
- Напоследок - это можно, - согласился Драганов и громко крикнул: - Эй вы! Обождите стрелять! Мы вам тут подарочек приготовили.
Он подхватил ящик с РБМ, вышел с ним наружу, постоял, озираясь по сторонам, затем поднял рацию над головой. Но вместо того чтобы бросить ее на снег, с силой хрястнул о камни.
- Получайте!
Кто-то выстрелил из пистолета в воздух, заругался сердито. Драганов ввалился обратно в землянку, отошел от двери подальше. - Сань, пулемет накрыть - плевое дело. Это я сработаю. Ты сними гада с землянки - целит прямо в спину!
- Где остальные? - спросил Сашка.
- Метрах в сорока, за деревьями, полукругом. Ближе боятся... Давай все барахло в мешок.
- Зачем?
- Сейчас увидишь.
Драганов сложил в вещмешок питание к рации, два чьих-то тощих рюкзака, обломки дерева.
- Мало...
Стрекалов снял эсэсовскую шинель, свернул, отдал Драганову.