Всего за 169 руб. Купить полную версию
Забегая вперёд скажу, что интуиция меня не подвела. Хотя повозиться пришлось порядочно. Я почти не вылезал из кладовки, переворачивая горы бумаги. Иногда удивлялся собственной запасливости, находя справки, срок годности которых истёк сто лет назад. Иногда находил какие-то чертежи и схемы и надолго "зависал" над ними, пытаясь вспомнить, при каких обстоятельствах они были выполнены. Дела давно минувших дней! Сколько надежд и планов пылилось в этой кладовой! Они были сложены "до востребования". Но придёт ли их час? Может быть, лет через пять я наберусь решимости и отправлю всю эту макулатуру на растопку чьего-нибудь камина. Да хотя бы печки в дом Ольги и Вячеслава…
Ага! Кажется, что-то нашёл. Я стал бережно разбирать перевязанный бечёвкой увесистый пакет, завернутый в жёлтую оберточную бумагу. Именно его я искал, надеясь здесь обнаружить следы ускользающей от меня монеты.
В этом пакете я держал то, что составляло основу моей книги "Замок воина". Нет, рукопись я хранил в особой папке. А в пакете содержалось то, что ей предшествовало: старые фотографии, воспоминания людей, какие-то документы, мои собственные находки, зарисовки местности и тому подобное. Всё это хранилось для истории. Воспользоваться вторично этим материалом я больше не собирался. И, тем не менее – вот, пришлось…
Я стал бережно перебирать бумаги, надеясь обнаружить в них то, что меня интересовало. Наконец в руки попалось несколько пожелтевших листиков с описанием моих встреч с дедом Василием. Речь шла о старике, который однажды привёл меня на территорию усадьбы, где сейчас живут Ольга и Вячеслав. Я ребятам рассказывал о нём, впрочем, не называя имени этого человека. Думал, не пригодится. Но сейчас чувствую: дед Василий ещё напомнит о себе…
Ага, вот и нужное! Я стал читать: "…Сулима рассказала смешную историю. Она была связана с сорокой. Речь о птице. Очень любопытное создание! К тому же, наделена пытливым умом и особым отношением к людям. Однажды сорока выкинула такую штуку. Было это в юсуповском имении, которое в Коккозах (нынешнее Счастливое)…".
Я читал строчки, написанные когда-то собственной рукой, и улыбался. В самом деле, смешная ситуация, причём почти забытая. А ведь в своё время я даже хотел рассказ написать на её основе. Да как-то не пришлось.
Дочитав до конца, вдруг вспомнил, с каким воодушевлением поведал мне о ней дед Василий. Так красочно рассказывал… Я ещё раз перечитал полузабытые страницы и тут же углубился в собственные воспоминания. Они касались тех дней моей юности, когда я впервые попал в охотничий замок князя Юсупова, как стал невольным свидетелем тайн, скрытых до наших дней в этом заповедном месте, как познакомился с дедом Василием. Для меня это была настоящая удача! Мой пытливый ум находил всё новые и новые способы проникновения в тайны прошлого. В конце концов, спустя несколько десятилетий я написал "Замок воина". Но в эту книгу крошечный эпизод с сорокой не вошёл. Тогда, следуя сюжету, он был второстепенным, лишним. А вот сейчас, кажется, из забытья он выходит на первый план. Ай да сорока!
А в назначенный день я вновь приехал в Счастливое. Только теперь не на автобусе, а в грузовичке-трёхтонке китайского образца. За рулём был мой хороший знакомый по имени Василий (его звали, как и деда из моей юности!), который помог подкупить необходимый стройматериал и дал в придачу собственную бетономешалку. Я, конечно, был благодарен ему за такую помощь. И удивлялся лишь тому, что эта поездка проходила под "знаком Василия".
Хотелось сразу же рассказать ребятам эту историю с сорокой, но Василия-водителя задерживать было нельзя. Пришлось срочно разгружать грузовичок, перетаскивая мешки с цементом, арматуру и прочий строительный материал в дальний сарай.
А когда мой добровольный помощник уехал, Ольга, глядя на меня, воскликнула:
– На кого ты похож! Весь белый.
Ясно, я был в цементе. И прежде, чем войти в дом, требовалось принять ванную. Но так, как таковой в их доме не было, то я быстренько сполоснулся из ведра.
– Чаю хочешь? – предложил Кирилл.
Я, конечно же, не отказался. Надо сказать, что к тому времени Руданский завёз на машине песок и щебёнку, которые самолично перетаскал под навес. Вот, до чего же упрямый и настырный мужик! Строительных навыков – никаких. А прёт вперёд – как танк. Откуда столько энергии в человеке?
– Кстати, – сказал он, – я "отмахал" половину твоего "Замка воина". Занимательная вещица!
– Тебе понравилось? – обрадовался я.
– Даже очень. В тебе дремлет талант писателя.
Я засмущался. Какой из меня писатель! Так каждый может. Было бы желание и соответствующий "материал".
– А вот на счёт материала, – подхватил Кирилл, – ты напрасно прибедняешься. То, что ты собрал – уникально…
Мы ещё долго говорили о значении писательского труда, о селе Соколином и тех людях, благодаря которым был построен охотничий замок Юсупова. К концу нашей беседы я почувствовал, как сильно устал за этот день. И сил для того, чтобы рассказать историю о сороке, у меня не осталось. Я решил припасти её на следующий день. Тем более, что Кирилл явно не был готов её выслушать.
Но утро следующего дня выдалось суматошным. Руданский поднялся ни свет, ни заря, и тут же принялся устанавливать опалубку для заливки фундамента. Пришлось и мне просыпаться… Я начал подсказывать Кириллу какие-то тонкости, затем сам "завёлся" и быстро втянулся в работу. За день мы связали и установили каркас, который называется армированным поясом, и проверили работу бетономешалки. Вот теперь можно приступать к заливке фундамента и стен. Так что историю с сорокой я отложил на вечер…
А после ужина попросил Кирилла показать мне монету и фрагмент обнаруженного им подсвечника. Взяв в руки находки, я долго вертел их в руках, собираясь с мыслями, а затем сообщил, что для Руданского и хозяев дома у меня есть интересное сообщение.
Вскоре все трое расселись вокруг меня, как возле новогодней ёлки, и я начал наконец-то свой рассказ.
3
– Однажды в юности я попал в подземный ход, который начинался под замком князя Юсупова в Соколином. Вместе с моим другом мы обследовали его значительную часть. Именно там удалось обнаружить княжеский архив, вернее, бумаги технического порядка, касающиеся строительства этого замка, а также фотоальбомы, книги и прочую дребедень.
– О! – воскликнул Кирилл. – Я только что прочёл об этом в твоей книге.
Он покосился на Ольгу и Вячеслава.
– Вот закончу книгу, дам вам почитать…
Обращаясь ко мне, Кирилл кивнул:
– Продолжай. Извини, перебил…
Я собрался с мыслями и продолжил:
– Нет нужды перечислять то, что нам удалось обнаружить. Руданский прав, в своей книге я перечисляю наши находки достаточно точно. Но об одной хотелось бы сказать особо…
Не говоря больше ни слова, я взял в руки фрагмент подсвечника и поднял его над головой.
– …точно такой же подсвечник мне повстречался в подземельях замка. Буквально – его собрат, двойник. Если бы я лично не оставил его там, в подземелье, то вполне мог подумать, что держу в руке именно тот.
– А может быть это он и есть? – с сомнением в голосе спросил Вячеслав. – Мало ли, как жизнь складывалась у него. Вот смотри – он повреждён. Значит, потребовались какие-то обстоятельства, чтобы специально, видно по месту слома, нарушить его целостность.
Кирилл взял у меня из рук свою находку и, повертев перед глазами, положил на стол.
– Я с особой тщательностью перерыл всё вокруг места его обнаружения. Но второй, то есть нижней части подсвечника в земле не нашёл.
– Так её там и быть не могло! – воскликнул я.
– Почему? – удивилась Ольга.
– Сейчас расскажу…
Тот подсвечник, который находился рядом с архивом князя Юсупова, тоже был без нижней части, сохранилась лишь его верхняя часть, куда вставляют свечу. Я ещё подумал, зачем понадобилось прятать в схроне от людских глаз то, что надо попросту выбросить? Но ответ на свой вопрос не получил.
По прошествии времени, познакомившись с дедом Василием, я рассказал ему эту историю.
– А кто такой, этот дед Василий? – не поняла Ольга.
– Это из книги, – пояснил ей Кирилл, – тот старик, который привёл Кира в "наш" дом. Так ведь?
Я согласно кивнул головой.
– …и, вот что он мне поведал. Оказывается, действительно существовало два одинаковых одно рожковых подсвечника. К тому же, есть и некая история о том, как они оказались в семье князя Юсупова. К сожалению, в своё время я её не записал, понадеявшись на память, а вот сейчас вспомнить не могу.
Поэтому буду говорить лишь о той её части, которая касалась последнего эпизода, известного лично мне. Когда архив князя Юсупова был спрятан под землёй, по совету суфии Шариде, о которой скажу позже, был проведён особый ритуал. Он должен был помочь оградить это место от проникновения в него посторонних лиц. А подсвечник использовался ею как оберег. Если его тронуть…
Тут я засмеялся, вспоминая, чем закончилось моё посещение Юсуповских подземелий в юности. О том, что в какой-то миг дикий страх вселился в наши с другом сердца, когда мы услышали лязг затворов, скрежет закрывающихся металлических дверей и пулей вылетели оттуда. Больше спускаться под землю тогда ни я, ни мой друг не желали. И дали друг другу слово никому не рассказывать о наших страхах и проявленном малодушии, а также о самих подземельях и обнаруженном там архиве. И пока надо мной довлела эта невидимая сила – и я молчал!
– Разделили надвое подсвечник по просьбе Шариде, – продолжил я, – в знак взятого обета. И ещё чего-то. Дед Василий этого не знал. Он лишь был уверен, что подсвечник сломали специально.
– А кто такая Шариде? – не унималась Ольга. – Ты обещал сказать.