Всего за 69.9 руб. Купить полную версию
Мы считаем, что рассматриваемая нами проблема благоразумной жизни на самом деле представляет собой осмысленную антропологию в её всевозможных модусах. Исследования в сфере этой антропологии затрагивают все аспекты человеческой жизни. На наш взгляд, на сегодняшний день обсуждение проблематики "благоразумной жизни" являются жизненно необходимо, и полемика на этот счёт должна развиваться более живо и всесторонне. Нужно, чтобы в этой дискуссии принимали участие лучшие умы, достигшие совершенства. Подобного рода дискуссии относительно "благоразумной жизни" не должны проходить в ограниченном кругу. Тем самым, человечеству будет навязана ещё одна проблема в дополнение ко всем уже имеющимся – вместо того, чтобы подготовить почву для отказа от парадигмы "сугубо естественным существованием" со всей ограниченностью кругозора его приверженцев (это одна из их явных характеристик последнего!) в пользу осмысленной благоразумной жизни.
Коран и удовлетворённость естественной жизнью
В Священном Коране имеются прямые указания на несозревшее начальное довольство со всеми его мотивами и причинами, рассмотренными нами: "Неужели предпочитаете вы жизнь в мире этом жизни в мире будущем?" (К, 9:38)
Без сомнения, под ""мирской жизнью"" подразумевается "сугубо естественное существование", которое противопоставляется "чистой жизни" и "аргументированной жизни" (жизни, которая зиждется на ясных доводах и доказательствах). Об этом очень красноречиво говорится в кораническом стихе: "И погиб тот, кому суждено было погибнуть, чтобы остался в живых тот, кому предначертано это было с ведома [Божиего]" (К, 8:42), а не о жизни в её общем понятии, жизни полной подъема и развития. "Когда была ниспослана сура [в которой говорилось]: "Веруйте в Аллаха вместе с Посланником Его, ратуйте [во имя Его]", – стали просить тебя зажиточные мунафики [освободить их от участия в походе], говоря при этом: "Оставь нас, пребудем мы в числе [в тылу] остающихся". Были довольны они тем, что оказались среди домоседов. Печать [неверия] наложена на сердца их, и не разумеют они [ничего]. Однако боролись во имя Аллаха Посланник и те, кто уверовал вместе с ним, [жертвуя] имуществом своим и [рискуя] жизнью. Им-то и уготованы райские блага, они-то и есть преуспевшие" (К, 9:86–88)
В этих священных айатах говорится о людях, для которых радость жизни заключается в богатстве и власти: довольствуясь "сугубо естественным существованием", они отказываются от усилий на Божественном пути и не стремятся пожинать плоды благоразумной жизни, Как говорил Маулана: "Мне не нужны глаза, поскорей ослепи меня!" Примечательно, что эти люди, обожествляя благополучие, словно запечатывают свои сердца. Для сохранения своего текущего комфортного состояния в объятиях "сугубо естественной жизни они "отключают" свою способность к пониманию и рефлексии.
"Воистину, тем, кто надеется, что не предстанет перед Нами, довольствуется жизнью в мире этом и находит в ней покой, а также тем, кто пренебрегает айатамиНашими, – всем им прибежищем будет адский огонь [в наказание] за то, что совершали [они]" (К, 10:7–8)
Если вы обратите свое внимание на эти два айата, вы обязательно заметите, что все три понятия – довольство "сугубо естественной жизнью, уверенность в ней и пренебрежение Божественными айатами – упоминаются одновременно. Принимая во внимание это примечание, можно сделать вывод, что между этими тремя понятиями существует некая связь: это либо причинно-следственная связь, либо указанные понятия сопряжены друг с другом иным образом, либо же они просто перечислены друг за другом в данном конкретном айате. Разум подсказывает, что все эти факторы заставляют человека отречься от благородной жизни и аргументированной жизни, каковой и является благоразумная жизнь. Поэтому, можно сказать, что именно отсутствие надежды на встречу с Господом, довольство сугубо естественной жизнью, а также невнимание к Божественным айа-там вынуждают человека выступить против осмысленной благоразумной жизни, к которой тяготеет истинная природа человека. Священный Коран противопоставляет эту тягу примитивному незрелому довольству сугубо естественным существованием., Стремление к осмысленной благоразумной жизни ("благородной жизни", "жизни, в основе которой находятся ясные доводы") приносит удовольствие наивысшего порядка, что, в свою очередь, является результатом связи между мыслящим человеком и Аллахом:
"О, душа, покой обретшая! Вернись к Господу своему снискавшей радость и довольство! Войди в круг рабов Моих! Войди в рай Мой!" (К, 89:27–30).
Душевный покой и удовлетворение, о которых идёт речь в этих айатах, предваряют собой возвращение к Господу. Именно они делают человека достойным встречи с Аллахом и вхождения в круг Его рабов. Этот душевный покой снисходит на человека благодаря его деятельности и развитию его личности. Препятствует же этому погружение в болото через обманчивые желания естественной жизни, впитавшей в себя беды и невзгоды других людей, а также стрессы и переживания, скрытые завесой самосознания человека.
Истина, заключающаяся в том, что мы должны предпринять всевозможные меры на пути создания почвы для осмысленной благоразумной жизни, представляется нам необходимо важной как с исторической, так и с человеческой точки зрения. Эта истина должна быть воплощена в жизнь, невзирая на различные виды самообмана, который используется для оправдания сугубо естественной жизни, а не остаться несбыточной мечтой или утопией. Этот о крик-вопль вырывается не только из груди Востока, колыбели цивилизаций, но и с грудей, переполненных переживанием за судьбу человечества, некоторых выдающихся философов и ученых Запада – таких, как Альфред Норт Уайтхед:
"Мы достигли того момента, когда курс истории зависит от спокойной достоверности, являющейся результатом религиозного мнения народа".
II
Благоразумная жизнь
Вначале этого вступления коротко рассмотрим одну проблему из области антропологии. Потом же мы перейдём к обсуждению смысла айатов Корана, в которых прямо указано на необходимость вести осмысленную благоразумную жизнь.
Наша антропологическая проблема заключается в существовании неощутимой связи между такими феноменами, как "человеческая жизнь как она есть" и "человеческая жизнь, какой она должна быть". К сожалению, большинство учёных-гуманитариев не уделяет этой теме должного внимания.
Вне всякого сомнения, без учёта этого тонкого нюанса в ходе исследований в области гуманитарных наук возникнет множество проблем. Изучая мир, мы не можем позволить себе диктовать, какими должны быть законы Вселенной, существующие в ней взаимосвязи и составные частицы. Наше знание о природе воды, состоящей из двух химических элементов (кислорода и водорода), находящихся в определённом соотношении, не даёт нам оснований приказывать: "Эй, вода! Твое состояние верно, так держать" или же: "Эй, вода! Твоя формула ошибочна, и ты самостоятельно должна исправить эту ситуацию". Ибо вода всегда остается водой и от одного нашего совета или приказа никаких перемен в её составе не произойдёт. В сфере же гуманитарных наук дела обстоят совсем наоборот, бо когда какой-нибудь учёный-гуманитарий выносит на обсуждение вопрос, связанный с природой жизни или же с человеческой психикой, каждый начинает переносить его лично на себя: "Исходя из исследования этого ученого, мне присущи такие-то качества. Что же я должен делать для развития и сохранения этих качеств или же, наоборот, для того, чтобы избавиться от них? Как можно на них повлиять?"
Именно поэтому мы берёмся утверждать, что если в наше время не найдутся мыслители, которым удастся доступно объяснить нам суть высшего единства жизни (с учётом разницы между "жизнью как она есть" и "жизнью, какой она должна быть", безвозвратно исчезнет надежда на устранение преград на пути умственного и духовного совершенствования человечество, а также на решение фатальных проблем. Мы должны осознать, что жизнь – это не кусочек камня, отдельно существующий от человеческой натуры – если бы это было так, было бы не сложно разграничить жизнь, какая она есть и жизнь, какой она должна быть; ибо камень податлив человеку, его можно обработать, как нам угодно, а жизнь – это феномен, в рамках которого сосуществуют действующая сила и объект воздействия, познание и объект познания, "властелин и подчинённый", Творец и творение. С жизнью не шутят! Шутки уместны в литературных произведениях, а не в отношении явления, не признающего шутки, под названием жизнь. Называя себя "заложником сложившихся обстоятельств", человек не только принимает свою жизнь такой, какая она есть, но и параллельно внушает себе мысль: "Я – раб принудительных факторов". И, наоборот, когда он говорит: "Человек обладает таким величественным качеством, как свобода", он даёт себе установку: "Я свободен". Это касается обычных людей, а когда мы слышим подобные вещи [о том, что надо принимать действительность такой, какая она есть] от передовых ученых-гуманитариев, это не стоит даже комментировать.