Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
— А здорово ты наших петушков раскидал!
— Не подоспей ты, чего доброго, намяли бы мне бока, — решил польстить Васе Павел Петрович. Конечно, он и один справился бы с этой подвыпившей компанией.
— Катька сама доводит до белого каления своего Петьку, — сказал Вася. — С вечера поцапаются, а на другой день воркуют, как голубки…
— А это дружки его, что ли? Выскочили из темноты, как черти из табакерки!
— Катькины братаны, — усмехнулся Вася.
— Им надо было поучить Петьку, чтобы руки не распускал, а они на меня набросились.
— Пили-то вместе с Петькой, — сказал Вася. — Петька свой, а ты — залетная птица.
Павел Петрович рассказал, что приехал поработать над повестью, да вот материала маловато… Его тема — Отечественная война, столько лет прошло! Старики и те уже мало чего помнят… Оказалось, бабку Дарью Вася знает, а вот живого писателя увидел впервые.
— Какой я писатель, — засмущался Павел Петрович. — Всего-навсего один рассказ напечатали.
— Есть тут у нас деды, которые в войну партизанили. — Вася, видно, загорелся желанием помочь молодому писателю. — Да и у нас в Клинах заслуженный партизан работает пасечником. Его мед на всю округу славится. Хочешь, я тебя отведу к нему?
— У него ульи в саду?
— Да. И медом угостит…
Шорохов не прочь был заглянуть к пасечнику. Чтобы поддержать разговор, просто так спросил, как здесь рыбалка.
— Если и есть где рыбалка, так это у нас! — еще больше оживился Вася. — Я знаю, Паша, озера, где на перемет можно взять судака и угря, а уж про щуку, окуня, леща я и не говорю!
— А кроме пасечника есть тут у вас бывшие партизаны? — перевел Шорохов разговор на интересующую его тему.
— Найдем мы тебе партизан! — развеселился Вася. Павел Петрович, видя, что новый приятель малость захмелел, стал подумывать, как откланяться да двигать к дому, — ему еще три километра топать через бор…
И тут Вася заявил:
— Послезавтра еду на турбазу, у меня отпуск с понедельника.
Павел Петрович забыл и про дом: вроде бы тут поблизости всего одна турбаза — «Солнечный лотос».
— И мне знакомые советовали пожить на какой-то турбазе, — проговорил он. — Смешное такое название…
— «Солнечный лотос»! — обрадовался Вася. — Турбаза нашей «резинки». Я туда и еду! Паша! — вдруг осенило его. — Айда со мной на пару? Директор турбазы — Володька Зыкин, мой дружок, гарантирую тебе финский домик на две койки… А какая банька на берегу у Володьки!
— А чего? — будто раздумывая, сказал Шорохов. — В Борках скукотища! Речка воробью но колено, правда, рыбак я не ахти какой…
Тут подошла Аня, и Вася поднялся во весь свой внушительным рост. Видно было, что перед девушкой он робел. Она ничего такого и не сказала, а он принялся оправдываться; мол, кроме пива, ни-ни! И товарищ писатель может подтвердить.
Товарищ подтвердил. Новые знакомые проводили его до околицы, Вася даже хотел подвезти на своем «жигуленке», но Шорохов отказался, да и Аня строго затормошила его за рукав — дескать, про пиво забыл?
— Домик будет в твоем распоряжении… — в который раз стал заверять Вася. — Володька Зыкин…
— Твой дружок, — с улыбкой подсказал Павел. Все-таки пиво ударило Васе в голову, — он, пожалуй, кружек пять влил в себя.
Шагая под звездным небом но сумрачному проселку в Борки, Павел Петрович размышлял о сегодняшнем вечере. Вот тебе и тихая деревенская жизнь! Столько неожиданных приключений выпало на его долю, даже драка, он вспомнил известную поговорку: «Третий — лишний». Сунулся выручить девушку, а она же тебя и обложила! Он пощупал вспухшую губу — ничего, к утру все пройдет. Поспешных выводов Шорохов никогда не делал, этому учили его в школе КГБ, но добродушный верзила Вася ему понравился. И очень кстати, что тот едет отдыхать на турбазу.