Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
И снова вспомнил слова тренера: «В кино часто показывают разведчиков этакими суперменами, которые способны лбом железную дверь прошибить… Этого делать не надо, но справиться в критической обстановке с несколькими противниками чекист обязан».
— Когда ты бросишь свои дурацкие шуточки? — укоризненно сказала Аня и повернулась к Павлу Петровичу: — Он это проделывает со всеми моими знакомыми… С ним боятся здороваться! Павлу Петровичу до смерти хотелось помассировать свои онемевшие, слипшиеся пальцы, но он по опыту знал, что скоро и так все пройдет.
— Чем занимаешься-то? — спросил Вася. — Небось каратэ? Или самбо?
— Всем помаленьку, — улыбнулся Шорохов. Приемы каратэ он тоже знал, и, если бы они схватились драться, наверное, Васе пришлось бы туго: в каратэ главное не сила…
— Каждое утро пудовые гири поднимаешь… — хихикнула Аня. — Куда тебе сила-то при твоей куриной профессии?
— Чтобы твоих ухажеров отваживать, — не остался в долгу Вася.
Заиграл оркестр, и Вася с Аней ушли танцевать. Павел Петрович подумал, что на этом, верно, кончится мимолетное знакомство на танцплощадке, но он ошибся. Когда объявили перерыв и оркестранты ушли покурить, Шорохов решил отправиться домой. Но едва он вышел из освещенного прожекторами круга света, как услышал где-то совсем близко девичий вскрик и матерщину. Недолго думая, метнулся к березе, укрывшей своей тенью скамейку у крыльца большого дома со слепыми окнами. Парень в белой, расстегнутой до пупа рубахе бил по щекам худенькую девушку в длинном платье, она закрывала лицо руками, темные волосы мотались у глаз, узкие плечи вздрагивали.
Павел Петрович легко свалил опешившего парня, повернулся к девушке и встретился взглядом с ее блестящими от слез глазами.
— Тебе-то чего тут надо? — сказала она. — Проваливай…
В следующее мгновение кто-то сзади ударил его кулаком по уху, и не сумей он отклониться — этот удар свалил бы его с ног. Краем глаза он видел, что парень в белой рубахе еще не успел подняться с земли, значит, появились другие… Удары сыпались со всех сторон — капитану Шорохову пришлось вспомнить приемы рукопашного боя, чтобы выстоять против еще двух подоспевших парней, к которым скоро присоединился и парень в белой рубахе. Дрались молча, с шумными вздохами, пыхтеньем. Девушки куда-то исчезла. Павел Петрович почувствовал солоноватый вкус крови на губах. «Не хватает, чтобы они мне еще физиономию попортили!» — мелькнула мысль. Один из нападавших, кажется, вышел из игры — пошатываясь, отошел в сторону и прислонился к забору, с губ его срывались крепкие словечки.
— Что за шум, а драки нет? — раздался знакомый зычный голос. И тут по земле закувыркался еще один парень.
— Своих бьешь, Вася! — всхлипнув, пробормотал он.
— Мои друзья трое на одного не нападают! — рявкнул тот.
…Потом они сидели в буфете, куда прошли через задний вход. В буфете за столиком были две пары. Рослая рыжеволосая буфетчица снова закрыла дверь на крючок и нацедила из алюминиевой бочки несколько кружек пенистого пива.
— Свежее, — заметил Вася. Пиво действительно было свежее, прохладное, Павел Петрович с удовольствием выпил две кружки. Аня не допила и одной. Слышно было, как снова заиграл оркестр.
— Тут накурено, — повела вздернутым носиком девушка. — Пошли?
— Иди, — разрешил Вася, — а мы тут еще по кружечке…
В него могла влезть и вся бочка. Вася рассказал, что работает в совхозе зоотехником, увлекается вольной борьбой, на флоте — он служил на Севере — был чемпионом округа, а здесь нет подходящих партнеров, так что потерял спортивную форму.
— Не мячик теперь жму, а куриц да цыплят щупаю, — рассмеялся он.