Всего за 149 руб. Купить полную версию
Арбитражная практика МКАС
По делу от 24 января 2005 г. № 68/2004 иск был предъявлен японской фирмой (истец) к российской организации (ответчик) в связи с неполным выполнением обязательств, в отношении которых произведена предоплата по контракту, заключенному сторонами 20 мая 2001 г. Истец требовал возврата суммы предоплаты и уплату предусмотренных соглашением сторон процентов, а также возмещения расходов по уплате арбитражного сбора и расходов по ведению дела через юридических представителей.
Согласно п. 1.3 контракта поставка товара в порт назначения должна была быть осуществлена до 31 декабря 2001 г.; "окончательным сроком" его действия устанавливается 1 января 2002 г. (п. 9.4).
К моменту окончания срока поставки и действия самого контракта ответчик не осуществил поставку части того количества товара, которое предусматривалось контрактом и предоплата за которое была произведена истцом. Начиная с января 2002 г. истцом заявлялись письменные требования ответчику о погашении его задолженности – возврате соответствующей части предоплаты и банковского процента – ввиду невыполнения им своих обязательств по контракту прошлого года, чего ответчиком сделано не было, несмотря на неоднократные обещания погасить долг путем оплаты или передачи товаров.
В соответствии с п. "б" ст. 33 Венской конвенции 1980 г. продавец должен поставить товар, "если договор устанавливает или позволяет определить период времени для поставки – в любой момент в пределах этого периода". В данном случае контракт содержал условие о поставке товаров в период с момента его заключения и до 31 декабря 2001 г., которое не было соблюдено ответчиком. Вместе с тем контракт предусматривал окончание срока его действия 1 января 2002 г., и, как следовало из переписки, стороны начиная с января 2002 г. исходили из того, что контракт "за прошлый год" прекратил свое действие, что однако не освобождало ответчика от ответственности за допущенное нарушение им своих договорных обязательств.
Венская конвенция 1980 г. не содержит специальных правил о последствиях прекращения договора ввиду истечения предусмотренного в нем срока его действия (в отличие от последствий расторжения договора). Что касается российского права, то в силу п. 4 ст. 425 ГК РФ само по себе окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение. Иными словами, поскольку в настоящем случае продавец допустил нарушение своих договорных обязательств, не осуществив поставку части товара до прекращения действия контракта, он должен нести за это имущественную ответственность.
Статья 487 ГК РФ содержит общую норму, касающуюся предварительной оплаты за товар, подлежащий передаче в будущем. Согласно этой статье, в случае когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок, покупатель вправе потребовать передачи товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом, с начислением процентов на эту сумму.
Несмотря на отсутствие в Венской конвенции 1980 г. специальных правил о последствиях прекращения договора, не подлежит сомнению обязанность продавца возмещать убытки, вызванные нарушением им своих обязательств по договору. В данном случае ответчик не поставил часть товара в пределах срока, предусмотренного договором, т. е. не исполнил свое обязательство по договору и Венской конвенции, ввиду чего покупатель в силу ее ст. 45 вправе "потребовать возмещения убытков, как это предусмотрено в ст. 74–77 " [74] .
Особо в контракте следует указывать право досрочной поставки, поскольку это связано и с досрочной оплатой. Если по общим правилам должник может исполнить обязательство до срока при условии, что это не противоречит закону, иным правовым актам или обычаям делового оборота, то в отношении контракта внешнеторговой купли-продажи товаров досрочное исполнение обязательства допускается только с согласия кредитора.
Следует отметить, что в отличие от срока поставки датой поставки следует считать дату передачи товара в распоряжение покупателя. Дата зависит от способа поставки и может быть определена:
датой документа, выдаваемого транспортной организацией, принявшей товар для перевозки;
датой расписки транспортно-экспедиторской фирмы в приеме груза для последующей отправки по назначению;
датой складского свидетельства в случае, если покупатель несвоевременно предоставит транспорт и продавец изменит свое право передачи товара на складское хранение за счет и на риск покупателя;
датой подписания приемо-сдаточного акта комиссией покупателя и представителем продавца и выдачи им покупателю сертификата на право собственности;
датой подписания приемо-сдаточного акта комиссией покупателя и представителем продавца после поставки последней партии, без которой невозможно использовать всю партию товаров (оборудования) [75] .
В практике внешнеторгового оборота срок поставки в контрактах может определяется следующим образом:
1) фиксируется календарный день поставки;
2) фиксируется период, в течение которого должна быть произведена поставка ("не позднее…", "в течение…", "ежемесячно до… числа");
3) немедленная поставка (в течение 1-14 дней в соответствии с торговыми обычаями);
4) как можно быстрее;
5) по мере готовности товара;
6) по открытии навигации и т. п.
Просрочка поставки
В случае если продавец просрочил поставку, покупатель вправе по своему выбору прибегнуть к средствам защиты, предусмотренным Венской конвенцией на случай неисполнения обязательств продавцом. Что касается просрочки в поставке, действуют следующие правила:
а) покупатель утрачивает право заявить о расторжении контракта в отношении поставленного товара, если он не сделает этого в пределах разумного срока, после того как он узнал об осуществлении поставки (п. 2 ст. 49 Венской конвенции);
б) покупатель вправе заявить о расторжении контракта, если продавец не поставляет товар в течение установленного покупателем дополнительного срока или заявляет, что не осуществит поставку в течение такого срока (п. 1 "Ь" ст. 49).
Арбитражная практика МКАС
По делу от 28 апреля 2005 г. № 121/2004 иск был предъявлен российской организацией (покупатель) к нидерландской фирме (продавец) в связи с поставкой с просрочкой запасных частей по контракту международной купли-продажи, заключенному сторонами 1 декабря 2003 г. на условиях СРТ пункт назначения в России согласно ИНКОТЕРМС-2000. Истец требовал уплаты договорного штрафа за просрочку поставки, а также возмещения понесенных им убытков, вызванных тем, что в связи с просрочкой поставки со стороны ответчика он не смог в срок выполнить обязательства по договору с третьим лицом, что повлекло расторжение третьим лицом договора подряда с ним (договор подряда являлся контрактом на срок, предусматривавшим изготовление подарочных изделий к определенной праздничной дате).
При рассмотрении требований истца по существу МКАС исходил из следующего.
Первое требование истца касается уплаты неустойки за просрочку поставки, предусмотренной п. 9.1 контракта. В статье 331 ГК РФ предусмотрено право сторон договора согласовать уплату неустойки в случае ненадлежащего исполнения обязательства. При этом соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.
Истцом и ответчиком было согласовано применение неустойки в случае просрочки поставки товара: согласно п. 9.1.2 контракта в случае, если просрочка поставки превышает 10 дней, продавец уплачивает покупателю штраф, исчисляемый из расчета стоимости не поставленного в срок товара в размере 0,5 % стоимости за каждый день опоздания. Таким образом, стороны в полном соответствии с требованиями ГК РФ и в надлежащей письменной форме согласовали применение неустойки на случай просрочки поставки товара.
Относительно периода просрочки поставки и суммы требуемой неустойки было установлено следующее. В соответствии с п. 3.1 контракта поставка товара должна была быть произведена в течение 10 дней с момента осуществления истцом оплаты. Обязательство по оплате товара было выполнено истцом своевременно и в полном объеме, что подтверждается копией платежного поручения от 3 декабря 2003 г. № 1, имеющейся в материалах дела. Однако поставка товара не была произведена ответчиком в срок, предусмотренный п. 3.1 контракта. Товар поступил в пункт назначения в России 1 марта 2004 г., что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями накладной и документа контроля за доставкой, оформленного таможней.
Таким образом, просрочка поставки товара ответчиком составила 67 дней. Каких-либо возражений относительно суммы неустойки со стороны ответчика не поступало.
Руководствуясь ст. 330 и 331 ГК РФ, а также п. 9.1.2 контракта, МКАС признал требование истца о взыскании неустойки обоснованным, доказанным надлежащим образом и подлежащим удовлетворению.
Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика убытков, возникших вследствие просрочки в поставке товара, МКАС пришел к следующим выводам. Понесенные истцом убытки представляют собой упущенную выгоду (ст. 15 ГК РФ), возникшую у него в связи с тем, что он был лишен возможности своевременно исполнить заключенный со своим контрагентом договор подряда, что повлекло отказ последнего от договора. Истцом представлен расчет размера убытков и даны пояснения по его составляющим. Каких-либо возражений относительно размера убытков со стороны ответчика не поступало. Проанализировав имеющиеся в материалах дела документы и заслушав пояснения представителя истца в заседании 31 марта 2005 г., МКАС, руководствуясь ст. 15 ГК РФ, признал требование истца о возмещении убытков в виде упущенной выгоды обоснованным и подлежащим удовлетворению [76] .