Всего за 355 руб. Купить полную версию
Концепт "город" в художественном мире писателей XX века предстаёт как амбивалентный символ, содержащий атрибуты старого и нового мира, объединяющий свет и тьму, мир природы и культуры, жизнь и смерть, свободу и ограничение, искусство и обыденность. Этот символический образ, активно использовавшийся писателями в начале двадцатого столетия, проанализирован на примере творчества Б. Л. Пастернака. Рассмотрение образа города в поэзии С. А. Есенина обнаруживает антиурбанизм в качестве отличительной особенности художественного осмысления концепта. Контрастность и двойственность города как одной из важнейших констант духовной жизни человека прослеживается и в творчестве писателей второй половины XX века: Ю. В. Трифонова и А. Г. Битова. Обзор произведений современных авторов показывает открытие ими новых граней концепта, в частности включение значений "мегаполис", "информационная среда" ("интертекст").
Анализ концепта "детство" в творчестве И. С. Шмелёва, Б. Л. Пастернака, B. C. Гроссмана, А. Г. Битова, Л. Е. Улицкой позволил выявить вектор динамики концепта в русской литературе XX века: от проникновения в особенности детского мировосприятия, с верой в лучшее и чудесное, открытостью миру и чистотой помыслов, через осознание значимости детства в становлении личности, – к теме ответственности за воспитание детей. Социальное наполнение концепта привносит в его художественную интерпретацию негативную коннотацию, на что обращают особенное внимание авторы второй половины столетия.
Концепт "дом" рассматривается нами как одна из ключевых аксиологических констант национальной концептосферы. Авторами статьи на примере творчества Б. Л. Пастернака, М. М. Булгакова, B. C. Гроссмана, В. Г. Распутина, Л. И. Бородина и других писателей показана динамика художественного наполнения концепта на протяжении XX столетия: усиление социального компонента за счёт традиционного ценностного, появление отрицательных коннотаций в эмоциональном слое концепта в начале века, осмысление развала дома как символа распада нравственных основ семьи и государства во второй половине столетия писателями-деревенщиками, утверждение идеи восстановления дома как духовной основы в литературе рубежа XX–XXI веков.
В русской литературе XX века активно воплощался универсальный эмоциональный концепт "любовь". Дуалистическое совмещение Божественного и дьявольского, духовного и плотского в образно-смысловом слое концепта ярко представлено в поэзии Серебряного века. В статье, посвящённой концептному анализу любви, рассмотрена динамика данной составляющей художественного мира В. В. Маяковского, многоаспектность художественной интерпретации любви М. И. Цветаевой. Религиозная трактовка концепта представлена на примере произведений И. С. Шмелёва. Амбивалентность осмысления любви отличает и художественную концептосферу А. Г. Битова, противопоставлявшего идеальную любовь, возвышающую человека, любви повседневной, связанной с бытовыми реалиями. Анализ репрезентантов концепта в творчестве Л. Е. Улицкой позволил выявить особенности авторской трактовки любви: акцент на интимной стороне любовных взаимоотношений мужчины и женщины и значимости родительских чувств.
Амбивалентность отличает и смысловое наполнение экзистенциального концепта "свобода", обнаруживающее себя в творчестве Б. К. Зайцева, А. И. Солженицына, B. C. Гроссмана, И. А. Бродского. Для религиозного писателя Б. К. Зайцева свобода заключается в добровольном выборе своего жизненного пути – стремлении к Богу и вечной жизни или уходу от Бога к смерти. В "лагерной прозе" А. И. Солженицына вопросы внутренней свободы личности усугубляются внешним ограничением лагерной и в целом государственной системой, обостряя для персонажей проблему выбора. К данному осмыслению концепта "свобода" близка трактовка свободы в прозе B. C. Гроссмана, где также актуализируется идея подвластности человека высшей (государственной) и вышней (надчеловеческой) воле. Анализ репрезентантов концепта в поэзии И. А. Бродского раскрыл индивидуальное осознание свободы как глубоко лирического и мировоззренческого конфликта человека (художника), находящего исход в творчестве, и государства.
При исследовании концепта "смерть" в художественной картине мира поэтов и писателей Серебряного века внимание сосредоточено на смысловой насыщенности экзистенциального концепта, обусловленной трагическими общественно-политическими событиями мирового и государственного масштаба в начале XX века. Семантическое поле концепта "смерть" в литературе данного периода включает следующие значения: избавление от земных жизненных тягот, подвиг и жертва во имя лучшей жизни, абсолютное зло, нивелирующее саму жизнь, отрицание бытия и другие. В статье рассмотрено художественное воплощение "страха смерти" в рассказах Л. Н. Андреева; осмысление смерти на войне Г. Я. Баклановым, К. Д. Воробьёвым, К. М. Симоновым; переплетение "хайдегерровской", абсурдистской и модернистской концепций смерти в творчестве А. Г. Битова; многообразие художественных репрезентантов концепта в поэзии И. А. Бродского; различные трактовки смерти в современной прозе на примере романов Л. Е. Улицкой, О. А. Славниковой и рассказов О. О. Павлова.
Вера в особую судьбу России является отличительной особенностью рассмотренного концепта "судьба" в творчестве поэтов Серебряного века, Б. К. Зайцева, B. C. Гроссмана, Л. И. Бородина. Художественный концепт "путь поэта", связанный с концептом "судьба", своей отличительной особенностью имеет включение мистического значения способности художника слова передавать в своём творчестве тайну Промыслителя. Трагические события в России начала XX века определили доминантное значение беспощадного рока в концепте "судьба", что наглядно демонстрирует анализ прозы Б. К. Зайцева. Противостояние войне как злому року определяет смысловое значение "судьбы" при изображении героя в прозе, посвящённой Великой Отечественной войне. Динамика осмысления и художественной репрезентации концепта "судьба" в творчестве Л. И. Бородина (от определения судьбы как "суда", с противостоянием ей лучших героев писателя, – к принятию судьбы как высшей непознаваемой справедливости, осознанию персонажами неразрывной связи судьбы России с судьбой каждого, а потому и ответственности за свой выбор) является показательной для национальной художественной концептосферы второй половины XX века.
Концепт "творчество" представлен как универсалия духовной культуры, в мировоззрении художников слова – необходимая составляющая жизни человека. Так, для Б. Л. Пастернака творчество определяет полноту и разнообразие жизни, её развитие. В драматургии В. В. Набокова данный концепт включает созидание ирреальных миров, берущих своё начало в сознании художника, а также многоликость творческих актов. Для В. Г. Распутина творчество становится основным инструментом познания внутреннего "я". Амбивалентность социального и личностного в ценностном слое концепта "творчество" исследована на примере прозы Б. Л. Васильева. Аксиологическая составляющая творческого процесса оказывается важной и при осознании природы и значения творчества писателем второй половины XX века Л. И. Бородиным.
Исследование эмоционального концепта "счастье" показало отличительную особенность осмысление данного феномена в русской культуре. Несомненная положительная коннотация концепта, наполнение его образами радости, гармонии, любви, блаженства взаимодействуют с пониманием счастья как судьбы, случая, порой разрушающих это счастье. В творчестве Б. Л. Пастернака счастье неразрывно связано с радостным принятием мира через творческий акт, что отличает мировоззрение художников начала XX века. При рассмотрении поэзии И. А. Бродского обозначилась трактовка счастья как мужественного принятия трагичного мира, работы души в спокойствии буден. Неразрывность счастья с несчастьем в представлении поэта отразила особенность мироощущения многих творческих личностей второй половины XX века, вынужденных бороться за счастье свободы. Схожее представление о счастье обнаруживается при анализе концепта в творчестве Л. И. Бородина, для которого счастье, связанное с понятиями любви, красоты, веры и чуда, обусловлено неминуемой расплатой за переживание блаженных мгновений. В произведениях Л. Е. Улицкой представлено "женское счастье": семья, любовь, радость материнства. Данное семантическое поле концепта включает и значения счастья, отличающие личность художника: творчество, свобода, вера. Таким образом, концепт "счастье" с начала столетия не претерпел существенных изменений ни в образно-символическом, ни в ценностном слоях, что может быть объяснено универсальностью концепта, его базовым аксиологическим характером.
Несомненно перспективным представляется дальнейшее исследование таких ключевых констант художественной литературы XX века, как "вера", "душа", "дружба", "жизнь", "правда", "родина", "совесть", "справедливость", что позволит дать более полное представление о динамике художественной концептосферы обозначенного периода. Изучение художественного концепта способствует проникновению не только в природу литературного творчества (порождение художественного смысла), но и исследованию художественной коммуникации, рассмотрению вклада литературы в развитие концептосферы народа: "Концепт оказывается инструментом, позволяющим рассмотреть в единстве художественный мир произведения и национальный мир".
Т. И. Васильева