Но, находясь и на социологической почве, Д.Н. Овсянико-Куликовский не порывает с потебнианством. Обдумывая вопрос о том, что есть национальность, он пишет об "объединении социальных групп в более обширную группу на почве общего языка, достигшего известной высоты развития и являющегося психическим основанием для коллективной умственной деятельности, стремящейся возвыситься над тем, что непосредственно дано в языке". Авторское выделение слов "язык" и "коллективная умственная деятельность" подчеркивает основной ход мысли Д.Н. Овсянико-Куликовского: значимость языка проявляется в творчестве, в мифе, в религии, превращающихся с языком "в психологическую форму". И в редактируемой Д.Н. Овсянико-Куликовским "Истории русской литературы XIX века" принципы психологической школы оказываются доминирующими.
По-другому подходят к изучению литературы ученые, занимающиеся общей психологией. В основе их подходов лежит мысль о необходимости выявления "мысли – речи – языка" как сложной саморегулирующейся системы. Это – нелинейные системы. Новая парадигма, укоренившаяся в психологии в терминах синергетики лишь в конце XX века, имеет своим основанием психологический анализ конца XIX столетия.
Для них художественное произведение – прежде всего материал для наблюдения и эксперимента. Психологическая наука в поисках новых объектов и методов изучения обращается к "сложным проблемам эстетической реакции". Именно так определяет свои задачи Лев Семенович Выготский (1896–1934) – автор трудов по развитию высших психологических функций и психологии искусства в предисловии к книге "Психология искусства", написанной в начале 20-х годов и опубликованной лишь в 1965 г. Еще в студенческие годы, слушая лекции Ю.И. Айхенвальда, интерпретировавшего литературные тексты в русле психологической школы, Л.С. Выготский задумывается над проблемами психологического воздействия искусства на читателя, что находит отражение в его раннем трактате о Гамлете (1916). Знакомство с психологией развивается у молодого ученого в связи с интересом к литературе и искусству. Высоко оценивая методы точного анализа формальной школы, Л.С. Выготский не приемлет представлений о тексте как о структуре. Полемизирует он и с А.А. Потебней, упрекая его за недооценку переживаний личности. Для него наиболее существенной представляется психологическая сторона художественного произведения. Его цель – "развить своеобразие психологической точки зрения на искусство и наметить центральную идею" на стыке "объективной психологии" и "нового искусствоведения". Глобальность поставленной задачи и ее, по определению автора, "синтетический характер" обусловливают сильные стороны концепции Л.С. Выготского. Подкупает живой интерес к фактам рождения и восприятия произведений искусства, широта кругозора и смелость автора, не опасающегося вступать в дискуссию с признанными авторитетами, давать оценки А.А. Потебне и 3. Фрейду, собственно анализ художественных произведений – от "Гамлета" Шекспира до басен Крылова.
В основе метода Л.С. Выготского – ассоциативная психология. При восприятии другого человека Л.С. Выготскому видится недостаточность понимания одних слов и мыслей. Недостаточно "и понимание мысли собеседника без понимания его мотива, без того, ради чего высказывается мысль". В психологическом анализе доходят до конца только тогда, "когда распознают последний и самый утаенный план речевого мышления, его мотивации".
Выготский Лев Семенович (1896–1934) – психолог, культуролог, теоретик литературы. Разрабатывал принципы локализаций высших психологических функций мозга. Изучая детскую психологию, пришел к мысли, что структура сознания – динамическая нелинейная система, в которой при общем методе анализа возможно выявить характер соответствующих психологических процессов.
Используя категории "материала" и "формы", разрабатываемые русской формальной школой, показал их соотношение в элементах художественного текста – в композиции, сюжете, фабуле, теме и идеи произведения. Применительно к художественной литературе продемонстрировал метод психологического анализа, при котором главное внимание уделял связям автор – произведение и произведение – читатель. Сравнительно сопоставительные параллели сближают метод Л.С. Выготского со сравнительно-исторической школой, а углубленное внимание к физиологической психологии с фрейдизмом ("Психология искусства", 1925). Внимание к соотношению сознания и речевой деятельности ("Мышление и речь", 1934) породило собственную школу в советской психологии, из которой вышли А.Н. Леонтьев, А.Р. Лурия.
Литература:
Выготский Л.С. Мышление и речь. – М., 1996.
Выготский Л.С. Психология искусства". – М., 1968.
Выготский Л.С. Собрание сочинений. Т. 1–6. – М., 1982–1984.
При подходе к литературе и к художественному образу превращение общепринятого значения в индивидуальный смысл возникает в процессе индивидуального опыта. Подобное превращение требует от автора и читателя психологического анализа. Именно так рассматривает Л.С. Выготский литературное произведение – эпос, лирику и драму Обратимся к классическому примеру – анализу Л.С. Выготским рассказа И.А. Бунина "Легкое дыхание". Л.С. Выготский обращает главное внимание на название рассказа. В русле системного подхода это глобальное определение, обусловливающее построение всех частей. В тексте выделяются "наименьшие фрагменты", сохраняющие свойства целого. Л.С. Выготского интересует "тайна порождения речи", то, как слова Бунина влияют на читателя. Основной сюжет ответа на вопрос не дает. Это рассказ о жизни гимназистки Оли Мещерской, в которой нет ничего романтического. Вскружившая голову гимназисту, ставшая любовницей пожилого приятеля отца и застреленная казачьим офицером, Оля Мещерская остается в круге банальности и пошлости того, что автор называет "мутью жизни". Ассоциативная психология строится через включение в анализ рассказа второго и третьего мотивов. Эта история классной дамы, не более романтичная, чем история Оли Мещерской. Разочарование в обожаемом брате, придуманная идея высокого служения просвещению и экзальтированная печаль по погибшей ученице, заставляющая даму посещать могилу на кладбище, – тоже "житейская муть". Внимание к стилю Бунина заостряется при анализе эпизодов, где нет высоких слов. Включение в текст дневника Оли еще более снижает романтику "Легкого дыхания". Слово "любовь" вообще ни разу не употребляется.
Разгадку названия, "самый утаенный план речевого мышления" Л.С. Выготский находит в психологическом подтексте, в переключении бытового плана на природный, философский, который выше и чище "житейской мути". Психологический анализ Л.С. Выготского строится на расщепленности сюжета, на "скачке" от повествования о жизни Оли и описания могилы с венком из искусственных цветов к pointe, к разговору гимназисток, подслушанному классной дамой ("Послушай, как я вздыхаю…"). Оля Мещерская живет, как дышит. И рассказ Бунина не о ней, а о легком дыхании.
Подобный прием психологического анализа, при котором линейное повествование получает новое направление, используется Л.С. Выготским при анализе "Гамлета" Шекспира. Цитируя мысль С.М. Эйзенштейна, ученый отмечает, что для разработки художественной формы необходимо, чтобы герой одновременно развивал и задерживал действие. Задержки действия у Л.С. Выготского – уход от линейного сюжета в подтекст, позволяющие фиксировать скрытые психологические мотивы. Позже Л.Я. Гинзбург назовет этот прием расхождением мотива и поступка.
В представлении Л.С. Выготского словесно выраженный художественный образ не одномерен, не линеен. Само русское слово "образ", как и латинская "форма", несет в себе и активное и пассивное начала, принимающие и образующие, ибо "где есть что-то образовавшееся, там было и образующее". Процесс формирования основной идеи рассказа у Л.С. Выготского есть сопряжение слова и поведения "как свернутое, сокращенное действие".