Всего за 370 руб. Купить полную версию
Вместе с тем в теории жанра повести остаётся больше вопросов, чем ответов. "Архаика" этого жанра, по сути, никогда специально не рассматривалась, чего нельзя сказать о романе, рассказе, новелле, очерке. Критики и литературоведы пытаются выделить какие-либо доминантные "признаки" повести: "аналитизм", "достоверность", "связь с непосредственностью жизни", особый тип повествования, при котором эстетически повышенной оказывается роль типических обстоятельств, запечатлевающихся в типических характерах, специфический сюжет, который не претендует на создание цельной и законченной картины мира и при котором события могут трактоваться символически и т. д. При этом определения, утверждаемые одними исследователями, как правило, вызывают небезосновательные возражения у других (например, об "аналитизме" или "достоверности" как свойствах жанрового содержания повести).
Одни авторы относят повесть к числу "рассказываемых" жанров и видят её отличительную особенность в том, что она "тяготеет… к эпичности, к хроникальному сюжету и композиции", "не имеет сложного, напряжённого и законченного сюжетного узла".
Другие, напротив, считают её принципиально "письменным" жанром или полагают, что типы повествования ("рассказываемый", "письменный") не могут быть положены в основу жанровых классификаций.
Третьи утверждают, что в повести имеется два типа повествования – собственно повествовательное и новеллистическое, романное (то есть в ней синтезируются качества "рассказываемого" и "письменного" жанров).
О жанровой специфике повести поставлен вопрос в некоторых обобщающих теоретических (Н.Л. Лейдерман, Н.П. Утехин, A. И. Кузьмин и др.) и историко-литературных (З.Ф. Канунова, В. Н. Захаров, Г.Б. Курляндская, В.С. Синенко, Е.А. Сурков и др.)работах. В этих исследованиях отмечается, что при дифференциации повести в ряду эпических жанров необходимо учитывать проблематику жанра, своеобразие сюжетно-композиционной структуры, тип повествования, особенности художественного времени, "объём сюжета, а не объём текста". То, что повесть как жанр не идентифицируется на основе количественного критерия ("размер текста") и предполагает анализ качественных характеристик жанра (проблематика жанра, жанровое содержание, специфика "тематической исчерпанности" и художественно завершающего оформления действительности (М.М. Бахтин), "объём сюжета", "объём жанрового события", концептуальный хронотоп, специфика нарратива и т. д.), показано в ряде работ последнего времени. Хотя Надеждин, а затем и, казалось бы, Белинский нередко отделяли повесть от романа только по объёму, тем не менее именно они поставили вопрос о повести как специфическом жанре. "Повесть есть тот же роман, только в меньшем объёме, который условливается сущностью и объёмом самого содержания", – писал Белинский в статье "Разделение поэзии на роды и виды". Критик не отождествлял роман и повесть, а указывал на общую родовую природу этих эпических жанров. Кроме того, объём повести он рассматривал не формально, а тесно увязывал его с жанровым содержанием ("сущностью и объёмом самого содержания"). Эти теоретические принципы жанровой дифференциации складывались постепенно. Сходные положения можно найти, например, в эстетике Гегеля, который объём произведения объяснял предметом и целями изображения. В русской критике до Белинского уже ставился вопрос о жанровых критериях художественной прозы. К.А. Полевой в статье "О русских повестях и романах" (1829) отделял повесть от других произведений по объёму и характеру изображения. Нельзя согласиться с Н.Д. Тамарченко, утверждающим, что якобы "ставший традицией" "количественный подход к проблеме определения и сравнительного описания эпических жанров серьёзному критическому анализу и пересмотру до сих пор не подвергался", несмотря на то что является "сомнительным".