Но по какому праву мертвой хваткой
Он душит нас? Как взял над нами власть?
Кто он таков? - Бродяга, вот и все.
Откуда он возник? - Из пустоты.
Куда идет? - Во тьму, в небытие.
Откуда он возник, туда и канет.
Пред вечностью, владыкой всемогущим,
Он только миг, число, смиренный раб.
Лишь захотеть - и покорим его,
Пусть тот, кто властвовал, согнется сам.
Согнуть его? Но мы в его руках…
Доколе же?………………………………….
V
Сын весь в отца; и даже не понять,
Когда пришел он старику на смену.
Кто говорит, что с год назад уже
Он тайно воцарился, и тогда
На двух девятках (словно вал девятый
Унес его) скончался старый век.
Иные спорят: сын отцу дозволил
Год протянуть и кончить жизнь нулем,
Тем доказав, что старое столетье,
Столь много обещавшее, ничем
Окончилось, что нуль дал нуль в итоге.
VI, VII
Кто ж матерью его был, кто отцом?
- Дух, Вечность, - говорят!.. Слова пустые.
Отец его - мещанский затхлый век,
А мать звалась Свободой. К ней стремился
Юнец, покуда жаркой кровь была.
Он Воли не добился, хоть подчас
Судачат - не осталась без последствий
Запретная любовь, но в жены все ж,
Как бюргеру почтенному пристало,
Взял Обыденность - тучную мещанку,
И сам стал постепенно торгашом,
Забыв порывы юности мятежной.
VIII, IX
Отец под старость вас стегал бичом,
Сын будет скорпионами язвить.
В крови по самый локоть, как мясник, -
Век входит к вам.
Витийствуя о мире, в то же время
Во имя просвещенья и культуры
Уничтожает целые народы,
А жертве, застонавшей под ножом,
Он зажимает рот: резня - ведь это
Обычные, домашние дела.
Так что ж кричать? А если кто кричит -
Тот бунтовщик…
X
Громами войн он путь свой начинает,
Вдали раскаты первые гремят,
И грубым басом "длинного Фомы",
Как плетью, хлещет он. Снаряды воют,
И сыплются свинцовые бобы.
"Концерт Европы" этот гул зовется:
В нем пушек гром, в нем тонкий визг "дум-дум",
Зубов железный скрежет, стон глухой
И лязг брони… Зато над этим всем,
То вкрадчиво, то словно издеваясь,
Небесный голос флейт поет, поет
О счастье, безмятежной тишине,
Добытых острым лезвием… Оно
Зовется дипломатией…
XI
Век хочет, чтоб царила тишь да гладь!
Чтоб не разила сталь, не били пушки
(Иль в крайнем случае пусть бьют беззвучно),
Чтоб смолкли крики, стихли стоны, - если ж
Кому невмоготу, - пусть за зубами
Язык свой держит. Сладу нет с болтливым,
Держи его под страхом, чтобы он
Не смел грешить… И крикуны тогда
Притихнут живо, изрыгать проклятья
На новый век не будут. Мир настанет -
Благоволение во человецех;
Тогда лишь при движенье резком могут
Оковы звякнуть, да и то чуть слышно,
Как бубенцы, обернутые в войлок;
Ведь так мягкосердечен судия,
Так сокрушается палач, рубя
Нам головы………………………
……………………………………..
XII
Так какова ж Лейпутрия - страна,
Где век минувший (в сновиденьях, что ли?)
Нам райское блаженство уготовил?
Мала она была… Не многим в ней
Попиршествовать вдосталь довелось.
Растаяла гора из каши быстро,
Исчезли чудом - озеро вина,
Заборы из колбас, мясные стены.
Пошло хозяйство прахом, и остались
От вожделенных издавна богатств
Лишь вытоптанные поля да кости
Обглоданные.
XIII, XIV
Попасть бы нам в Лейпутрию, в которой
Для всех нашлось бы место, а не только
Для избранных, для сотни объедал:
В страну, где все мечтанья стали б явью,
Где спину мог бы каждый распрямить,
Где б каждый мог на хлеб намазать масло
И мясо в супе что ни день найти,
Да к этому всему еще имел
Табак для трубки, сапоги, костюм
И по воскресным дням билет в театр;
Где досыта все пили бы и ели,
Как на толоке, поровну трудясь.
XV, XVI, XVII
Измучены тоской непреходящей,
Мы, люди, испокон веков томимся
По счастью, солнцу, воле и по хлебу,
Особенно по хлебу, да, по хлебу
Пшеничному - грош ломаный за фунт.
Ведь вместе с ним придет все остальное,
Что делает прекрасным Дух и Разум.
Пойми одно - нам имя Легион!
Мы поколенье молодости вечной,
И мы тебя, Владыка-Век, согнем,
Рабом ты будешь нашим. Nos vincemus!
И дети Солнца будут жить тогда
На белоснежной праздничной земле,
Жить, неизбывным счастьем наслаждаться,
Тем счастьем, что для них в кровавых муках
Мы добыли по тюрьмам и по ссылкам.
Поры не выжидаем, - смело мы
Вцепились в космы Времени седые.
Слова
Перевод Г. Горского
Все печали и радости света,
Чувства, что рвутся из сердца поэта -
Вряд ли бег вечности сдержат намного.
Нет уже слов, которые могут
Время перемещать
Ближе к цели хотя бы на пядь.
ПОД ТЕМНО-ЗЕЛЕНЫМИ КРЫЛЬЯМИ ОДИНОЧЕСТВА
Лик земли роса покрыла
Перевод Г. Горского
В дальних рощах солнце село -
Лик земли роса покрыла,
А на нем заря горела;И всю ночь роса копилась,
Лик земли сверкал, и зелень
Бисером росы искрилась;А наутро солнце всплыло -
Лик земли, росой блиставший,
Пеленою слез покрыло.
Светлое счастье
Перевод Г. Горского
Река безмерно длится
До горных облаков,
Небо к земле клонится
За далью ее веков;Где небу с землею слиться,
У самой далекой черты,
Там светлое счастье мне снится,
Там тонут невзгоды, там - ты.
Вечерний покой
Перевод В. Брюсова
На горизонте,
Тучами сжат,
Ало-багровый
Гаснет закат.
Где-то, мигая,
Тлеет костер.
Перепел крикнул.
В сердце - укор.
Тьма набегает.
Где же светло?
Холодом веет,
Никнет чело.
Вечность
Перевод В. Шефнера
Смотрел я долго
С нагорных высей
За дали далей,
В хаос надзвездный,Покуда взор мой
Не мог уж видеть
Тех гор, что скрыты
За далью горной,Тех звезд, что скрыты
За высью звездной, -
Покуда разум
Не впал в смятенье…
В кольце тумана
Перевод Г. Горского
Зачем, былое,
Так неустанно
Ты мучишь душу
В кольце тумана?Живешь, скитаясь
На белом свете,
Так ловко ловишь
Ты душу в сети.Сквозь сеть я вижу
Берез раздолье,
Но так томится
Душа в неволе.Ко дням минувшим
Дороге виться,
Плывут виденья,
Мелькают лица.
Сердцу тяжко
Перевод Г. Горского
Грустно дышит,
Тяжко дышит
Мать-землица.Над осенними
Лугами
Пар клубится.В шелк тумана,
В серый шелк
Земля рядится.Жемчугами
И цветами
Вся искрится…Астры вянут,
Ох, как тяжко
Сердцу биться.
Стоны моря
Перевод Вс. Рождественского
Из прошлых дней мне слышен
Угрюмого моря вой.
Швыряя пену, дышит
Разгневанно прибой.Чем дальше, тем мрачнее
На дюнах стонет он…
О, если бы скорее
Окончился вечный стон!
Перед бурей
Перевод Г. Горского
То синь, то серость - моря даль
Блестит, блестит под небосклоном,
Который нем и тверд, как сталь,
В однообразье монотонном.Она зеркальна, моря гладь,
Лишь по краям раздолий длинных,
Где ветру трудно дрожь унять,
Как пашня, море все в морщинах.И чайка, сея стон и страх,
Над глубью мечется морского,
И кажется, что на волнах
Душа, лишенная покоя.
Поздний вечер
Перевод Ал. Ревича
Мерцает свод зеленовато-синий,
В огне закатном золотится мгла,
Блестит роса на мокрой луговине,
И растеклось дыхание тепла.Час бледных красок, полустертых линии.
На долы тьма, как тяжкий сноп, легла,
И ветерки крадутся по низине…Где все мерила?.. В сердце острие…
Шум ветра, пустота, небытие.
Предгрозье
Перевод Ал. Ревича
1
На небе туча залегла вразброс,
Покрыла солнце черными клубами;
А ведь недавно рассыпалось пламя,
Совсем как пряди золотых волос.Мрак наползает, душу устрашает,
Полнеба взял в полон, к душе прирос
И давит, угнетает, окружает.И грудь переполняется тоской
По солнечной земле в дали морской.
2
А туча - ближе, ближе. Тьма растет,
Весь белый свет сдавила в мертвой хватке,
К земле в полете тянутся касатки,
Поля молчат, но стонет небосвод.Вихрь налетел негаданным порывом,
Деревья рвет, лакает пену вод
И рушится, хлеща дождем по нивам,Чтоб жизнь топтать безжалостной пятой,
Чтоб землю сечь струею проливной.
3