Всего за 176 руб. Купить полную версию
Монолог девушки в лагере смерти Биркенау
Бутафорский вокзал в Биркенау -
Нарисовано всё по лекалу -
Баня – Касса – Дежурный буфет -
Только жизни в ногах моих нет -
Предлагают раздеться – помыться -
Верю вывеске – Хочется выть -
Но в пресыщенном взгляде убийцы -
– Вам налево – А значит не жить -
Вам налево – налево – налево -
Слово длится в молекулах – я -
Но толпа – это голая дева
В крематорий ползёт – как змея -
Тает Родина – кто я – не знаю -
Я безвременна – я замолчу -
Бутафорский вокзал в Биркенау -
Я уехать обратно хочу -
Я хочу жить в иллюзии слова
Европейских пяти языков -
Но горит под ногами основа -
Бутафория мёртвых шагов -
Стану полькой – еврейкой и немкой
В час конца со звездой и крестом
И летящей крупицею мелкой
По перрону и вечным хвостом
Голой очереди в крематорий -
Бутафорский вокзал – я твоя -
Самый лживый из всех территорий -
Слово длится в молекулах – я -
Баня – Касса – Вокзал – Мы кричали -
Пропадая в нацистском огне -
Верно – было лишь слово в начале -
И останется слово во мне -
Монолог безымянного убийцы
Убийство неизвестных лиц -
Не больше – чем убийство птиц -
Стреляй – потом вези в жаровню -
И среди этих верениц
Я человека не запомню -
Конкретность жертвы – это страх -
В знакомого направив выстрел -
Ты станешь винтиком в часах -
Сломавшим механизм убийства -
И я бегу от этих глаз -
От этих лиц – и тем свирепей
Их заволакивает газ
И обезличивает пепел -
Но ктото всё же крикнул – Ганс -
И ты пришла – реальность злая -
Пусть крик его в ночи угас -
Он знал меня – и я узнаю
Его – через него – себя -
Себя – которого не вижу -
Я этот голос ненавижу -
Откуда он пришёл – скорбя -
И кто же это крикнул – Ганс -
Мужчина – женщина – ребёнок -
Для миллиона перепонок
Такая музыка – конец -
Да – сотней золотых коронок
Мне в уши впился тот подлец -
Но кто же это крикнул – Ганс -
Пред уходом – перед смертью -
Перед последней круговертью -
Проглатывая серый газ -
Он истину возмездья спас -
И я себя увидел с плетью -
А может – крикнул он не мне -
А Гансу – что сгорел в огне -
Монолог узника – отделившего душу от ног
Какое счастье – нет души -
Нет разума – есть только ноги -
Весь мир в ногах – Они в тревоге
Вдоль главной лагерной дороги
Переползают – слово вши -
Они спасают лишь себя
На перекличке у барака -
Но в них порой рычит собака -
По человечеству скорбя -
Лишь ноги чувствуют побег
И муки переносят стойко -
Над ними мёртвая надстройка -
Уничижённый человек -
Нельзя мне думать о ногах -
Быть может – этим их обижу -
Они лишь думают – я – вижу -
Они лишь чувствуют врага -
Шаги и глухи – и тупы -
И я страшусь – они в обиде -
Я знаю – две мои стопы
Мой торс убогий ненавидят -
Я и молюсь – я им клянусь -
Что силы все из сердца выжму -
Как странно ног своих боюсь
И лютой злобой ненавижу -
Они страшны – когда стучат -
Созвучьем повторяя стражу -
Они бегут – когда кричат -
Они танцуют – как прикажут -
Ну вот и всё – Я жил как мог -
Мне новый день навстречу вышел
И крикнул с пулемётных вышек -
– Ты потому лишь только выжил -
Что душу отделил от ног -
Петергофский ветер. <Монообраз>
Вступление
Каскадами – ударами фонтанов -
Мельканием качелей расписных -
Фигурами танцующих титанов
И зеленью пробившейся весны -
Ступенями на лестнице высокой -
Деревьями – видавшими Петра -
Историей – и близкой – и далёкой -
Повеяли Балтийские ветра -
Повеяли – поверили – запели
И завертели нас и понесли
Туда – где в брызгах вспененной метели
Герои обнажённые росли -
Повеяли – поверили – позвали -
Туда – где водопады и сады -
Молчание отечества взорвали
Живым раскрепощением воды -
Повеяли – поведали любовью -
Что завтра неразрывно от вчера -
Что честь отчизны, вымытая кровью
Бесспорно начинается с Петра -
Сначала канавы – заборы -
А после каналы – соборы -
На теле сплошные занозы -
А в деле сплошные заносы -
Быть может – с того он неистов -
С того на лице перекосы -
Он в руки громадные втиснул
Топор да неистово свистнул -
И начал рубить до утра
Дрова возле града Петра -
А там – в Петергофе и Стрельне
Великий вставал корабел
И в пламенном взоре Растрелли
Он жгучим огнём восковел -
И руки его восковые
До самых небес восходили -
Топор его в небе летал -
Круша колокольный металл -
Но время его уходило -
Как стая испуганных ос -
И в тело губительной силой
Вливался расплавленный воск -
Он весь восковел – и Россия
Казалась ему восковой -
Лишь сердце с бессмертною силой
Гремело – как марш войсковой -
Глава I. Всё это было молодо
Серые балконы
вздохов и цветов -
Окна – как флаконы
дорогих духов -
В иностранном стиле строились дома -
Только их Россия
строила сама -
Строилась идея
– Строился форпост -
Каждую неделю
– сотни на погост -
Город – распростёртый
бурей над Невой -
На десяток мёртвых
– лишь один живой -
Над Невой работа
– строятся мосты -
И на всех болотах
– русские кресты -
На грани злобы и добра
Несла свой крест страна Петра -
Великий крест -
Жестокий крест
Стоит на кладбище в песке -
Прогнивший крест -
Доска к доске -
На грани злобы и добра
Здесь гибли с ночи до утра
Заложники болотных мест -
Великий крест -
Жестокий крест -
И был им царь
Не враг – не друг -
Он всюду появился – вдруг -
Во всём была его игра -
Он победил Восток и Юг -
Россию слил в единый звук
На грани злобы и добра -
Всё это было молодо -
Свежо – и в красках летних -
А нынче мёртвым холодом
Несёт от стен столетних -
Все кирпичи осыпались -
И не поверишь более -
Что пахнул свежей липою
Иконостас в соборе -
Всё это было молодо -
И кровь – и грязь – и пот -
Дышал балтийским холодом
Семьсот четвёртый год -
И кони ржали жалобно -
Когда их гнал пожар -
И смерть оковы ржавые
Снимала с каторжан -
В страну вливалась новая
И молодая кровь -
Нужна была суровая
Петровская любовь -
Для блага человечества -
Для будущих основ
Кипела кровь отечества -
Лилась людская кровь -
И всё же были молоды
Движенья и слова -
Адмиралтейским золотом
Окрасилась Нева -
Горело это золото
Впервые над водой -
И было это молодо
От крови молодой -
Спокоен светлый спирт в стекле -
На полках здесь хранятся мощи
Различных монстров или проще -
Детей – не живших на Земле -
Здесь собиралось напоказ
Убожество – Но нет – не жалки
Глаза – открывшиеся раз -
Чтоб видеть мир из тусклой банки -
Спокоен этот грустный зал
Анатомических пороков -
Но в этом зале есть глаза -
В которых виден свет из окон -
В которых – синяя река -
В которых – серые куртины
И чёрный профиль бригантины -
Запечатлённый на века -
В них время ярое Петра
Остановилось звучно – остро -
Вглядись в глаза младенцамонстра
И ты увидишь – как с утра -
В недостроенном соборе -
Где разбужены ветра -
В полководческом уборе
Положили спать Петра -
Царь был мёртв – как прежде грозен
Неостывший мореход -
Батальоны стройных сосен
Переставивший на флот -
У Петра был тихий профиль -
Словно птица на воде -
И фонтаны в Петергофе
Замолчали в этот день -
Стало грустно в Монплезире -
Слуги пили за царя -
И уже войной грозили
Иноземные моря -
Но с утра в лучах рассветных
Зашумел большой каскад -
И едваедва заметно
Появился водопад -
Он сначала тихо лился -
Бился звонко и легко -
Но потом внезапно взвился -
И – взорвался Петергоф -
Петергоф воспрянул сразу -
Засверкало все с утра
По последнему приказу
Уходящего Петра -
Глава II. Реставратор
На лестнице горбатой и покатой -
На лестнице – покрытой тишиной -
Усталый реставратор угловатый
Очаровать стремится стариной -
Тебе он со ступенек крикнет – Маша -
Повторит громко – Маша не спеши -
А у него из маленьких ромашек
Составлена мозаика души -
Уходим к морю – Ветер бьётся сыро -
С залива ктото щелкает бичом -
Здесь получил названье Монплезира
Дворец – гранёный красным кирпичом -
И новый свет врывается в картину
И освещает краски горячо -
Так Пётр целовал Екатерину
В открытое и жаркое плечо -
Столетия меняют ветер в мире -
События приходят вновь и вновь -
Взгляни в окно – Как пусто в Монплезире -
Где затерялась царская любовь -
Как молодо все было в Монплезире -
Как весело с утра и до утра -
И пахли земляникою корзины
На пире у Великого Петра -
Всё было здесь и весело и грустно -
Какие здесь столетья начались -
Как зеркало разбитое – искусство
Таит в осколках смолкнувшую жизнь -
Какую правду ночь изобразила -
Но день настал – и встретились враги -
Тогда ушёл хозяин Монплезира -
Оставив в доме властные шаги -
День истребил волшебное начало -
Испепелил историю дворца -
И под его горячими лучами
Исчезла маска царского лица -
Да – будет вечным поиском и новью
Россия – освещённая вчера -
Пусть я не прав – пусть ослеплён любовью -
Но честь отчизны – вымытая кровью -
Бесспорно начинается с Петра -